ла и вмиг съехал вниз - прямо в руки старику. Он сидел на руках у Карло,

болтая тонкими ножками, вертел носом во все стороны и пищал:

- Папа Карло, попробуй моего гоголь-моголя! Это не простой гоголь-мо-

голь, а из розовых лепестков. Я его для тебя сбивал!

Он совал старику в рот полную ложку розовой пены, и его тень с торча-

щим носом смешно плясала на стене. Карло утер губы и отвел ложку, но

мальчик не унимался:

- Помнишь, как ты накормил меня своей последней луковкой, а сам лег

спать голодный? Ну покушай теперь моего гоголь-моголя, покушай, пожа-

луйста!

- Не балуйся, сынок! Веди себя хорошо. Видишь, я читателя с собой

привел! - сказал Карло.

- Читателя? - Мальчик повел на меня лукавым глазом и вдруг вырвался

из рук Карло. Он вскочил на спину пуделю и поехал впереди нас, выбивая

ложкой веселый марш по стаканчику и крича: - Дорогу нашему читателю!

Ура!

Я догадался, что это сам знаменитый Буратино, и обрадовался, что он

ничуть не заважничал от громкой славы.

Мы взошли на площадку, и Карло распахнул дверь. Я взглянул и ахнул -

куда это мы пришли?!

Прямо передо мной была зеленая поляна, а на ней красивый беленький

домик. Перед ним цвели алые розы. Золотистые бабочки кружились в солнеч-

ных лучах. Маленький фонтан выбрасывал вверх водяные струи, и каждая ка-

пелька сверкала на солнце, как алмаз.

"Это, верно, домик Мальвины!" - подумал я.

А за домиком чернел дремучий лес. Там светила луна и блестело голубое

озеро. Бледные лягушки сплетали венки из водяных лилий и задумчиво пля-

сали при лунном свете.

Это было так красиво, что я ничуть не удивился, почему это солнце и

луна светят в одно время. Мне захотелось подойти поближе, и я шагнул

вперед.

- Не промочите ножки! - запищал Буратино.

Я взглянул под ноги и увидел большую светлую реку. Ветерок чуть рябил

воду. Сквозь эту рябь глубоко на дне виднелись узорные водоросли. Голу-

бые рыбки медленно проплывали мимо них. Я оглянулся: нет ли где-нибудь

мостика? Но мостика не было.

- Дайте нам лодочку, дайте челнок, мы переедем на тот бережок! - жа-

лобно запел Буратино.

- Не слушайте его, он вас дурачит! - с досадой сказал Карло. - Как

тебе не стыдно, сынок?

Он отпихнул ногой светлую реку, отодвинул в сторону зеленую поляну с

домиком и повернул боком дремучий лес. Буратино свистнул и проскакал на

пуделе в открывшийся проход.

Тут я понял, что эти прекрасные картинки были нарисованы на полотне и

служили декорациями в театре! От этого они показались мне еще прекрас-

нее. Я не мог наглядеться на них. Но Карло окликнул меня, и мы пошли

дальше.

В просторной кухне ярко горел огонь. Старый заяц был здесь поваром, а

зайчата - поварятами. Ну и хлопотали же они вокруг сковородок и каст-

рюль! Здесь пеклись, жарились удивительные кушанья - расстегаи из ле-

пестков георгина, ананасные котлеты, оладьи из одуванчиков. Разве могли

сравниться с этим скучные буфетные закуски?

Молоденькие обезьянки под присмотром почтенной совы накрывали длинный

праздничный стол. Они живо схватили фрукты, которые принес Карло, разло-

жили мандарины, яблоки и виноград на фарфоровые тарелочки - и на столе

словно засияло солнце!

Поодаль у стены стояла маленькая стремянка. На ней, как птица на вет-

ке, сидел мальчик в белом балахончике. Он макал длинную кисть в ведерко

с малиновой краской и писал на стене большими буквами:

ПРИВЕТ ПАПЕ КАРЛО

- Эй, Пьеро, кончай работу, встречай гостя! К нам читатель пришел! -

сказал Карло.

