— Что нам нужно найти здесь? — спросил я, интуитивно поняв, что это пространство не просто очередной переход, а важная часть моего пути.

— Не "что", — Мира покачала головой, и на мгновение я увидел, как её лицо расслаивается на полдюжины версий, прежде чем снова стать единым. — Твоё прошлое. Или часть его. Идём.

Она двинулась вперед, и я последовал за ней, чувствуя, как пространство вокруг нас изгибается, словно приспосабливаясь к нашему присутствию. Мои шаги оставляли за собой светящиеся следы, которые исчезали не сразу, а медленно тускнели, создавая впечатление, что я одновременно нахожусь в нескольких точках.

Звуки здесь тоже вели себя странно — шорох наших шагов то резко усиливался, то почти пропадал; иногда слова, произнесённые шёпотом, гремели как гром, а крик превращался в едва слышимый шелест.

Мы приближались к обширной кристаллической пещере, выросшей прямо из земли — её причудливая геометрия нарушала все законы физики. Сталактиты росли горизонтально, некоторые даже изгибались под прямым углом, словно сознательно выбирая новое направление. Кристаллы меняли цвет в зависимости от угла зрения — синие при взгляде прямо, фиолетовые сбоку, золотистые через плечо.

Но самым странным было то, что внутри пещеры, словно за полупрозрачной завесой, я мог разглядеть фигуры — женщину и ребёнка, застывших в момент бегства. Их очертания размывались, растворяясь по краям, но центральная часть выглядела почти материальной, словно они действительно были там, просто в другом слое реальности.

И что-то в этих фигурах вызывало внутри меня необъяснимый отклик — медальон на груди начал нагреваться, а линии TX-∇ под кожей пульсировать интенсивнее.

[TM-∇.SYNC/ANALYSIS]: Зафиксирован всплеск активности в лимбической системе. Эмоциональный центр реагирует на визуальный стимул.

[TM-∇.SYNC/WARNING]: Неопознанное эмоциональное воздействие. Источник неопределён.

[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: Я думаю... это воспоминание. Не обязательно твоё. Но резонирующее с тобой.

Я почувствовал непреодолимое притяжение к этому карману — словно магнит тянул само моё сознание, обещая соединить разорванные нити памяти, которые я даже не осознавал потерянными.

— Я должен увидеть, — произнёс я, делая шаг к мерцающей границе кармана.

— Алекс, подожди! — предупреждающий голос Миры звучал словно сквозь толщу воды. — Не заходи целиком!

Но я уже ощущал, как нечто внутри меня — не совсем TX-∇, скорее новая, гибридная способность — активируется, создавая вокруг меня сферу измененного времени. Мир вокруг замедлился ещё больше, звуки растянулись в низкие гудящие ноты, а свет стал густым, почти осязаемым.

"Временной пузырь", — пришло понимание из глубин интуиции. Локальная зона, где я контролирую течение времени.

Я сделал ещё один шаг, и часть меня словно провалилась сквозь полупрозрачную мембрану кармана. Женщина и ребёнок стали чётче, их движения — едва заметные, как при замедленной съёмке — приобрели плавность. Я видел их лица — напряжённые, но решительные. Женщина была красивой, с золотистыми глазами, так похожими на глаза Евы, но черты лица другие, жёстче, острее. Ребёнок... я не мог различить, мальчик это или девочка, но поразительно знакомый способ, которым маленькая рука держалась за руку взрослого — три пальца сверху, мизинец подогнут — так же, как Джейми всегда держал мою руку.

Женщина прижимала к груди нечто вроде амулета, едва светящегося золотистым светом, так похожим на свечение моего медальона, что я невольно коснулся своего.

— Мы должны идти глубже... Они не найдут нас в нижних слоях, — голос женщины звучал искажённо, словно через слой воды, но я всё равно узнал интонации, характерные для Евы, когда она была сосредоточена на важной задаче.

— А папа? Он найдёт нас? — спросил ребёнок, и моё сердце сжалось от тоскливого знакомого тона.

— Если захочет... если вспомнит себя, — ответила женщина с горькой уверенностью.

