…Налог в 45 сантимов пал прежде всего на крестьянство, то есть на огромное большинство французского народа. Крестьянам пришлось нести издержки февральской революции, и они, естественно, составили отныне главную опору контрреволюции. Налог в 45 сантимов был жизненным вопросом для крестьянина, который, в свою очередь, сделал его вопросом жизни и смерти для республики. С этого момента в глазах французского крестьянина республику олицетворял этот зловредный налог, а парижский пролетариат представлялся ему лен-тяем и расточителем, который благоденствовал за его счет. В то время как революция 1789 г. начала с того, что освободила крестьян от всех феодальных повинно¬стей, революция 1848 г. первым делом преподнесла этому классу * новый налог!!

Только одним путем правительство могло устранить все эти затруднения и выбить государство из его старой колеи, а именно объявлением государственного банкротства. Все помнят, с каким добродетельным негодованием Ледрю-Роллен, как он сам заявил перед Национальным собранием, отверг это спасительное средство, предложенное ему биржевым ростовщиком Фульдом, теперешним министром финансов ***. Между тем Фульд предлагал ему яблоко от древа познания!!!

Признав векселя, выданные на государство старым буржуазным обществом, Временное правительство под-пало под его власть. Оно попало в положение преследуе-мого должника буржуазного общества, вместо того чтобы явиться к нему в роли грозного кредитора, взыскивающе¬го старые революционные долги. Оно должно было укреп¬лять буржуазное общество, чтобы справиться с обяза-тельствами, выполнимыми только в рамках этого общества****. Кредит стал самым необходимым условием его существования, а уступки пролетариату и данные ему

Далее Энгельс опускает слова: «чтобы не повредить капиталу и обеспечить ход его государственной машины» (настоящее издание, т. 7, стр. 22). Ред. • У Маркса: «сельскому населению» (там же). Ред. *** Эта фраза у Маркса сформулирована иначе (там же). Ред. ••** У Маркса вместо слов: «буржуазное общество» — «буржуазные отнощения» (там же). Ред.

ДВА ГОДА ОДНОЙ РЕВОЛЮЦИИ

53

обещания — оковами, которые во что бы то ни стало должны были быть разбиты. Освобождение рабочих — даже только фраза об этом — стало невыносимой опас-ностью для республики, так как это требование было постоянным протестом против восстановления кредита, который покоится на прочном и непоколебимом признании существующего классового антагонизма . Поэтому надо было раз и навсегда покончить с рабочими» *.

После февраля армия была изгнана из Парижа; националь¬ная гвардия, то есть вооруженная буржуазия, единственная военная сила в городе, никогда не была достаточно крепкой, чтобы самостоятельно справиться с пролетариями. К тому же, несмотря на все сопротивление, национальная гвардия утратила свою чистоту из-за допуска в ее ряды рабочих. Таким образом, оставался только один исход: противопоставить одну часть пролетариев другой.

«С этой целью Временное правительство образовало 24 батальона garde mobile *** По большей части из молодых людей в возрасте от 15 до 20 лет, по тысяче человек в каж-дом батальоне. Они принадлежали почти исключительно к люмпен-пролетариату, который имеется во всех больших городах и резко отличается от промышленного пролетариата. Этот слой, из которого рекрутируются воры и преступники всякого рода, состоит из элементов, живущих отбросами с общественного стола, людей без определенных занятий, бродяг — gens sans feu et sans aveu; они различаются в зависимости от характера **** нации, к которой принадлежат *****; ив том юношеском возрасте, в котором их вербовало Временное правительство, они способны были на величайшее геройство и самое пылкое самопожертвование, но вместе с тем и на самые низкие разбойничьи поступки и на самую грязную продажность. Временное правительство купило их за 1 франк 50 сантимов в день. Оно одело их в особый мундир, то есть внеш¬ним видом обособило их от рабочих в блузах. В коман¬диры частью им дали офицеров регулярного войска, частью

• У Маркса: «существующих экономических классовых отношений» (насто¬ящее иэдание, т. 7, стр. 23). Ред.

•* Слова: «раз и навсегда» добавлены Энгельсом. Этой фразой заканчивает¬ся публикация в майском номере «Democratic Review». Ред. ••• — мобильной гвардии. Ред. •••* У Маркса: «культурного уровня» (там же). Ред.

Далее Энгельс опускает слова: «но везде и всегда они сохраняют характер¬

ные черты лаццарони» (там же). Ред.

