Сисмонди правильно отмечает относительно простого обмена:
«Обмен всегда предполагает наличие двух стоимостей; каждая из них может иметь различную судьбу; но качество капитала и дохода присуще не обмениваемому объекту. Это качество принадлежит лицу, являющемуся его (капитала или дохода) собственником» (Sismondi. Nouveaux Prin¬cipes d’Economie politique. Seconde édition. Tome I, Paris, 1827, стр. 90) [Русский перевод, том I, стр. 185—186].
Поэтому доход нельзя объяснить простыми меновыми отно¬шениями. Свойство стоимости, полученной при обмене, пред¬ставлять собой капитал или доход, определяется отношениями, лежащими вне простого обмена. Нелепо поэтому сводить эти более сложные формы к простым меновым отношениям, как это делают гармонические фритредеры. С точки зрения простого обмена и накопления, рассматриваемого как простое накопле¬ние денег (меновой стоимости), невозможны ни прибыль, ни доход с капитала.
«Если богачи тратят накопленное богатство на предметы роскоши — а они могут получить товары лишь путем обмена, — то их фонд оказался бы вскоре исчерпанным… Но в общественном строе богатство приобрело Свойство воспроизводиться посредством чужого труда. Богатство, как и труд, посредством труда приносит ежегодный плод, который может быть ежегодно же уничтожен без того, чтобы богачи от этого обеднели. Этот плод есть доход, проистекающий из капитала» (там же, стр. 81—82) [Русский перевод, том I, стр. 181—182].
Если прибыль, таким образом, выступает как результат капитала, то с другой стороны она выступает как предпосылка образования капитала. И таким путем снова полагается круго¬оборот, в котором результат выступает как предпосылка.
«Часть дохода превратилась, таким образом, в капитал, в постоянно умножающую себя стоимость, которая больше не пропадает. Эта стои¬мость обособляется от товара, который создал ее; она как некое метафизи¬ческое, невещественное качество всегда остается в руках одного и того же земледельца» (капиталиста), «для которого она принимает различные формы» (там же, стр. 89) [Русский перевод, том I, стр. 185].
{VII—20] Если капитал положен как созидающий прибыль, как источник богатства независимо от труда, то предпола¬гается, что каждая часть капитала одинаково производительна. Подобно тому, как прибавочная стоимость в форме прибыли измеряется отношением к совокупной стоимости капитала, так вместе с тем представляется, что прибавочная стоимость со¬здается равномерно различными составными частями капитала. Оборотная часть капитала (часть, состоящая из сырых мате¬риалов и фонда жизненных средств) приносит, следовательно, не больше прибыли, чем составная часть, образующая основной капитал, и притом прибыль относится одинаково к этим состав¬ным частям соответственно их величине.
Так как прибыль капитала реализуется только в цене, которая уплачивается за него, т. е. за созданную капиталом потребительную стоимость, то, следовательно, прибыль опре¬деляется избытком полученной цены над ценой, покрывающей издержки. Так как, далее, эта реализация происходит лишь в обмене, то для отдельного капитала прибыль не обязательно ограничивается его прибавочной стоимостью, содержащимся в нем прибавочным трудом, а зависит от избытка цены, полу¬чаемого им при обмене. Он может получить при обмене стои¬мость, превышающую эквивалент, и тогда прибыль больше, чем его прибавочная стоимость. Но это возможно лишь постольку, поскольку другой участник обмена не получает эквивалента. Совокупная прибавочная стоимость, как и совокупная прибыль, которая представляет собой прибавочную стоимость, лишь иным образом исчисляемую, никогда не могут при этой операции ни возрасти, ни уменьшиться; изменяется здесь не сама приба¬вочная стоимость, а лишь ее распределение между различными капиталами. Однако это относится лишь к рассмотрению мно¬гих капиталов, а не сюда.
