В последнее время на благотворительные концерты стали приглашать артистов, которые вносят самоценный художественный интерес. Но в публике еще осталось предубеждение против концертов, идущих под флагом благотворительности. Этим, вероятно, объясняется малочисленность публики и на благотворительном концерте в пользу дома трудолюбия. Возможно, что пианист Мерович, собрал бы гораздо большую аудиторию, если бы выступил с самостоятельным концертом. По крайней мере. внимание публики он вполне заслуживает. Он не из тех новичков, которые школьную скамью спешат заменить концертной и преподносят публике сумбур своего «неуходившегося» творчества.
Мерович и по технике, и по музыкальному развитию вполне законченный пианист. Его удар отличается полнотой звука, мощностью и вместе с тем мягкостью. Его нюансировка разнообразна, иногда оригинальна (темперированье в Шумановском «Kapнaвaле»), но всегда вполне сознательна. Можно, напр., не соглашаться с его интерпретацией григовской «Смерть Озе». Уж, очень скоропостижна эта смерть. Слишком быстрый темп не создает того впечатления, которое вложено в это произведение Григом и продиктовано соответствующей сценой ибсеновского «Пер Гюнта», – впечатления тихого перехода в иной мир, в грезах, навеянных сказками Пера о поездках «в замок волшебный, Copia-Mopia на коне вороном».
Но в этой интерпретации чувствуется не непонимание, а лишь своеобразное толкование. «Танец во дворце короля гор» был исполнен с истинной художественностью.
Лица, слышавшие Рубннштейна говорят, что игра Меровича очень напоминает манеру великого пианиста и что это сходство придает игре г. Меровича особый интерес. Но и безотносительно к великому образцу игра Меровича представляет большой художественный интерес.
У г-жи Требинской наиболее удачно выходят вещи для среднего регистра и mezza voce. В исполнении хотелось бы большей выразительности.
Приятно звучал голос артистки в гречаниновской «колыбельной». У г-на Ухова очень хороший баритон несколько тенорового оттенка и, в общем, недурная постановка голоса и школа. Но в его пении, выражаясь несколько избитым термином, «нет изюминки». Исполнение его временами носить характер «rubato» в итальянском и русском значении этого термина.
Все исполнители имели у публики успех и бисировали.
«Смоленский вестник». – Смоленск. – 1914. – № 5 (8.01). – С. 2
А. Беляев (подп.: «Б».) «Интересный концерт»
В пятницу, по словам очевидцев, в Смоленск въехало двенадцать деревенских телег, «битком набитых народом». Этот обративший на себя внимание кортеж состоял из «артисток» – учениц Соболево-Воробьевской учительской семинарии, дающих сегодня в Дворянском Собрании концерт. За много верст, на простых телегах приехали они в Смоленск, чтобы показать ему плоды своих музыкальных работ.
По всей вероятности Смоленск не поинтересуется этим концертом, как и многими другими. А между тем, этот концерт представляют исключительный интерес.
В 1910 году открылась в Краснинском уезде женская Соболево-Воробьевская учительская семинария. Поступают в семинарию преимущественно дети крестьян, кончивших 2-х классные м. н. п. училища.
И вот, за эту-то «первобытную почву» взялся местный священник и стал обучать учениц пению и игре на струнных инструментах. За четыре года ему удалось создать струнный оркестр в 22 человека и хор из 60 чел. Ученицы не только играют и поют, но сами же выступают и в качестве дирижеров.
Мне пришлось прослушать генеральную репетицию, которая оставила во мне глубокое впечатление.
Еще так недавно все эти воспитанницы были совершенно «нетронутыми культурой» крестьянскими детьми. Четыре года занятий, – и пред нами звучит стройно и уверенно недурной струнный оркестр, причем ученица прекрасно справляется даже с таким «страшным» инструментом, как контрабас. А посмотрите, как уверенно ведут хор и оркестр ученицы старших классов – дирижеры (их несколько). Хор прекрасно дисциплинирован.
Репертуар – из русских классиков.
Выступает солистка в скромном сереньком платье и черном фартуке.
И опять приятная неожиданность!
