Она улыбнулась им, но они не были тем, что ей нужно; она пошла дальше по тропинке, ведущей от холма, на котором стоял дом Хесса и Берта. Кит Кларк был построен на озере, где черепахи жили в домах-плотах на озере, а кролики строили низкие глиняные длинные дома на берегу озера. В центре города стоял большой обелиск, который, как слышала Кирсти, был источником странных звериных черт, которые у них развивались.
Даже с новообретенной свободой Кирсти не особо интересовалась странным обелиском, а вместо этого направилась к небольшой поляне к северу от города, где она посадила семя Арбора. Когда она покинула его два дня назад, это был едва заметный бугорок в земле, но теперь, когда она вошла на поляну, она увидела несколько десятков маленьких серокожих детей, собравшихся вокруг центрального места, где она посадила Арбора.
Когда она подошла, группа, казалось, заметила ее и расступилась, освобождая путь к центру, нервно оглядываясь. Там, торча на два фута из земли, виднелся маленький саженец. Он взволнованно замахал, когда она приблизилась, что заставило серых детей что-то пробормотать друг другу.
— Тебе нравится Арбор? — просто спросила Кирсти, глядя нескольким ближайшим прямо в глаза. Они переглянулись, но промолчали. Пожав плечами, Кирсти подошла ближе к дереву, пока не встала над ним. Затем, с какой-то странной нежностью, она провела пальцем по тому, что должно было стать стволом этого Арбора. Он защитно свернулся в ее руке, прижимаясь к ней, как домашнее животное.
Она чувствовала его замешательство и одиночество здесь, вдали от других Арборов. Но также его растущее любопытство и удивление перед этими новыми, странными существами вокруг него.
Решительно кивнув, Кирсти сделала два шага назад и подняла руки, чтобы повторить движения крошечного Арбора, и начала танцевать. Радостно покачиваясь, Арбор последовал за ней, дико виляя из стороны в сторону. Дети сделали несколько шагов назад, но Кирсти проигнорировала их, сосредоточившись на Арборе.
В конце концов, она была Жрицей Арбора. Растение всегда будет ее главным приоритетом.
После нескольких секунд колебаний Натан подошел и присоединился к ней, танцуя с Арбором. Они продолжали в том же духе несколько минут, пока тишину наконец не нарушил один из серых детей.
— Что вы делаете? — В вопросе звучала доля осуждения и насмешки, но больше любопытства. Кирсти старательно сохраняла серьезное выражение лица. Им незачем знать, что это именно то, чего она ждала.
— Танцуем, — констатировала Кирсти.
— Но зачем? — осмелев, спросил серый ребенок. Хотя все они выглядели одинаково, у Кирсти сложилось впечатление, что этот немного выше других и упер руки в бока так, что она решила, что это девочка.
— Потому что это заставляет дерево расти быстрее, — добавил Натан, дай бог ему здоровья. Кирсти продолжала подавлять улыбку, чувствуя себя немного тепло от того, что Натан так послушно отвечал, когда и как ей это было нужно.
Серый ребенок фыркнул и отвернулся. Хотя группа отошла на некоторое расстояние, в конце концов они остановились и повернулись, не в силах отвести внимание от незнакомцев, пришедших в их деревню. Точно так же, как Кирсти была слегка очарована ими, их странными телами и способностями. Но сейчас у нее была более высокая миссия, и у нее не было времени на игры.
Тем не менее, сейчас она просто танцевала, чувствуя счастливую радость Арбора. Скоро произойдет чудо, она знала. Им просто нужно танцевать до тех пор.
Рука Рендидли задрожала, когда он опустил копье. Он только что потерпел неудачу во второй раз на тренировочном упражнении, где висела серия колец, и он должен был пронзить их на постоянной скорости. Только сегодня миссис Гамильтон увеличила сложность.
Сначала она увеличила вес копья на 1 фунт, что Рендидли посчитал почти незначительным, но по мере того, как затягивалась его первая попытка, это становилось все более очевидным. Тем не менее, он смог стиснуть зубы и прорваться через это. Его руки могли выдержать больше, чем это, и он начал использовать (Усиление Маной), чтобы компенсировать разницу в физической подготовке.
