Перед следующим раундом Рендидли надеялся отточить свою Силу Воли до острого состояния, готового поразить противника. Лучше продолжать быстро, пока жара не усилилась. Даже оставаясь на этой платформе, Рендидли чувствовал, как температура стремительно поднимается. Ему было страшно подумать, насколько плохой будет температура на 7-м круге. Казалось, что камень начинает приобретать цвет вишни.

Рендидли прыгнул на следующую платформу. Рендидли оказался на поляне и остановился, оглядываясь. Это не казалось знакомым. Шал сидел, прислонившись к дереву на дальней стороне, его голова покоилась на груди. У него на руках была Рендидли ахнул. Это была голова этого чертова Йети. А на земле рядом с ними был шар с лицом внутри. Лицо Дианы.

— Ну, ну, ну. Кто это за мной шпионит?

Рендидли резко обернулся, удивленный, услышав голос так близко от себя. У стоявшей за ним женщины было тело женщины, но ее лицо было размытым, в нем кружились странные цвета, так что это была просто мешанина цветов. Но она была высокой и стройной, со светло-фиолетовыми волосами.

— Ах, это умно. Ты не видишь меня, я не вижу тебя. Умный способ это сделать. Ищешь мое местоположение? Ищешь моего дорогого Шала? Но все же, даже если я не знаю, кто ты, я все равно могу причинить тебе боль.

Женщина потянулась к Рандидли, ее рука начала светиться морозным бело-голубым цветом. Но прежде чем она успела коснуться его, Рендидли снова очутился на кольцах, тяжело дыша.

По какой-то причине это вызвало у него самое странное ощущение опасности. Что это за воспоминание? Он никогда не видел Шала и Йети вместе и Диана была там ? Может быть, это был какой-то сон ?

— Что что я только что видел?

Огромное лицо подплыло ближе, настолько, что Рендидли начал беспокоиться, что оно запечатает странный каменный колизей колец, но оно начало уменьшаться, став просто размером с астероид, необходимый для того, чтобы вызвать катастрофическую гибель людей при спуске на Землю. Это позволило ему подплыть немного ближе, и, казалось, оно глубоко вздохнуло, широко раскрыв свою огромную пасть и всасывая воздух, взъерошивая волосы Рандидли.

Честно говоря, это было несколько приятно, потому что ветерок, по крайней мере, охладил его на пару секунд, пока температура поднималась все выше и выше.

— Ка-ха-ха-ха — пророкотал Покровитель Пепла. — Интересно. Они испытывают тебя, поражают твоих внутренних демонов, твои слабости. Тебе нужно очиститься, в некотором роде, чтобы стать моим Избранником. То, что ты увидел, — это твоя выдающаяся слабость.

— Что это вообще значит? — прорычал Рандидли, но Покровитель Пепла продолжал лишь посмеиваться своим странным образом, время от времени всасывая воздух, получая некоторое представление о том, что видел Рандидли.

Тем не менее, это заставило разум Рендидли бешено работать. Он был достаточно самокритичен, чтобы признать, что Шал, вероятно, был точкой борьбы и слабости в психике Рандидли, вероятно, потому, что Шал так идеально вписался в роль разочарованного и отстраненного отца, которая была открыта в течение многих лет. Даже мысль об этом заставляла Рендидли стискивать зубы от горечи.

Тогда это изображение было связано с очищением этой слабости? Или с преодолением ее? Или оно показывало ему состояние этой слабости прямо сейчас?

Потому что это изображение определенно отличалось от предыдущих. Оно не пыталось погрузить его и утопить, как другие, знакомыми образами или эмоциями. Оно пыталось показать ему что-то. Имя непроизвольно возникло в сознании Рандидли.

Шал ушел, но куда он ушел ? Диввелтиан, казалось, думал, что он ведет себя странно, но Рендидли просто пожал плечами и принял это, потому что он был приучен к тому, что наставники уходят из его жизни. Но, возможно, ему следовало бы быть более скептичным по поводу ухода. В конце концов, до сих пор Шал не делал многого, чтобы бросить его

Не считая того, что бил его, ругал, постоянно отказывался признавать его, а затем оставил его без понятия, что делать, и отправился в подземелье.

