Не платя за посмотренье,

И поныне видеть можно.

Он величиной с хибарку

Безземельца-мужичонки.

Стал метать Калевипоэг,

В ход пустил он десять пальцев,

Молча выполнил работу:

Камень взял, в петлю заправил,

Ладно вставил в середину.

Тут пращу в полет пустил он,

Из пращи метнул он камень,

Бросил вдаль быстрее ветра.

Долгий свист разрезал небо,

Тучи в небе зашумели,

Пыль взвилась, взревели волны.

Далеко унесся камень,

Близ Чудь-озера^[100] упал он,

В берег врезался с размаху.

Кто у озера Чудского

Был, тот видел этот камень.

Сына Калева нечистый

Просит с ним посостязаться,

Поиграть в другие игры.

И сказал Калевипоэг:

— Будь по-твоему, детина!

Состязанье мне по нраву,

Игры я люблю мужские:

В состязаньях крепнут силы,

Игры тело закаляют.

Ну давай же, испытаем

Наши силы на дубинке^[101].

Я ли, ты ли перетянешь,

Кто кого с земли поднимет. —

На траве они уселись,

Уперлись друг другу в ноги,

В здоровенную дубину

С двух концов они вцепились.

Понатужился нечистый,

Чуть не оторвались руки,

Чуть не лопнули суставы,

Все же Калева не мог он

Ни поднять, ни сдвинуть с места.

Калев-сын могучей пяткой

В пятку бесову уперся,

Все свои напряг суставы,

Ухватился за дубину,

Да рванул разок покрепче,

И подбросил водяного,

Словно сноп сухой соломы.

Тот взвился на крыльях ветра,

Кувырком закувыркался,

Оторвался он от палки,

К небу пятками взлетел он

И понесся, словно птица.

Он семь верст летел сквозь тучи,

В небе две версты вертелся,

В гущу зарослей он рухнул,

С треском врезался в кочкарник, —

Там шесть дней лежал, как мертвый,

Там глаза неделю пялил,

Восемь дней не двигал шеей,

Девять дней не шевелился,

Десять дней не мог размяться.

Калевитян сын отважный

Во весь рот расхохотался.

Молодец в его кармане

Захихикал, скаля зубы,

Рассмеялся витязь Алев

Над позором водяного,

Над бесовским слабосильем.

Словно грозный голос Кыуэ,

Грохотал могучий хохот —

Над широкими полями,

Над чащобами лесными,

Землю черную качая,

Опрокидывая горы.

Алевитян сын любимый

Дело хитрое поведал,

Как разорванною шапкой

Обманул он водяного,

Завладел бесовским кладом.

— За рога быка хватают,

Человека вяжет слово! —

Речи Алевова сына

В душу Калева запали,

Смуту в сердце заронили:

Финну долг еще не отдан,

Не оплачен меч бесценный.

Калевитян сын любимый

Слово твердое промолвил:

— Алев-сын, любимый братец!

Ты ступай живее к дому,

Правь ты к выгону на сером,

Ко двору гони гнедого —

К Калевам во двор богатый,

Полный талеров старинных!

Ты у кораблей тяжелых,

Ты у лодок быстроходных,

У ладей широкодонных

Трюмы золотом наполнишь,

Серебро в ладьи насыплешь,

Мелочь медную — на лодки.

Да найми ты мореходов:

Ловких — править парусами,

На руле стоять — умелых.

Ты возьми еды, припасов,

Сколько нужно для похода.

Погрузи еще впридачу:

Девять жеребцов отборных,

Восемь кобылиц табунных,

Десять пар быков яремных,

Двадцать пар коров молочных,

Пять десятков телок пестрых,

Семьдесят возов пшеницы,

Ячменя четыре бочки,

Полный трюм зерна ржаного,