«От операций фельдмаршал-лейтенанта Шлика с уверенностью ожи-дают (!) прекрасных результатов, так как вообще можно с гордостью (1) утверждать, что как раз в ходе продвижения на соединение под Токаем он показал себя превосходным полководцем!»

«Gonstitutionelles Blatt aus Böhmen» подтверждает также, что мадьяры заняли южную часть Пештского комитата у Кеч-кемета. Они даже вышли к Дунаю и установили связь с инсур¬гентами на противоположном берегу (Тольнский комитат):

«Одним из главных очагов происков инсургентов является Калоча, откуда они ведут подстрекательскую деятельность во всей округе, в част¬ности, в лежащем на другом берегу Дуная Тольнском комитате. Повстанцы там настолько осмелели, что топят любое судно, проходящее по Дунаю.

234

С ТЕАТРА ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

При этом особенно отличаются крестьяне Фёльдвара и Дунавече. Они совершенно не боятся императорско-королевских войск, ошибочно пола¬гая, что под Калочей стоят 12 тысяч гонведов 162. Их фанатизм постоянно разжигается воззваниями из Дебрецена».

Таким образом, на всем отрезке от Дунавече до Тольны (9—10 миль по прямой) оба берега Дуная в руках мадьяр, и судо¬ходство находится под большой угрозой.

О том, как ведется война в этом районе и как мало шансов у неповоротливых австрийцев справиться с этими недосягае¬мыми скоплениями мятежников, показывает следующее сооб¬щение:

«Войсковая часть, отправившаяся несколько дней назад пароходом в Фёльдвар (Тольнский комитат) для подавления новых очагов мятежа, не встретилась с противником. Буксир был, правда, обстрелян при швар¬товке, по мятежники рассеялись, прежде чем была произведена высадка. Настоящая партизанская война! Бригада Симунича, но слухам, перенесла свой укрепленный лагерь к принадлежащему графу Казмеру Баттянн имению Бишкен в четырех часах езды от Офена, чтобы обеспечить безопас¬ность и упрочить новое положение дел по эту сторону Дуная».

Из Трансильвании — ни слова. В Банате

мжидают, что одновременно с прибытием бана * (в ходе кампании против Сольнока) австро-сербский фронт, растянувшийся от Байи до Темешвара, придет теперь в движение» («Constitutionelles Blatt aus Böhmen»).

Действительно, наконец-то мы узнали, что знаменитая ди¬визия, сформированная фельдмаршал-лейтенантом Глезером из войск Рукавины, Теодоровича и других генералов под гром стольких газетных фанфар, которая должна была овладеть Тран-сильванией и Гросвардейном, не только не удержала свои пози¬ции на Мароше, но отступила к Темешвару! Правда, в мадьяр¬ских сообщениях об этом говорилось уже давно, но ведь им же нельзя верить!

В другой статье той же газеты говорится:

«До вчерашнего дня (7 марта) ни Сегедин, ни Терезиопель (Суботица), близ которого, как я уже сообщал, сербы одержали блестящую победу и буквально искрошили мадьяр, еще не были захвачены, и в этом направ¬лении движется мадьярский корпус. Об этом рассказывают люди, приехав¬шие сегодня из этих районов».

В этом деле имеется одно совершенно особое обстоятельство. Сербы в высшей степени недовольны своим вождем. Патриарх

— Елачича. Ред.

С ТЕАТРА ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

235

Раячич с каждым днем становится все более непопулярным из-за того, что он подверг опале Стратимировича и выступил против Национального комитета 120, который он теперь распустил, сфор-мировал заново и перевел в Бечкерек, и других актов произвола. Стратимирович исчез: по-видимому, перешел к мадьярам. Рукавина и Теодорович, правда, сербы, но в первую очередь они генералы императорско-королевскои армии, не признающие другой национальности, кроме австрийской. К тому же отно¬шения между регулярными войсками, с одной стороны, и серб¬скими граничарами 139 и волонтерами, с другой, довольно на¬пряженные.

«Сербы жалуются на недостаток кавалерии, а императорские войска вдобавок но спешат на помощь «райценам»1П — прозвище, которое снова в ходу у военных» («Constitutionelles Blatt aus Böhmen»).

Короче говоря, со времени отстранения Стратимировича сербы охвачены недовольством и даже, как сообщают сами вен¬ские газеты, ведут переговоры с мадьярами. Какой эффект произведет назначение Кошутом Стратимировича баном и вое¬водой, покажет будущее 202.

