Золото. Римляне облагали побежденных налогами и репа-рациями неизменно в серебре. Тем не менее предпочтение золо¬та серебру известно и в древности. Римские золотые монеты (Коген и т. д.) точно изучены исследователями в отношении содержания золота в каждой из них. Достоинство римских золотых монет исчислялось в серебряных сестерциях и на них ставилась соответствующая цифра. Вес золотых монет с одним и тем же цифровым знаком сильно колебался в различное время и, по-видимому, каждый раз следовал за стоимостью золота.

Aureus, римский дукат, достоинство которого обозначено цифрой 25 денариев или 100 серебряных сестерциев, весил в начальный период чеканки золотой монеты в Капуе только 6 граммов 79 сантиграммов. Таким образом, в первые десятилетия

148

К. МАРКС

золотой чеканки отношение золото : серебро = 1 : 16, почти такое же как сегодня.

В 134—119 гг. до н. э. вследствие притока в Рим частично состоявшей из золота военной добычи полководцев, офицеров и солдат — падение цены золота; в эти годы aureus в среднем весом в 7 граммов 24 сантиграмма, в то время как серебряная стандартная монета сохраняет свой нормальный вес.

Приток золота продолжался беспрерывно, особенно с ограб-лением богатой золотом Галлии Юлием Цезарем; вес aureus”a возрастает еще больше, в 104—37 гг. до н. э. aureus весит 8 грам~ мое 13 сантиграммов, таким образом в этом промежутке вре¬мени стоимость золота по отношению к серебру резко падает. Но, дойдя тогда до самого низкого курса, она начинает непре¬рывно повышаться, пока во времена Нерона не стал чеканиться самый легкий aureus и таким образом стоимость золота не достигла самого высокого курса.

Относительно античных монет (соответственно медалей): начинаются с быков, овец и т. д. [первоначальная pecunia — скот превращается в изображение на монете], встречаются также другие символы; в античных республиках вскоре начи¬нают чеканить на монетах изображения богов; наконец, истори¬ческие портреты глав государств [последние окончательно ста¬новятся на место быков и овец]. Первой портретной монетой была выпущенная Александром Великим, с нее начинается «мировая монета)).

Августу декретом сената было предоставлено «jus imagi-nis»*;’ портреты Юлия Цезаря начали чеканиться на монетах уже после его смерти в 44 г. до н. э. благодаря почитавшим его «quatuorviri monetales» **.

Юлия Цезаря [по Аппиану] из, когда он уже был претором, душили долги, достигавшие 25 миллионов сестерциев, в пере¬счете — 5 миллионов франков. (По буквальному смыслу слов можно думать, что долги были гораздо больше; сравни.) В 60 г. до н. э. он добивается консульства; голоса квиритов в то время были к услугам каждого, кто предлагал больше других, так что долги Цезаря сильно увеличились.

В 59 г. до н. э. — проконсул Галлии. Целью его было ограб¬ление страны для себя и своих друзой. (Сравни Светония, книга I, глава 54.) «Оттого, — говорит Светоний, — у него [Цезаря] и оказалось столько золота, что он распродал его по Италии и провинциям на вес» [а один фунт продавался в те времена по 3 000 сестерциев]. К досаде Цезаря из слывшей

Право чеканить свое изображение. Ред. * Четырем мужам, ведающим моцетным делом. Ред.

МОНОМЕТАЛЛИЗМ ИЛИ БИМЕТАЛЛИЗМ

149

уже тогда безмерно богатой Галлии можно было выжать только золото [не серебро]. Очевидно, аристократические кредиторы Цезаря настаивали на погашении долга в законной серебряной валюте, иначе нельзя объяснить чрезвычайное падение курса золота тогда. 1 сестерций или nummus весил самое большее 1 грамм, и из римского фунта, равного 326 граммам, мож¬но было вычеканить только 326 сестерциев. Таким образом, 3 000 серебряных сестерциев весом в 91/ъ римских фунта, согласно Светонию, было достаточно для покупки одного фунта золота. Вследствие военных и грабительских походов Цезаря в Галлию отношение стоимости золота к серебру за короткое время упало с 1 : 16 до 1 : 91/ь, что должно было расстроить финансовые планы Цезаря.

