Сосредоточившись на внутреннем мире, Рендидли сосредоточился на той области себя, которая доказала, что можно контролировать Эфир, или, по крайней мере, направлять его; на том странном месте, где его (Навык Души) вращался внутри него. Даже сейчас странная, декадентская, гниющая зеленая энергия летала вокруг ядра Эфира, напротив яркой оранжевой энергии, сжигая дотла все, что оставила после себя зеленая энергия.
Когда он заставил Эфир двигаться, Рендидли отметил две детали ситуации. Во-первых, он очень сильно не хотел, чтобы его (Навыки Души) превратились в ничто, и, во-вторых, в этот момент у него возникло сильное представление об Эфире, формирующем ядро вращения, уравновешивающем две силы.
Исходя из его опыта работы с системой, оба эти момента были логически важны. Система реагировала на твои желания. Чем сильнее желание, тем сильнее отреагирует система. И твое представление о том, что такое система, меняло ее поведение. Имело смысл, что сильный и логически последовательный образ результата может привести к этому результату.
Поскольку он использовал Эфир, чтобы изменить свой (Навык Души), почему бы не поэкспериментировать в этой области снова? Усовершенствовать (Навык Души) еще больше? Скорее всего, он не сможет сделать это немедленно, но пока он работал над (Агонией) и медитацией, это был хороший способ занять свой ум. На данный момент у него не было никаких идей о том, как это сделать, но Рендидли полагал, что это связано с тем, что у него нет сильного образа, и он не уверен, чего хочет.
Поэтому, сидя там, с вращающимися внутри него энергиями, Рендидли попытался представить себе, что происходит в этом цикле.
Сначала он пытался справляться с ними по одному, но потом, когда он попытался сдвинуть их вместе, они столкнулись и рухнули, вероятно, как и его (Навык Души), если бы он позволил им столкнуться друг с другом. Нет, если он собирается получить правильный образ, ему нужно обращаться со всеми ними вместе.
В своем мысленном взоре Рендидли увидел небольшую каменистую прерию. Что такое гниль? Что такое пепел?
Он наблюдал, как в прерии росла трава, а затем пришла гниль, медленно разъедая траву, образуя странную, комковатую массу по мере того, как гниль поглощала и росла. Затем пришло горение, пожирающее еще более полно, чем могла бы пожрать гниль, сжигающее всю биомассу, оставляя только землю. Некоторое время не было ничего, но затем травы начали пробиваться из почвы и расти, и цикл начался снова.
Трава росла.
Когда травы было достаточно, гниль быстро распространялась, разрастаясь, становясь большой, жирной и разрушительной.
Затем, когда прерия почти полностью превращалась в гниль, приходил огонь, сжигая все дотла, оставляя прерию чистой. Только тогда трава могла снова расти.
Энергии кружились и кружились, ровно и устойчиво, никогда не сближаясь, оставаясь в своей орбите. Рендидли смотрел, завороженный.
Глава 115
Сэм выругался и ударил кулаком по столу, оставив вмятину на металле. Отбросив неудавшийся эскиз в сторону, он угрюмо посмотрел на свои руки. Накладывать гравировку с его запасом маны было слишком сложно. Он не мог поддерживать процесс на протяжении всего времени, и когда мана заканчивалась, гравировка страдала. Сэм даже не закончил эту версию, но уже знал, что она будет хуже его предыдущей попытки, которая и так была далека от идеала.
Больше всего раздражало то, что большую часть утра он потратил на то, чтобы вселить страх божий в новых рекрутов-ремесленников. Они недостаточно серьезно относились к системе. По сути, они думали, что в мире теперь есть монстры, но в остальном все осталось почти таким же. Просто приложи усилия и создавай снаряжение.
Но это было не так. По какой-то причине система признавала определенные действия. Нужно было наблюдать за ними и учиться использовать их в своих интересах.
Например, Сэм рано обнаружил, что ковка сетами повышает качество производимого предмета. Если ударить молотом 11 раз, сделать перерыв, а затем ударить еще 11 раз в течение всего процесса ковки, предмет в конце может получить на одно очко характеристики больше. Если просто ковать как обычно, то этого преимущества не получишь.
