Во время полёта штурман как мог пытался нанести на импровизированную карту маршрут летательного аппарата, посему возвращение не вызвало особых трудностей. Дисколёт за номером 68 чтобы не сбиться с курса не торопясь долетел до края котлована, потом отдалился от края примерно на шесть тысяч метров и начал погружение в «море молочного тумана».
Далее на глубине в семь тысяч метров после изменения вектора гравитации на противоположный корабль выполнил манёвр «кверху брюхом» и благополучно полетел дальше в том же направлении. А далее вынырнув из облака тумана на высоте восемь тысяч летательный аппарат по приборам «свой-чужой» нашёл дисколёты с бортовыми номерами 49 и 118, связался по радиосвязи с 118-м и, выполнив соответствующий манёвр, приземлился на край котлована недалеко от 118-го.
Радости всех членов полярной экспедиции не было предела! Все искренне восхищались мужеством лётчиков-героев! Три дисколёта отлетели от котлована на десяток километров и приземлились возле занесённых снегом ледяных торосов.
А далее начальник экспедиции госпожа полковник Фирц пригласила экипажи 68-го и 49-го на борт 118-го, где пилот и штурман 68-го в деталях поведали остальным членам экспедиции все перипетии трудного полёта сквозь «море молочного тумана» и свои впечатления от вида красного солнца и зеленеющей тундры.
В связи с такими грандиозными успехами по освоению Северного полюса госпожа полковник решила устроить праздничный ужин, где произносилось немало тостов за здоровье Великого командора, процветание Ордена новой расы, и вообще, вне всякого сомнения, за великое будущее, ждущее потомков марсиан на планете Земля.
Потом решили отдохнуть пару суток, проверить приборы, вооружение и другую мат часть летательных аппаратов, по возможности убрать обледенение с иллюминаторов. Также полковник Фирц связалась с одной из секретных северных морских баз и передала зашифрованный рапорт для Великого командора, в котором указала все успехи экспедиции на текущий момент.
В общем через четыре дня экипажи дисколётов были полностью готовы к новым свершениям, они горели энтузиазмом с новыми силами отправиться покорять неизведанное таинственное явление природы, расположенное на Северном полюсе планеты Земля!
* * *
Итак, ранним утром традиционно после плотного завтрака три Flügelrad-II, мигая жёлтыми бортовыми огнями, подлетели к неизведанному явлению арктической природы. Но на этот раз начальник экспедиции полковник Медицинской службы Джэн Фирц решила, что настало время самой взглянуть на красное солнце и зеленеющую тундру, благо всю информацию в зашифрованном донесении она отправила Великому командору, и даже если все члены этой экспедиции погибнут в каком-нибудь коварном болоте этой неизведанной тундры, по их стопам устремятся новые энтузиасты, которые вне всякого сомнения на других кораблях продолжат начатое ими дело. Госпожа полковник не боялась смерти, она боялась не выполнить поставленную перед ней задачу.
Посему, три дисколёта приземлились на краю гигантского котлована. А потом, отдалившись от края котлована на шесть тысяч метров, один за другим, выполнив элегантный манёвр, утонули в «море молочного тумана». На радость всем членам экспедиции, а особенно госпоже полковнику, радиосвязь между тремя летательными аппаратами работала более-менее исправно и дисколёты с дистанцией в одну тысячу метров продолжали неторопливо погружаться в загадочные завихрения белёсого тумана, подсвеченные снизу затейливыми красными всполохами.
Глава 37
Плазмоиды
Картинка с сайта яндекс
Продолжая медленно погружаться, сначала 68-й, потом 118-й и 49-й преодолели отметку в семь тысяч метров, затем после изменения вектора гравитации на противоположный по очереди выполнили манёвр «кверху брюхом» и продолжили движение в том же направлении. И вот настал исторический момент, когда все три Flügelrad-II один за другим вынырнули из «моря молочного тумана» и зависли над ним. Высотомер регистрировал высоту в семь с половиной тысяч метров.
