Наконец, хотя теперь оборотный капитал и основной капи¬тал выступают как два различные вида капитала, все же оборотный капитал обусловлен потреблением, использованием основного капитала, а основной капитал, со своей стороны, представляет собой оборотный капитал, только принявший эту определенную форму. Всякий капитал, превращенный в ове¬ществленную производительную силу, — всякий основной ка¬питал — есть капитал, закрепленный в этой форме, а потому представляет собой потребительную стоимость, изъятую в ка¬честве потребительной стоимости как из [индивидуального] потребления, так и из обращения. То обстоятельство, что при постройке машины или железной дороги в эту определенную потребительную стоимость были превращены дерево, железо, уголь и живой труд (следовательно, косвенным образом, также и потребленные рабочим продукты), не делало бы их основным капиталом, если бы сюда не привходили остальные рассмотрен¬ные выше определения. Когда оборотный капитал превращается в основной капитал, часть тех потребительных стоимостей, в форме которых этот оборотный капитал обращался, равно как косвенным образом и та часть оборотного капитала, которая обменивается на живой труд, — превращаются в такой капитал, стоимостный эквивалент которого создается лишь в течение более продолжительного цикла, в такой капитал, который лишь по частям и постепенно вступает в обращение как стоимость и который может быть реализован лишь путем своего изнашивания в процессе производства.

Превращение оборотного капитала в основной капитал пред¬полагает относительно избыточный капитал, так как это есть капитал, применяемый не для непосредственного производства, а для производства новых средств производства. Сам основной капитал может снова служить непосредственным орудием про¬изводства — как средство в рамках непосредственного процесса производства. В этом случае его стоимость переходит в продукт и возмещается путем последовательного возвращения продукта. Или же основной капитал не входит в непосредственный процесс производства, а выступает как всеобщее условие многих про¬цессов производства, как, например, здания, железные дороги и т. д., и тогда его стоимость может быть возмещена лишь посредством того оборотного капитала, созиданию которого он косвенно содействовал.

Подробности, касающиеся соотношения между производст¬вом основного капитала и производством оборотного капитала, относятся лишь к дальнейшему. Если бы дорогостоящие машины применялись для того, чтобы дать небольшую массу продуктов, то они не действовали бы как производительная сила, а намного больше удорожали бы продукт, чем если бы он был произведен без участия машин. Машины создают прибавочную стоимость не потому, что они обладают стоимостью, — ибо их стоимость просто возмещается, — а только потому, что они увеличивают относительное прибавочное время, или сокращают необходимое рабочее время. Следовательно, масса продуктов должна возрастать пропорционально увеличению количества применяемых машин, а применяемый живой труд должен относительно умень¬шаться. Чем меньше стоимость основного капитала по сравне¬нию с его эффективностью, тем больше он соответствует своему назначению. Всякий ненужный основной капитал пред¬ставляет собой faux frais производства, подобно всем ненуж¬ным издержкам обращения. Если бы капитал мог обладать машинами, не затрачивая на них труд, то это повысило бы производительную силу труда и сократило бы необходимый труд, хотя и не нужно было бы покупать труд [овеществленный в машинах]. Стоимость основного капитала никогда, следова¬тельно, не является самоцелью в производстве капитала.

[VII—14] Таким образом, оборотный капитал превращается в основной капитал, а основной капитал воспроизводится в обо¬ротном капитале; как то, так и другое имеет место лишь в той мере, в какой капитал присваивает себе живой труд.

«Всякое сбережение основного капитала представляет собой прирост чистого дохода общества» (Smith. Recherches sur la Nature et les Causes de la Richesse des Nations. Tome II, Paris, 1802, стр. 226) [Русский пере¬вод, стр. 215].

Завершающее и последнее различие [между основным и оборотным капиталом], которое приводится экономистами, — это различие между подвижным и неподвижным; не в том смысле, что первое входит в обращение, а второе нет; а в том смысле, что одно физически закреплено, неподвижно; в том смысле, в каком различают движимую собственность от недвижимой. Например, мелиорация почвы, водопроводы, строения; и в зна¬чительной степени — машины, так как для того чтобы действо¬вать, они должны быть физически закреплены; железные дороги; словом, всякая форма, в которой продукт промышлен¬ности прикрепляется к земной поверхности. Этим au fond ничего не добавляется к определению основного капитала; но в его определении, действительно, заложено то, что чем больше его потребительная стоимость, его вещественное бытие, соответствует определению его формы, тем в более высоком смысле он есть основной капитал. Недвижимая потребительная стоимость, как, например, дом, железная дорога и т. д., является поэтому наиболее осязательной формой основного капитала. Она может, правда, все же обращаться в том смысле, как вообще обращается недвижимая собственность — как титул, но не как потребительная стоимость; она не обращается в физическом смысле. Первоначально рост движимой собственности, ее уве¬личение по сравнению с недвижимой свидетельствует о восхо¬дящем движении капитала в противоположность земельной собственности. Но когда капиталистический способ производ¬ства уже дан, степень подчинения им себе условий производ¬ства проявляется в превращении капитала в недвижимую собственность. Тем самым капитал делает своим местопребыванием саму землю, и мнимо прочные, данные природой предпосылки земельной собственности сами выступают как всего лишь обусловленные промышленностью.

(Первоначально существование в общине и опосредствован¬ное общиной отношение к земле как к собственности служат основными предпосылками воспроизводства как индивида, так и самой общины. У пастушеских народов земля является только условием кочевой жизни, поэтому о присвоении земли там нет и речи. Когда вместе с земледелием появляется оседлость, земельная собственность сначала является общей, и даже там, где дело доходит до частной собственности, отношение индивида к ней выступает как обусловленное его отношением к общине. Эта собственность выступает как всего лишь лен общины и т. д. и т. п. Превращение земельной собственности в простую мено¬вую стоимость — такого рода мобилизация ее — есть продукт капитала и полного подчинения ему государственного орга¬низма. Поэтому земля, даже там, где она стала частной собст¬венностью, лишь в ограниченном смысле является меновой стоимостью. Меновая стоимость возникает в обособленном, отделенном от земли и индивидуализированном посредством трудовой деятельности (или посредством простого присвоения) природном продукте. Здесь впервые выступает также и инди¬видуальный труд. Обмен начинается вообще прежде всего не внутри первоначальных общин, а на их границе, там, где они кончаются. Разумеется, обмен земли, их местожительства, продажа ее чужим общинам были бы изменой. Обмен может лишь постепенно распространиться на недвижимую собствен¬ность, начав со своей первоначальной области, с движимой собственности. Только путем расширения движимой собствен¬ности капитал шаг за шагом забирает в вои руки недвижимую собственность. В этом процессе деньги являются главным агентом.)

Адам Смит сначала различает оборотный капитал и основной капитал по их определению в процессе производства. Лишь затем он приходит к следующей формулировке:

«Можно различными способами применять капитал для получения прибыли: 1) как оборотный капитал, 2) как основной капитал» (там же, стр. 197—198) [Русский перевод, стр. 205—206].

Эта вторая формулировка, очевидно, не относится к рассмот¬рению различия [между основным и оборотным капиталом] как такового, так как основной капитал и оборотный капитал уже должны быть предположены как два вида капитала, прежде чем можно говорить о том, каким образом можно применять капитал в обеих формах для получения прибыли.