Эхо подплыл к странной конструкции у дальней стены — чему-то напоминающему консоль управления, собранную из кристаллов разного цвета и прозрачности.
"Это архивная станция," — пояснил он. — "Для поиска конкретных воспоминаний в хранилище."
Он сделал жест над консолью, и кристаллы засветились изнутри. Над ними появилась голограмма — трехмерная карта с множеством светящихся точек.
"Каждая точка — кристалл. Каждый кристалл — фрагмент воспоминания. Вместе они образуют то, что некоторые называют 'коллективной памятью'," — Эхо провел рукой над голограммой, и карта изменилась, показывая другую конфигурацию точек. — "Но некоторые воспоминания... защищены. Требуют ключ доступа."
Я подошел ближе, изучая консоль. В ее центре находился паз, форма которого показалась мне знакомой.
[TM-∇.SYNC/ANALYSIS]: Геометрическая структура паза соответствует медальону. Вероятность совпадения: 97.8%.
— Медальон подойдет как ключ? — спросил я Эхо.
"Попробуй," — ответил он, но в его голосе звучало что-то похожее на нервозность. — "Только... будь готов к тому, что увидишь."
Я колебался всего мгновение. Если здесь содержатся воспоминания Евы или информация о местонахождении Джейми, я должен узнать это. Я снял медальон с шеи и осторожно поместил его в паз на консоли.
В момент контакта произошло нечто необычное. Медальон идеально встал в паз, словно был создан именно для него. По консоли пробежали золотистые искры, и колодец света в центре комнаты активировался, испуская столб ослепительного сияния к спиральному потолку.
Внутри света начала формироваться проекция — женская фигура, сотканная из золотистых нитей эфира. Постепенно она обретала детали, становясь всё более реалистичной. Сначала появились длинные волосы, затем черты лица, наконец, глаза с золотистым отливом. Это была Ева — такой, какой я ее помнил. Или... почти такой.
Что-то было не так с этой проекцией. Движения казались слишком механическими, словно кукловод дергал за ниточки. Изображение мерцало, временами распадаясь на фрагменты и собираясь вновь. В особенно сильные моменты искажения я замечал странные артефакты — на долю секунды улыбка становилась неестественно широкой, почти хищной, а глаза... глаза иногда меняли цвет, становясь металлически-холодными.
═══════
// Визуальная проекция [∇.2.SKT-01.1]
[ЭСКИЗ]: "Ева фрагмент/отклонение"
[ИСТОЧНИК]: [Нестабильная запись / медальон / вставка: режим тени]
[СТАТУС]: Несинхронизированная интерпретация / вирусный элемент
Но самое тревожное происходило на периферии проекции. В моменты особенно сильных помех за спиной знакомого образа Евы проступал третий силуэт — размытый, с неопределенными чертами, но определенно наблюдающий за происходящим. Этот силуэт исчезал так быстро, что я не был уверен, не было ли это игрой моего воображения.
Т░нь с▓три▓ на т▓бя
В редкие мгновения стабильности проекция выглядела безупречно — именно такой, какой я помнил Еву: теплые глаза с золотистым отливом, мягкая улыбка, знакомый наклон головы. Но эти моменты длились всего пару секунд, прежде чем изображение снова начинало глючить и распадаться.
"Алекс... если ты активировал это сообщение, значит... ты нашел путь... в Разлом."
Ее голос, прерываемый помехами, разносился по комнате, вызывая вибрацию в кристаллических стенах. Каждое слово отдавалось в моей груди физической болью — одновременно узнаванием и отчуждением. Это был ее голос, но что-то в нем звучало неправильно, словно запись на поврежденной пленке.
"Я жду тебя... в центре... Ядра Памяти. Найди меня... И Джейми... Мы... вместе..."
В этот момент произошло что-то странное. Голограмма Евы дернулась, как от электрического разряда, и ее лицо на долю секунды изменилось — превратилось в другое. Черты стали жестче, взгляд холоднее, аналитический. То же лицо, что я видел в воспоминании Виктора.
Затем изображение снова стабилизировалось, возвращаясь к привычной Еве, но последние слова сообщения остались непроизнесенными. Система выдала сообщение об ошибке — голографические символы, плавающие в воздухе:
[Несанкционированный доступ обнаружен][Сессия прервана][Дальнейшие попытки заблокированы]
Медальон вылетел из паза, словно выброшенный невидимой силой, и упал на пол. Когда я поднял его, он был холоднее обычного, и на его поверхности я заметил странный символ, который никогда раньше не видел — что-то похожее на треугольник, но с дополнительными линиями внутри, напоминающими глаз.
[TM-∇.SYNC/DEFENSE]: Внимание! Обнаружена попытка модификации базовой структуры.
— Что происходит? — я едва сдерживал тревогу, наблюдая, как голограмма Евы растворяется в воздухе, а колодец света в центре комнаты тускнеет.
[TM-∇.SYNC/DEFENSE]: Медальон... он не просто средство связи. Он пытался внедрить программный код.
[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: [решительно] Блокировка выполнена. Но часть кода уже интегрирована.
Эхо, наблюдавший за всем процессом, казался возбужденным почти до грани паники.
"Она знает, что мы нашли лазейку!" — воскликнул он, его полупрозрачная форма мерцала интенсивнее обычного. — "Это очень опасно... или очень полезно... или и то, и другое."
Он начал быстро перемещаться по комнате, временами проходя сквозь твердые объекты, словно забывая о своей полуматериальной природе.
"Ты должен знать о структуре Разлома," — сказал он, внезапно остановившись. — "Он состоит из вложенных слоев реальности, как матрёшка. Мы сейчас на внешнем слое. Ядро Памяти — центральный узел, где сходятся все потоки информации."
Он указал на карту, все еще висящую над консолью, но теперь показывающую нечто похожее на трехмерную модель вложенных сфер, окружающих яркий центр.
"Там, где сейчас находятся Ева и... другие," — он странно запнулся на этом слове. — "Но не все могут войти в Ядро напрямую. Нужно знать пути, нужны проводники."
[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: Он что-то скрывает. Обратил внимание, как он упомянул "других", а не конкретно твоего сына?
— Где мне найти проводника? — спросил я Эхо.
Он указал на одну из точек на карте — структуру, находящуюся на значительном расстоянии от нашего местоположения.
"Перевалочная станция. Там собираются выжившие и путешественники между слоями. Торговцы воспоминаниями, проводники, собиратели фрагментов... если кто-то и знает путь в центр, то они."
Новая цель оформилась в моем сознании. Найти Перевалочную станцию, получить информацию о Еве и Джейми, найти проводника в Ядро Памяти.
Но образ Евы в голограмме — с постоянно меняющимся лицом и тенью, стоящей за ней — не давал мне покоя. Как и предупреждения TX-∇ о попытке изменить мои базовые структуры через медальон.
Я вспомнил вспышку воспоминания, когда пересекал Порог — старая Хранительница говорила: "Мы все ждали тебя... настоящего тебя..." И слова Скарна, которые он произнес перед тем, как я прыжком пересек границу: "Серафим... он не то, чем кажется... он не хочет объединения... он хочет..."
Кому я на самом деле могу доверять здесь, в искаженной реальности Разлома?
[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: [тихо, но с неожиданной интенсивностью] Может, настоящий вопрос в том, Алекс... кто на самом деле ты? И если ты ещё не понял — ты стал тем, кого они создавали. Но не тем, кого ожидали.