Далее по карте, которую скопировали два других штурмана, три дисколёта медленно полетели к темнеющей полосе, видимой в окуляры биноклей, но теперь 49-й летел первым, за ним 118-й, 68-й замыкал колонну, тем самым обеспечивая прикрытие тыла всей экспедиции. Перед вылетом пилот 49-го обратился с просьбой к госпоже полковнику о том, чтобы лететь первым, мотивируя это тем, что экипаж 49-го такой же опытный, как и экипаж 68-го и не гоже ему всё время плестись в хвосте экспедиции.
Действительно, эти два экипажа считались одними из самых лучших в 8-ом гвардейском авиаполку Ордена новой расы и у госпожи полковника не было причин не удовлетворить сию просьбу, посему она разрешила.
Минут через семь лёта три корабля мягко приземлились на границе необъятного ледяного поля. Впереди 49-й и 118-й, а 68-й метров на пятьсот позади. Перед ними в окуляры биноклей можно было хорошо рассмотреть заболоченную долину или низменность, поблёскивающую маленькими озерцами голубой воды вперемешку с открытыми пригорками, поросшими скудной приземистой растительностью, очень напоминающую зеленеющую весной тундру в арктических областях планеты Земля. Вверху почти в зените сияло маленькое красное солнце, а термометр показывал, что за бортом два градуса ниже нуля.
Осмотрев простирающийся впереди ландшафт, начальник экспедиции госпожа полковник Фирц, посоветовавшись с полковником Клаусом Штерном, приняла решение выйти из летательных аппаратов, уж очень хотелось посмотреть на этот феномен природы не сквозь стёкла иллюминаторов. Посему госпожа полковник Фирц и полковник Штерн, открыв нижний люк 118-го дисколёта, вышли наружу, а из 49-го вышли три лётчика-стрелка с автоматами наперевес, обеспечивая их охрану.
Воздух был удивительно свеж и прозрачен, а температура чуть-чуть ниже нуля здесь перед неизведанной зеленеющей тундрой казалась просто райским блаженством по сравнению с морозами в восемьдесят градусов ниже нуля по Цельсию на границе с котлованом молочного тумана.
Джэн и Клаус Штерн вдыхали полной грудью казавшийся им удивительным волшебный воздух, наполненный ароматами трав и цветов, в изобилии пестреющих на соседних пригорках.
— Дорогой Клаус, что вы посоветуйте нам сделать дальше? — спросила госпожа полковник и с улыбкой воззрилась на подводника, стоящего рядом с ней в десятке метров от летательного аппарата.
— Я бы посоветовал медленно пролететь, может быть, с десяток километров по этой тундре и более внимательно осмотреться. Мы пока не знаем кто здесь живёт, если вообще здесь кто-то живёт! — глубокомысленно закончил Штерн.
— Хорошо, принимается! — Джэн поднесла бинокль к глазам и стала обозревать окрестности, но ничего подозрительного не обнаружила.
Пилоты дисколётов и полковник Штерн тоже в бинокли рассматривали местность, но кроме мелких озёр, наполненных голубой водой, заболоченных низин, поросших сочной травой, и зеленеющих пригорков с разнообразными полевыми цветами ничего не увидели.
После десяти минут внимательного изучения местности Джэн вынесла вердикт:
— Экипажи по машинам! Продолжаем лететь тем же курсом!
Три дисколёта плавно поднялись в воздух на три сотни метров и продолжили свой полёт вглубь неизведанной тундры, 49-й и 118-й пеленгом впереди, а 68-й замыкая колонну. Штурманы не забывали схематично наносить маршрут движения на подобие некой карты.
Минут через пять лёта впереди обозначилась довольно обширная равнина, покрытая тёмными валунами, зеленеющей травой, отдельно стоящими карликовыми деревьями, чем-то напоминающими берёзу, и многочисленными корявыми кустами. На этой равнине решили остановиться, чтобы осмотреться и решить куда лететь дальше, так как небо покрывала низкая облачность, затрудняющая обзор местности во время полёта. Как обычно 49-й и 118-й приземлились впереди, а 68-й немного позади, прикрывая их тыл. Термометр регистрировал за бортом пять градусов выше нуля.