Здесь готовится новый удар по австрийцам в форме отзыва турецких сербов96 из Венгрии. «Constitutionelles Blatt aus Böh¬men» сообщает по этому поводу:

«Сербы, сражающиеся на австрийской земле, отозваны княжеским указом из Белграда. Мы не знаем, распространяется ли это также на отряд Кничанина, так как приказ носит слишком общий характер. Наши сербы с подозрением воспринимают этот шаг, считая, что появление этого указа не обошлось без дипломатического воздействия Ольмюцкого дво¬ра 107. Другие усматривают в этом дела чисто организационного харак¬тера или же связанные с рекрутским набором, а мы склонны связывать это с вооружением турок. Нет никакого сомнения, что иррегулярные сербские части только и знали, что грабить, убивать и поджигать, и что это — отбросы Сербии. Их алчность настолько велика, что они грабят всех без разбора. Целыми возами они переправляют свою добычу через Саву, и отовсюду, куда ворвались эти орды, несутся мольбы: избави нас, небо, от этих друзей, а врагов мы уж как-нибудь одолеем».

Та же газета пишет по этому поводу в другой статье:

«Другое щекотливое обстоятельство, вызывающее у нас печальные предчувствия, заключается в отозвании войск Сербского княжества из Воеводины. Мы не в состоянии проникнуть в тайну этой политики. Говорят, что этого потребовали Порта, Англия и Франция. Мы этому не верим; по крайней мере, они не имели права это делать, ибо войска, при¬бывшие на подмогу из княжества, не являются регулярными частями, которыми тамошнее правительство могло располагать по своему усмо¬трению, а состоят из волонтеров, явившихся, чтобы принять участив

9 М. и э., т. 43

236

С ТЕАТРА ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

в освободительной борьбе своих сородичей. Право же на это сербы имеют, так как Сербия — конституционная страна и ее народ — свободный народ. Волнения среди южных славян не прекратились, а, напротив, усиливаются с каждым днем».

О злостном характере производимых сербами грабежей сви-детельствует следующая прокламация патриарха *, выпущен¬ная в Гроскикинде 24 февраля:

«Ввиду усиления грабежей, чинимых как вспомогательными, так и нашими войсками, я вынужден отдать следующее распоряжение: 1) за-прещается покупать угнанный скот и другое похищенное имущество. 2) В случае, если купивший будет уличен в этом, он лишается как при¬обретенной добычи, так и уплаченных за нее денег. 3) Все похищенные вещи должны конфисковываться там, где они обнаружены, причем соот¬ветствующие власти обязаны докладывать мне об этом».

Но сербов, которые все же ведут национальную борьбу, более всего возмущает выступление высокородного бана Ела-чича, являющегося в качестве бана одновременно главой Во¬енной границы 139, в пользу германизации. «Constitutionelles Blatt aus Böhmen» публикует следующее сообщение от 1 марта из района Савы:

«Бан Елачич стал притчей во языцех; последние его деяния окутаны покровом тайны, и южные славяне взирают на него с недоверием. Здесь очень плохо воспринят его приказ патриарху, гласяпщй, что на терри¬тории здешней Военной границы снова надлежит ввести немецкий язык. Воистину бан Елачич не учел всего значения этого распоряжения. Сербы разожгли национальную войну только с целью избавиться от гнета чу¬жеземного народа, уберечь от гибели свою литературу (!), свое искус¬ство (!), свои песни, все свои национальные сокровища, к которым они привязаны всем сердцем; добровольно они не подчинятся этому приказу. Впрочем, какими бы соображениями ни руководствовался достопочтен¬ный бан, мы ни минуты не сомневаемся, что патриарх отменит этот приказ».

Высокородный рыцарственный бан явно играет самую жалкую роль. Отправленный некоторое время тому назад по подозре¬нию в неблагонадежности в Пешт, он служил правительству для того, чтобы прикрывать своим именем и своей ответствен¬ностью все непопулярные у славян правительственные акты. Этот аристократ сразу же связался с австрийцами и навсегда порвал с мадьярами. Теперь, когда уже слишком поздно, он видит, что, несмотря на всю свою славянскую хитрость, он по¬зорно обманут императорскими властями и уже не может отка¬заться поставить свою подпись под столь гнусным документом, каким является его недавнее заявление о мнимой размолвке с Виндишгрецом. Он получил по заслугам.