По отношению к прибыли стоимость капитала, предпослан¬ного в производстве, выступает как авансы, как издержки про¬изводства, которые должны быть возмещены в продуете. После вычета той части цены, которая их возмещает, избыток образует прибыль. Так как прибавочный труд — прибыль и процент суть лишь его части — ничего не стоит капиталу и, следова¬тельно, не подходит под рубрику авансированной им стои¬мости, стоимости, которой он обладал до процесса производства и увеличения стоимости продукта, — то этот прибавочный труд, который включен в издержки производства продукта и образует источник прибавочной стоимости, а значит также и прибыли, не фигурирует среди издержек производства капи¬тала. Эти издержки равняются лишь действительно авансированным им стоимостям, а не присвоенной им в производстве и реализованной в обращении прибавочной стоимости. Таким образом, с точки зрения капитала издержками производства являются не действительные издержки производства — именно потому, что ему прибавочный труд ничего не стоит. Избыток цены продукта над ценой издержек производства дает ему прибыль.
Прибыль может, следовательно, существовать для капита¬листа и без реализации его действительных издержек произ¬водства, т. е. всего прибавочного труда, пущенного им в ход. Прибыль — избыток над затраченными капиталом авансами — может быть меньше прибавочной стоимости, т. е. меньше полу¬ченного капиталом избытка живого труда над тем овеществлен¬ным трудом, который он обменял на рабочую силу. Однако вследствие отделения процента от прибыли — что мы тотчас рассмотрим — даже и для производительного капитала одна из частей прибавочной стоимости полагается как издержки производства.
Смешение издержек производства, рассматриваемых с точки зрения капитала, с количеством труда, овеществленным в про¬дукте капитала, включающим прибавочный труд, привело к утверждению, что
«прибыль не включена в естественную цену», что «нелепо называть избыток, или прибыль, частью издержек» (Torrens. An Essay on the Pro¬duction of Wealth. London, 1821, стр. 51—52).
Это затем приводит к большой путанице: либо к утвержде¬нию, что прибыль не реализуется в обмене, а происходит из него (это может иметь место всегда лишь в относительном смысле, если один из участников обмена не получает своего эквива¬лента), либо к тому, что капиталу приписывается магическая сила, которая из ничего создает нечто. Когда созданная в про¬цессе производства стоимость реализует в обмене свою цену, то цена продукта выступает на деле как определенная суммой денег, выражающей эквивалент за совокупное количество труда, содержащееся в сырье, машинах, заработной плате и неопла¬ченном прибавочном труде. Цена еще выступает здесь, следовательно, лишь как изменение формы стоимости, как стоимость, выраженная в деньгах; величина же этой цены предпослана в процессе производства капитала. Тем самым капитал высту¬пает как определяющий цену, так что цена определяется за¬траченными капиталом авансами плюс реализованный им в продукте прибавочный труд. Мы увидим впоследствии, как, наобо¬рот, цена выступает в качестве того, что определяет прибыль. И если здесь совокупные действительные издержки производ¬ства выступают как определяющие цену, то впоследствии цена будет выступать как определяющая издержки производства. Чтобы навязать капиталу его имманентные законы как внеш¬нюю необходимость, конкуренция по видимости переворачи¬вает их все. Извращает их.
Для повторения еще раз: прибыль капитала зависит не от его величины, а, при равной величине, от соотношения состав¬ных частей капитала (постоянной и переменной части); затем от производительности труда (которая, однако, выражена в той первой пропорции, ибо при меньшей производительности тот же капитал не мог бы за то же время при том же количестве живого труда обработать тот же материал); зависит от времени оборота, которое определяется различными соотношениями основного и оборотного капитала, различной долговечностью основного капитала и т. д. и т. д, (см. выше ). Неравенство прибыли в различных отраслях промышленности для капиталов одной и той же величины, т. е. неравенство нормы прибыли, есть условие и предпосылка выравниваний, осуществляемых конкуренцией.