К сожалению, это было не единственное изменение, которое она внесла в упражнение.
— Как насчет того, чтобы добавить небольшое осложнение, а? — сказала миссис Гамильтон с лучезарной улыбкой и осторожно толкнула устройство, и оно начало вращаться. Вращение было медленным, но неравномерным, поскольку оно медленно останавливалось, и миссис Гамильтон снова осторожно толкнула его, чтобы начать вращение.
К чести миссис Гамильтон, она продемонстрировала впечатляющее количество контроля своими толчками; безотказно они достигали одной и той же скорости и замедлялись примерно через 40 секунд. К сожалению, все еще было довольно легко нарушить его постоянный ритм, пока он ждал, когда она нажмет, а также, когда Рендидли попадал в края обручей, половину времени их отбрасывало в сторону, что приводило к провалу упражнения.
Стиснув зубы, Рендидли начал снова, игнорируя небольшую улыбку, которую, казалось, всегда носила сейчас миссис Гамильтон. На этот раз он-
Но он остановился, опустив копье. В его груди раздалось странное гудение. Это было. странно. Оно повторилось, низкое, постоянное давление, как будто кто-то тянул за нить, ведущую в его сердце.
— Секундочку, — сказал Рендидли миссис Гамильтон, закрыв глаза. Сосредоточив чувства внутрь, он мог яснее видеть, что происходит; один из потоков Эфира, ведущих к нему, странно вибрировал. Рендидли сосредоточился более пристально, но все они исчезли, поэтому он мог только вздохнуть и оставаться не сосредоточенным.
Очень постепенно к нему вернулось ощущение связей Эфира внутри него. Там был бурлящий шар, который образовывал его ядро, распространяя энергию по всему его телу. Затем было 4 тонких нити, которые ускользали, обвиваясь вокруг тех людей, которым он дал (Духовный Навык). Эта связь существовала даже здесь, питая их.
Но затем было две более крупные, веревочные связи Эфира. Из этих двух меньшая вибрировала.
одно из растений повысило уровень ? , — подумал Рендидли с хмурым видом. Если это так, то, казалось, он мало что мог сделать. Без уведомлений он понятия не имел, какие варианты есть для эволюции. Увеличение силы его растений было важным, но. на самом деле не было необходимости в том, чтобы это произошло быстро, верно?
Поэтому Рендидли проигнорировал странное гудение и вернулся к упражнению. Он сосредоточил свое внимание на руках и плечах, управляя копьем так, чтобы оно прошло через медленно вращающиеся обручи, даже если оно и сбило несколько в сторону во время его толчков. Важно было поддерживать устойчивый темп и пройти через все обручи по порядку.
Но когда Рендидли был на полпути к завершению своих упражнений, гудение вернулось, более требовательное. Он проигнорировал его, продолжая управлять копьем. Рендидли начал понимать, что один из трюков заключается в том, чтобы никогда не позволять копью быть мертвой вещью в ваших руках. Вместо этого вам нужно двигать им так, как будто это живое существо, и весь вес сосредоточен на кончике. Сосредоточение внимания там значительно усложнило бы упражнение, но-
Резонанс резко усилился в его груди, странный звон, который быстро стал настолько сильным, что его физическое тело дернулось. Хотя это был небольшой рывок, его было достаточно, чтобы сорвать его толчок. Раздраженный, Рендидли снова обратил свое внимание внутрь. На этот раз он не изучал, он просто потянулся, схватив вибрирующую связь Эфира.
Мгновенно на его сознание обрушилась волна ощущений. Вместо того, чтобы знать, что сделают улучшения или как это изменит Арбора, Рендидли почувствовал их, два разделяющихся пути. Пути бесконечно, всегда вперед, он чувствовал. Его главное впечатление было лишь смутным, но полным странных вращений и символов, карта Эфира, перечисляющая все предначертанные возможности.
Внимание Рендидли растянулось, ощущая странную форму их связи, пока у него не начала болеть голова, и чистая сила возможностей не стала для него слишком велика; закашлявшись, Рендидли пришел в себя. Миссис Гамильтон странно смотрела на него, но Рендидли просто покачал головой. Затем, переведя дух, он снова обратил свое внимание внутрь, к Эфиру.