54

Ф. ЭПГЕЛЬС

буржуазных сынков, которые пленили их громкими словами о смерти за республику. И народ считал эти 24 ты-сячи энергичных и отчаянных молодых солдат, только что покинувших баррикады, своей собственной армией, своей подлинно пролетарской гвардией в отличие от прежней буржуазной национальной гвардии *. Его ошибка была простительна.

Рядом с мобильной гвардией правительство решило собрать вокруг себя также промышленную рабочую ар¬мию. Министр Мари зачислил 100 тысяч рабочих, ко¬торые в результате кризиса и революции оказались выброшенными на улицу, в ateliers nationaux **. Под этим громким именем скрывалось не что иное, как ис¬пользование рабочих на скучных, однообразных, не¬производительных земляных и тому подобных работах с заработной платой в 23 су (И1/г пенса) в день ***. Английские работные дома под открытым небом — вот чем были эти ateliers nationaux. Временное правительство думало, что нашло в них вторую пролетарскую армию против рабочего класса в целом ****. Но буржуазия ошиблась в ateliers nationaux точно так же, как народ ошибся в garde mobile. Она создала армию мятежа.

Но одна цель была достигнута: ateliers nationaux — так назывались народные мастерские, которые требовал Луи Блан в Люксембургском дворце. A tellers Мари созданы были по плану, прямо противоположному люксембургско-му плану… Распустили слух *****, что эти ateliers nationaux — изобретение Луи Блана, и это казалось тем более правдоподобным, что Луи Блан, апостол национальных мастерских, сам был членом Временного правительства. Для искусственно обрабатываемого общественного мнения парижской буржуазии и мнения Франции и Европы ******

Этой фразой Энгельс заменяет следующий абзац: «Таким образом, против парижского пролетариата стояла набранная из его же среды армия в 24 тысячи юно¬шески крепких, отчаянных людей. Пролетариат приветствовал мобильную гвардию на улицах Парижа громкими криками «ура». Он видел в ней своих передовых борцов на баррикадах. Он считал ее пролетарской гвардией в отличие от буржуазной нацио¬нальной гвардии» (настоящее издание, т. 7, стр. 23—24). Рев. * — национальные мастерские. Ред. *** Последние слова вставлены в текст Энгельсом. Ред. **** У Маркса: «против самих же рабочих» (настоящее издание, т. 7, стр. 24). Ред.

***** У Маркса: «Временное правительство само тайно распустило слух» (там же). РеЭ.

****** У Маркса: «Для парижской буржуазии, полунаивно и полунамеренно смешивавшей обе вещи, для искусственно обрабатываемого общественного мнения Франции и Европы» (там же). Ред.

ДВА ГОДА ОДНОЙ РЕВОЛЮЦИИ

55

эти работные дома были первым шагом к осуществлению социализма, который выставлялся заодно с ними у позор¬ного столба.

Если не по своему содержанию, то по своему названию ateliers nationaux были воплощенным протестом проле¬тариата против буржуазной промышленности, буржуазного кредита и буржуазной республики. И на них обрушилась вся ненависть буржуазии. В них она в то же время уви¬дела тот пункт, на который могла направить свой первый удар, как только она достаточно окрепла, чтобы открыто порвать с февральскими иллюзиями. Мелкие буржуа тоже сразу же обратили всю свою ненависть и досаду против ateliers nationaux. Со скрежетом зубовным они высчитыва¬ли, сколько денег поглощали дармоеды-рабочие, тогда как их собственное положение с каждым днем становилось все хуже… В национальных мастерских, в люксембург¬ских декламациях, в уличных демонстрациях парижских рабочих — именно в этом они видели причину своего бедственного положения. И никто не проявлял такого фанатизма в борьбе против мнимых махинаций комму¬нистов, как мелкий буржуа, парижский лавочник, сам стоявший на краю банкротства . Таким образом, в то время как каждый день приносил волнующие вести о новых революциях и поддерживал упоение народа побе¬дой, буржуазия все более и более сосредоточивала в своих руках все преимущества, все решающие позиции в пред¬стоявшей схватке между нею и пролетариатом, весь конт¬роль над промежуточными классами общества» *. Неизбежным следствием этого явился ряд моральных побед буржуазии. Хотя 17 марта пролетарии формально одержали верх, подлинная цель их демонстрации. — подчинить Времен¬ное правительство воле пролетариата — оказалась тем не менее недостигнутой, 16-ое же апреля было решительным поражением пролетариев, за которым последовало возвращение армии в Париж. Состоявшиеся вскоре после этого выборы в Националь¬ное собрание дали буржуазии решающее большинство.