В этот момент TX-∇ внезапно активировал защитные протоколы, словно почувствовав опасность. Система буквально "вытащила" меня из кармана, создав ощущение, будто часть моего сознания осталась там, растянувшись между двумя точками пространства-времени. Дезориентация была настолько сильной, что я пошатнулся, теряя равновесие.

[TM-∇.SYNC/DEFENSE]: Обнаружено темпоральное рассогласование. Активация протоколов защиты целостности личности.

[TM-∇.SYNC/WARNING]: Временной карман проявляет свойства когнитивной ловушки. Высокий риск диссоциации.

[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: [с тревогой] Часть тебя всё ещё там, Алекс. Я чувствую фрагментацию.

Мира схватила меня за плечи, её руки внезапно обрели удивительную материальность.

— Ты не слышал меня! — в её голосе звучала тревога. — Никогда не входи в карман без якоря! Особенно если он резонирует с твоими воспоминаниями.

— Я видел... — начал я, но не мог подобрать слов. — Женщина... её амулет... он как мой медальон...

— Так и есть, — кивнула Мира, поддерживая меня, пока головокружение не прошло. — Карманы показывают то, что важно для тебя. Или то, что должно быть важно. Граница не всегда очевидна.

— Это было реальное воспоминание? Или иллюзия?

— А есть ли разница? — философски пожала плечами Мира. — В Разломе всё одновременно реально и нереально. Особенно воспоминания.

Мы отошли от кристаллической пещеры, направляясь через странный лес, где деревья существовали в нескольких версиях одновременно — цветущие и засохшие, молодые и старые, полные листвы и голые. Стволы переплетались под невозможными углами, а некоторые ветви выглядели застывшими на середине роста, словно время для них прекратило течение.

Тропа под ногами то исчезала, то появлялась снова, меняя направление при каждом обратном взгляде. Один раз, обернувшись, я увидел, что путь, которым мы пришли, теперь ведёт к заброшенному маяку, которого точно не было там минуту назад.

И всё время я чувствовал чей-то взгляд из глубины леса — странный, нечеловеческий, изучающий нас с терпеливым голодом.

[TM-∇.SYNC/TACTICAL]: Обнаружено наблюдение. Сигнатура не соответствует известным паттернам.

[TM-∇.SYNC/ALEX-PRIME]: Хроноворы? Те существа, о которых говорила Мира?

[TM-∇.SYNC/НАБЛЮДАТЕЛЬ]: Возможно. Или что-то древнее... что-то, что живёт в самой структуре времени.

Когда мы выбрались из леса, перед нами открылось новое видение — лаборатория, существующая словно в пузыре отделённого от остального пространства времени. Её стены были полупрозрачными, позволяя увидеть замерший момент научного эксперимента: несколько фигур в лабораторных халатах собрались вокруг странного устройства, источающего пульсирующий эфирный свет.

Голографические экраны парили в воздухе, демонстрируя фрагменты данных и диаграмм. Я мог различить некоторые заголовки: "Проект Ева", "Фаза 2", "Интеграция TX-∇". Вокруг центрального устройства сияли трёхмерные схемы, похожие на те, что возникали при активации моего TX-∇.

Все присутствующие смотрели на центральную фигуру — женщину с золотистыми глазами, которая держала в руках медальон, до странности похожий на мой собственный. И хотя её лицо было частично скрыто бликами света, я узнал эти чёткие линии подбородка, этот особый наклон головы — Ева. Не версия из кармана пещеры, а именно та Ева, которую я искал, которая была моим якорем все эти годы.

Я сделал шаг к границе кармана, активируя только что обретённую способность "временных пузырей", но более осторожно, не пересекая полностью мембрану. Пространство вокруг замедлилось, но я оставался "снаружи", лишь растягивая восприятие, чтобы лучше разглядеть детали.

И тогда я заметил это — на стене лаборатории, прямо за спиной Евы, находился странный треугольный символ. Не просто геометрическая фигура, а сложная структура, с внутренними линиями, формирующими нечто, похожее на око в центре. Символ не был нарисован или выгравирован — он словно проступал через саму ткань реальности, мерцая между слоями времени.