Галлы питали пристрастие к золоту с незапамятных времен. Когда они во главе со своим бренном (титул каждого галльско¬го верховного военачальника, римляне превратили это в имя собственное Brennus) в 390 г. до н. э. завоевали Рим, они потребовали золота, но во всем римском государстве удалось раздо¬быть только 8 000 фунтов. Запас золота галлы, вероятно, при¬обрели благодаря выгодной посреднической торговле с фини¬кийцами, карфагенянами и этрусками.

Помимо долгов и дорогостоящих личных страстей Цезарю приходилось еще «покупать» надежных сторонников в своем собственном и во вражеском лагере с помощью огромных дота¬ций — так, в 50 г. до н. э. он купил (сильно обремененного дол¬гами) народного трибуна Г. Куриона за 60 миллионов сестер¬циев, консула Эмилия Павла за 36 миллионов сестерциев, — а также время от времени поддерживать расположение к себе наиболее важных городов и царей богатыми подарками.

Однако львиная доля галльской добычи доставалась римскому плебсу. Уже в самом начале на средства из доли Цезаря в галль¬ской добыче (de manubiis) в Риме приступили к строительству нового форума; один только земельный участок для этого стоил 120 миллионов сестерциев (24 миллиона франков); кроме того, он пообещал удвоить солдатское жалованье. [Сулле пришлось легче, чем Цезарю: он грабил народы, богатые серебром. Из репараций, которые были продиктованы декретом сената поко¬ренным царям, он за год собрал у народов Азии контрибуцию в 20 000 серебряных талантов (100 миллионов франков), кото¬рые его казначей и начальник монетного двора Лукулл мог тут же использовать для чеканки полноценной серебряной монеты.]

Чем больше золота отбирал Цезарь у галлов, тем ниже па¬дала его продажная цена, тем меньше было перспектив на избав¬ление его от собственных долгов и долгов его сторонников;

150

К. МАРКС

он не мог завершить строительство начатых зданий и т. д. Гней Помпеи

«неоднократно утверждал, что [Цезарь] оттого пошел на всеобщую смуту и переворот, что из своих частных средств он не мог ни окончить построек, которые начал, ни оправдать ожидания, которые возбуждало в народе его возвращение» (Светоний, книга I, глава 30).

Поэтому он перешел Рубикон.

Обесценение золота вследствие покорения Галлии было настолько длительным, что только в 37 г. до н. э. цена на золото начинает снова подниматься, как это видно по уменьшению веса монет, чеканившихся в это время.

14 г. н. э. Кончина Августа. При известии о его смерти мятеж в зимнем лагере у Навпорта (западнее Лайбаха) в войске, состоявшем из сосредоточенных здесь 3 полных легионов. Главная причина недовольства: жалованье, удвоенное еще при Юлии Цезаре, тем не менее со времени 2-й германской войны выпла¬чивалось легионерам номинально в медных ассах. Ко времени этого восстания ежедневное жалованье в 10 ассов составляло не серебряный денарий, к которому они должны были прирав¬ниваться, а лишь небольшую долю его, которая в пересчете казначеев сводилась к прежнему медному ассу. Когда Тиберий пришел к власти, легионеры потребовали ежедневного жало¬ванья в размере полного серебряного денария (= 33 крейце-рам), тем более что праздные преторианцы в Риме получали по 2 серебряных денария в день. Друз с отрядом преторианцев был послан в Лайбах; помогло — после обоюдных зверств — наступившее 26 сентября 14 г. н. э. полное лунное затмение.

Одновременно по тем же причинам началось восстание всех трех германских армий, десяти легионов, которые составляли главные силы стоявших в Европе римских войск. Место действия — укрепленный лагерь на Рейне. Германии и т. д. (см. Та-цита) 114, истребление за одну ночь одной половины армии другой. Германии, немедленно напал на хаттов и херусков. Его военный и транспортный флоты целиком погибли в Северном море; отступавшее под командованием Цецины войско было окружено Арминием в болотистой местности, только бросив обоз, включая собранные Германиком деньги, войско смогло снова достичь предмостного укрепления у Кёльна.