Но, оставив большинство этих вещей в стороне, единственным реальным отказом было отправление в подземелье. Возможно ли, что уже в тот момент он находился под чьим-то влиянием? Побуждаемый и манипулируемый своей ненавистью к этой женщине, чтобы броситься к ней. В некотором смысле это напомнило Рендидли то, что Существо сделало с ним.

Но если Существо было мастером рун и Эфира, то эта женщина, казалось, использовала более традиционные средства эмоциональной манипуляции.

Если это так, а это большое если . Но это также объяснило внезапное странное самоубийство Дианы на кольце. Если ее подтолкнула Лукреция Опять же, только если .

Температура продолжала расти, и Рендидли стиснул зубы. Он не мог просто сидеть и думать. Ему нужно двигаться вперед. Итак, сделав шаг, Рендидли двинулся к 5-му кольцу камней, послушно спускаясь к этой малиново-черной сфере.

Глава 246

Вспышка.

Рендидли огляделся, а затем застыл, потому что понял, где находится, он знал это воспоминание.

— Я умираю, — сказала Сидни, глядя на него своими обычно радостными глазами, теперь с тяжелыми мешками под ними.

— Э — запнулся Рандидли, но образы уже неслись вперед. Это было за несколько месяцев до появления Системы, в тот день когда его дружеские отношения начали рушиться.

— Я не могу сказать Эйсу. Мы выпустимся весной Врачи говорят, что у меня есть как минимум год, в зависимости от того, как рак отреагирует на лечение. Мне просто нужно, чтобы ты меня прикрыл. Возил меня на приемы. Отвлекал Эйса

— Пожалуйста, — взмолилась Сидни, наклоняясь вперед, ее волосы выскользнули из-за ушей и обрамляли лицо. — Больше мне некого просить. Никому больше я не могу доверять. Мы мы

— связаны — прошептал Рандидли. Он помнил, как это было на самом деле, когда она сказала ему это. Как сильно от этого переполнилось его сердце радостью. Но потом, чем больше он думал об этом, тем больше это разрушало его в последующие месяцы.

Постепенно, со временем, Рендидли понял, что связь была всего лишь своего рода бременем, от которого Сидни не могла избавиться. Чем больше моментов они обнаруживали в своем прошлом, тем больше это утомляло и огорчало Сидни. Как его существование было необходимое зло. Даже в течение месяцев химиотерапии, когда ее состояние стабилизировалось, а затем медленно разрушалось по краям, когда Эйс и Тесса становились все более обиженными и подозрительными, он чувствовал, как сильно даже Сидни ненавидела то, что ей нужно использовать его для этого.

— Да, связаны, — сказала Сидни, ее глаза странно засветились, когда она посмотрела на него. — Именно это я и собиралась сказать. Как ты

— Нет, я отвергаю, — твердо сказал Рандидли, его лицо исказилось от ярости. — Все это этот весь мираж Я был слаб и позволил этому случиться однажды, но не повторю этого. Я ОТВЕРГАЮ.

Волна прошла от Рандидли, сотрясая мир. Но эта иллюзия была намного сильнее предыдущих, возможно, из-за того, что она привела к одной из самых глубоких ран на его сердце, или, возможно, он приближался к самым внутренним кольцам. Но увеличение силы было значительным.

Как раз в тот момент, когда Рендидли готовился нанести еще более сильный удар Боевым Намерением, разрывая саму ткань мира, Сидни сказала то, чего никогда не говорила в прошлом.

— Ты отказываешься?

Рендидли замер, свежий прилив замешательства на секунду приглушил его ярость. Не понимая, что происходит, Рендидли просто посмотрел на Сидни, вглядываясь в ее короткие волосы, ее яркие глаза и странное выражение беспомощности на ее лице.

— Я понимаю. Я была стервой, — горько сказала Сидни. — Я всегда отталкиваю тебя. Но это потому, что потому что Между нами всегда было слишком легко, верно? Тебя не бесит, насколько это было предсказуемо? Родились в одной больнице, в один и тот же день, твоя мать изменила твоему отцу с моим отцом, и оба брака распались мы были связаны судьбой.

Выражение лица Сидни стало более напряженным. — Я ненавижу это слово. Судьба. Я бы убила себя, чтобы сломать это слово, если бы думала, что это освободит меня. Но судьба всегда тянет меня назад. Теперь ты отвергаешь меня?