Буратино. Мальчик погрозил ему кулаком. Но все-таки встал.

Буратино почистил щеткой курточку, колпачок, наваксил ботинки.

По дороге он бормотал про себя: "Я иду в школу. Там очень ин-

тер-р-ресно! Азбуку не променяю ни на что. Кино? Хотелось бы! Но не пой-

ду. Конфеты? Заманчиво. Но азбуку на конфеты не променяю. Вот какой я

стал умный".

К сожалению, школа была далеко от театра, и добрался туда Буратино

примерно через час. У школьных дверей стоял розовощекий человек такой

толщины, что на его черном костюме расходились швы. Этот господин ел пи-

рожок и дружески улыбался Буратино.

- Куда это ты идешь, мальчик? - любезно спросил господин.

- Я - в школу! - вежливо ответил Буратино.

- Очень похвально, - одобрительно сказал господин. - Но, дорогой

мальчик, я что-то не припоминаю в своей школе ученика с таким длинным

носом, а ведь я должен помнить все носы, потому что, между прочим, я ди-

ректор этой самой школы - синьор Доктринус.

- А вы и не можете меня помнить, синьор Доктринус, - сообщил Бурати-

но, - потому что я сегодня - первый раз!

- Первый раз! И уже опоздал! - поморщился директор. - Ну что же, луч-

ше поздно, чем никогда. Дорогой мальчик, а ты принес с собой то, без че-

го процесс обучения протекать не может?..

И хотя синьор Доктринус выразился довольно туманно, Буратино сразу

понял, что он хочет сказать. За свою недолгую жизнь в стране Тарабарско-

го короля он уже привык к таким выражениям.

- Да, я принес то, без чего... - сообщил Буратино и протянул директо-

ру кошелек, набитый монетами.

Директор взял кошелек, потряс его над ухом так, что монеты зазвенели,

потом раскрыл и... разочарованно протянул:

- Но они же медные!

- Конечно, медные, - подтвердил Буратино. - К нам в театр ходят бед-

ные люди, и мы не можем брать с них большую плату. Они платят за билет

всего одну маленькую медную монетку.

Но директора совершенно не интересовало, кто ходит в театр. Он закрыл

кошелек и наставительно сказал:

- Видишь ли, дорогой мальчик, процесс обучения требует... огромных

затрат. Одного мела не напасешься. А чернила?..

- Я буду приносить мел с собой, - пролепетал Буратино, - и чернила

тоже.

- А розги ты тоже будешь приносить с собой? - насмешливо спросил

Доктринус и захихикал. Его живот заколыхался от смеха, и швы на костюме

в нескольких местах разъехались. - Ты знаешь, сколько розг ежедневно

приходится обламывать о спины этих маленьких тупиц, у которых на уме

только шалости и развлечения? А дополнительная зарплата учителям, деньги

на подарки по торжественным дням? Ведь правительство отпускает на школу

сущие пустяки. Я уже не говорю, сколько денег уходит на лампочки и стек-

ла в окнах. Их только успевают менять. Вот по всему по этому мы берем

вознаграждение за наш тяжелый труд в виде серебряных монет большого раз-

мера. Этим мы отличаемся от соседней школы, которая берет плату золотыми

монетами. А тебе, мальчик, я могу дать замечательный совет. Иди, тру-

дись! Обществу нужны крепкие руки!

- А как же голова? - вздохнул Буратино. - Как насчет того, чтобы на-

полнить ее знаниями?

- Ни в коем случае! - испуганно воскликнул синьор Доктринус. - Зачем

же портить такую замечательную, такую звонкую голову! - И директор ле-

гонько щелкнул Буратино по макушке. Раздался звук, будто постучали в

пустой деревянный бочонок. - Хе-хе! - заулыбался Доктринус. - Этак еще в

твоей головке появятся дерзкие мысли. Иди, мальчик, трудись! А с этими

деньгами, - директор высыпал на ладонь монеты из кошелька, - давай пос-

тупим по справедливости. Половину из них я возьму за этот преподанный

тебе урок, а остальные - на, возьми, сходи на них в кино или купи леден-

цов, я разрешаю.