Точно так же, если опустить свежеизготовленное оружие в чистую родниковую воду, это улучшит его качество по сравнению с оружием, которое окунули в грязную воду, а затем очистили.
Не было никаких научных оснований для того, чтобы эти действия оказывали реальное, количественно измеримое воздействие на процесс ковки. Но это были символические жесты, которые система признавала. В то время как до появления системы на суеверных людей смотрели свысока. Но теперь, по крайней мере, в корпусе ремесленников, к таким маленьким ритуалам относились с почтением, как к предмету гордости. Только при их тщательном соблюдении можно было создать продукт наивысшего качества.
Регина задавалась вопросом, какое долгосрочное влияние это окажет на менталитет ремесленников, но Сэм просто пожал плечами. Это было гораздо менее важно, чем изготовление качественного оружия и брони. Сэма гораздо больше беспокоило то, во что превратятся эти ритуалы. Сейчас это были простые, маленькие вещи, но по мере того, как они становились все более сложными, вполне возможно, что они проявятся в виде навыка.
Конечно, это была всего лишь личная теория Сэма, и у него не было достаточно времени, чтобы проверить ее. Но короткий разговор с Клариссой вселил в него некоторую надежду. Казалось, она считала само собой разумеющимся, что такие вещи должны происходить, а затем поспешила попрактиковаться в выполнении определенных движений руками или заклинаний вместе со своими заклинаниями.
Чтобы день не пропал даром, Сэм ненадолго задумался о том, чтобы больше попрактиковаться в (Формировании Костей), но отказался от этой идеи. Его настроение сейчас было слишком нестабильным. Ему действительно было нужно
Затем он моргнул, нахмурился, а затем улыбнулся. Он мог и не решиться на это, но если решится
Если Рендидли найдет время, чтобы научиться (Гравировке)
Радостно потирая руки, Сэм выбежал из кузницы и направился к северу от Доннитона, на поиски своего новейшего, ничего не подозревающего ученика.
Время летело быстро. Рендидли перестал его замечать, просто следуя постоянному циклу гниения и пепла. Чем больше он наблюдал, тем больше Рендидли подозревал, что чего-то не хватает. Цикл продолжался непрерывно, но Рендидли чувствовал странное чувство в груди. Если бы он мог найти источник и двигаться к нему
Могла пройти минута, мог пройти год. Время сливалось и растягивалось. Росла трава, приходило гниение, пепел сжигал все дотла. Потом какое-то время ничего не было.
Потом росла трава.
В его груди чувство неправильности росло все сильнее и сильнее, пока
Рендидли моргнул, глядя в небо. Что-то толкнуло его на спину, выбив из транса. Он попытался сесть, но упал обратно, удивленный слабостью в конечностях. Сморщившись, он с трудом поднялся на ноги, Лира стояла, сложив руки на груди, с тонкой линией губ.
— Больше так не делай, — холодно сказала она. — Если ты оставишь (Агонию) включенной, находясь в таком состоянии Твоя регенерация чудовищна, но не настолько. Ты понимаешь, как глупо будет умереть из-за того, что ты забыл выключить навык, который сжигает твое здоровье? Чертов болван.
Рендидли открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем закрыл его. Он видел беспокойство в глазах Лиры и чувствовал себя довольно глупо из-за того, что забыл о своем навыке. Даже сейчас он чувствовал, как сила возвращается в его конечности. Это была почти ностальгическая слабость, которую он не чувствовал очень, очень давно.
Он не чувствовал себя так с того первого дня, когда мир изменился, и его небрежно отбросил в сторону баран, мгновенно снизив его здоровье до нуля.
Но в той ситуации он получил два навыка, (Железная Кожа) и (Медитация), которые оказались неоценимыми для его выживания на ранних этапах этого системного мира. За это он был вечно благодарен заднице этого барана. Рендидли невольно усмехнулся, поднося ко рту зелье здоровья.