Голос редкой красоты; чистый и звучный, с таким мягким глубоким тембром.
И все – это приехало к нам из тех медвежьих углов, где, по нашему мнению, только горланят песни хулиганов. Увы, Смоленск не может похвалиться таким ученическим хором и оркестром, несмотря на массу учебных заведений, несмотря на все возможности… У нас еще тренькает балалайка, которая надолго заслонит своим «садом-огородом» музыку Глинки.
Концерт Соболевской семинарии – поучительный урок для Смоленска и будет жалко, если учащиеся, родители и педагоги пройдут мимо этого урока.
Но интерес концерта не только педагогический. Этот концерт интересен как показатель возможностей в области народного музыкального образования. Этот концерт говорит о том, какую золотоносную, но непочатую музыкальную руду таит в себе «черноземная Русь».
_________
Нас просят напечатать, что учащимся будут выдаваться бесплатные контрамарки на свободные места.
«Смоленский вестник». – Смоленск. – 1914. – № 88 (20.04). – С. 2
А. Беляев «Раздельное жительство супругов»
В жертву принципов о нерасторжимости брака принесены многие тысячи человеческих жизней загубленных, этой нерасторжимостью семейных уз.
Fiat iustita – pereat mundus – наиболее приложима к области семейственных прав.
Но смотря на все требования жизни об установлении более льготных условий развода при невозможности продолжать совместную жизнь, вероятно только через многие десятилетия будет издан такой закон.
Однако, стоя непоколебимо на почве нерасторжимости брака (кроме случаев нарушения супружеской верности), закон, все-таки, принужден был сделать уступку неотложным требованиям жизни – допустить «расторжимость» брака, если не юридическую, то фактическую.
В этом отношении реформа пошла тем путем, который был предначертан еще Победоносцевым.
Т. е., не фиксируя в законе права на раздельное жительство по взаимному согласию супругов, предоставить к тому фактическую возможность. Вошедший в жизнь закон 12 марта 1914 г. устанавливает эту фактическую возможность раздельного жительства прежде всего тем, что отменяет «паспортное закрепощение» жены. Как известно, до издания закона 12 марта жена не могла получить отдельный вид на жительство без согласия мужа.
Теперь этой зависимости жены от мужа больше не существует.
Замужние женщины, независимо от возраста их, имеют право получать отдельные виды на жительство, не испрашивая на то согласия мужа.
Замужние женщины могут получить отдельные виды на жительство в тех установлениях, в которых получали виды на жительство их мужья.
Кроме того, безотносительно к сословию, замужние женщины могут получать виды на жительство в месте их временного пребывания от полиции, притом без представления общего вида (т. е. паспорта мужа, в котором записана была и жена).
Таким образом, при невозможности совместного жительства, жене предоставлено право оставить мужа и ехать без паспорта в любое место, где, по приезде, она может получить от полиции вид на жительство по удостоверении тем или иным путем своей самоличности.
Однако, своим уходом жена еще не эмансипируется совершенно от власти мужа.
Статья 193, устанавливающая обязательность совместного жительства супругов не упразднена новым законом, и муж на основании этой статьи предъявить иск о восстановлении совместной жизни.
(Такое же право, разумеется, остается и за женой в отношении мужа, покинувшего ее).
Закон 12 марта 1914 г., не решаясь коснуться «основы» семейного права, – ст. 103 смягчает невыгодные последствия этой статьи для супругов, устанавливая в ст. 1031 целый ряд поводов к отклонению требования супруга о совместном жительстве.
Так требование супруга о восстановлении совместной жизни может быть отклонено другим супругом, если совместная жизнь представляется невыносимой. Совместная жизнь может быть признана для супруга невыносимою в случае жестокого с ним, или с его детьми, обращения другого супруга, тяжких оскорблений, и вообще явного нарушения другим супругом основанных на браке обязанностей, либо явного злоупотребления принадлежащими ему в силу брака правами, либо бесчестного или порочного его поведения, а также в случае, если один из супругов одержим тяжкою душевною болезнью, либо такою прилипчивою и отвратительною болезнью, которая представляет опасность для жизни либо здоровья другого супруга или их потомства.