Грустный и усталый, Буратино поплелся домой.

- Как долго ты учился, сынок! - встретил его папа Карло.

- Учился, только не в школе, - пробурчал Буратино. - Оказывается, на-

полнить голову знаниями не так-то просто, если кошелек не наполнен...

И тут выяснилось, что такая история произошла не с одним Буратино.

Пьеро не приняли в художественное училище. Мальвину не взяли на курсы

кройки и шитья. Даже Артемон не попал в школу дрессировки собак!

Буратино был очень возмущен.

- Мы открыли двери в театр! Обрадовались! - ворчал он. - Другие-то

двери закрыты!

Не знал Буратино, что Тарабарское королевство - это Страна Закрытых

Дверей.

И даже дверь в кукольный театр, была ли она открыта по-настоящему?

Разве не было в этой стране мальчиков и девочек, у которых не нашлось бы

даже медного грошика, чтобы заплатить за вход?

АУДИЕНЦИЯ У ШАРАБАНА БАРАБАНА

Между тем Карабас Барабас и его спутники подошли к королевскому двор-

цу. Это было огромное мрачное здание с тяжелыми дубовыми воротами, оби-

тыми железом. Повсюду стояли часовые с ржавыми алебардами, из окон тор-

чали чугунные пушки. А в каждой пушке жили ласточки и скворцы, потому

что, к счастью, эти пушки давно не стреляли. Но при случае они могли

выстрелить довольно основательно. Пока же солдаты забавлялись тем, что

играли пушечными ядрами в кегли. А кеглями служили старые пушки, постав-

ленные вертикально.

В гигантских воротах была проделана низенькая дверь, которая, в свою

очередь, состояла еще из нескольких дверок. Сперва открывалась крошечная

форточка. Оттуда выглядывал стражник. Затем - верхняя половина двери.

После проверки документов отворялась калитка и можно было пройти внутрь,

низко наклонив голову.

Увы, не склонив головы, никак нельзя было пройти во дворец.

Карабас Барабас предъявил солдату свое удостоверение доктора ку-

кольных наук. Тот долго рассматривал его вверх ногами, поскольку был

неграмотным, и шевелил губами, будто бы читая. Потом пошарил в бороде

Карабаса, не спрятана ли там бомба. В конце концов он взял у Карабаса

отпечатки пальцев и милостиво пропустил всю компанию внутрь здания.

Все двинулись бочком по петляющему узкому коридору, очень похожему на

тюремный. Карабас Барабас всем видом показывал, что он тут свой человек,

и важно шествовал впереди. Но вот он остановился у железной кованой две-

ри с табличкой: "Шарабан Барабан, чуть ли не министр".

- Нам, кажется, сюда, - глубокомысленно заметил Дуремар и робко взял-

ся рукой за дверь, но усатый часовой наклонил свою алебарду, и она стук-

нула Дуремара прямо по голове.

- Простите, - пролепетал Дуремар, поглаживая еще одну приобретенную

шишку, - но нам, кажется, сюда.

- Мало ли что вам кажется, - сухо ответил часовой. - Вы кто такие? От

кого получили задание? Давно ли начали заниматься подрывной дея-

тельностью? - Эти вопросы он по инструкции задавал всем посетителям.

Тогда лиса что-то прошептала Карабасу Барабасу, тот порылся в своих

объемистых карманах, извлек оттуда золотую монету и препроводил ее в

карман часового.

Трык! И алебарда приподнялась вверх... Лиса попыталась было прошмыг-

нуть в комнату вслед за Карабасом, но он дружески щелкнул ее по носу:

- Цыц! Стойте здесь и ждите меня с трепетом!

И Карабас открыл тяжелую дверь.

В кабинете было тихо-тихо. Здесь обитала одна муха. Чтобы было слыш-

но, как она летает. А если не слышно, как летает муха, значит, народ шу-

мит, значит, в государстве беспорядок. За столом сидел сам Шарабан Бара-

бан и попивал чай с лимоном. Этим он занимался в течение всего своего

рабочего времени. Впрочем, иногда он снисходил и до кофе. Увидев вошед-

шего родственника, Шарабан Барабан на секунду оторвался от чая и радост-