Мальчик посмотрел на меня большими синими глазами и радостно улыбнул-

ся.

- Вы читатель? Я покажу вам мои новые стихи. Ладно?

Тут он смутился и выронил кисть из рук. Падая, кисть опрокинула ве-

дерко. Малиновая краска хлынула на голову проходившей мимо сове. Старуш-

ка захлопала крыльями и застонала с перепугу. Пьеро скатился с лесенки

кубарем. Он бросился утешать бедную птицу и вытирал ей голову своим ру-

кавом.

- Дай ей валерьянки. Пьеро! Видишь, какая она нервная! - сказал лас-

ковый голос.

Я оглянулся и увидел хорошенькую куклу с голубыми волосами. Она стря-

пала торт из чайных роз и раскатывала тесто хрустальной скалочкой. Я до-

гадался, что это Мальвина.

Пока Пьеро приводил в чувство расстроенную сову, а Мальвина глядела

на них обоих, Буратино подкрался и стащил со стола самую пышную розу.

Девочка вскрикнула и погналась за ним. Но он увернулся!

- Оставь, Мальвина, это для читателя!

Он протянул мне розу и сказал:

- Напишите про нас, пожалуйста, новую сказку!

Что тут началось!

- Напишите сказку! - завизжали обезьянки и покатились кубарем вокруг

меня.

- Сказку! - завопили зайчата, забренчали кастрюльками, зазвенели лож-

ками. Сова хохотала, лягушки квакали, Артемон лаял и кидался на всех.

- В самом деле, напишите сказку про наши новые приключения! - сказала

Мальвина.

Тут все притихли и столпились вокруг, ожидая, что я скажу.

- Но я никогда не пробовал писать... Ведь читатели только читают

книжки, а сами не пишут...

- Все сначала читают, а потом уже пишут! - сказал Буратино.

- Да я бы рад! - прошептал я.

- Ну вот и хорошо! - сказала Мальвина. - Папа Карло вам все расска-

жет. Вы только записывайте, что он будет говорить! Вот и выйдет сказка!

Правда, папа Карло?

Карло подумал, почесал себе подбородок и сказал:

- Пожалуй, если наш читатель согласен...

- Согласен! Согласен! - закричали все и захлопали в ладоши.

- ...так мы попробуем сделать из него писателя, - докончил Карло.

Тут меня усадили в кресло. Пьеро принес мне чистую тетрадку, а

Мальвина - вечное золотое перышко. Карло закурил трубку. Буратино влез к

нему на колени. Артемон улегся у его ног, обсасывая косточку. Остальные

уселись вокруг и принялись за яблоки, виноград и мандарины.

Карло стал рассказывать, а я записывать. А что я записал, об этом чи-

тай дальше.

Глава третья

О ТОМ, КАК ПАПА КАРЛО ЗАБОЛЕЛ И КУКЛЫ ИСКАЛИ ДОКТОРА

Куклам жилось весело и счастливо у старого шарманщика. Они представ-

ляли волшебные сказки в чудесном театрике Буратино.

Все ребятишки в Тарабарской стране знали и любили эти представления.

Бывало, чуть Карло выходил на площадь, уже бежали со всех сторон бо-

соногие, оборванные, чумазые малыши и кричали:

- Сказку! Покажи сказку, папа Карло!

Карло ставил свои ширмы, выпускал кукол, и тут начиналось веселье!

Ребятишки смеялись, кричали, хлопали в ладоши.

А богатенькие дети, заслышав шарманку, свешивались из окон дворцов,

вываливались из золоченых карет, царапали и кусали своих нянек за то,

что те не пускали их к папе Карло!

Каждый, кто хоть одним глазком взглянул на кукольное представление,

потом долго веселился. Подумает о Мальвине - улыбнется, подумает о Пьеро

- рассмеется, вспомнит Буратино - расхохочется!

А в Тарабарской стране был такой закон: богачи должны быть важными,

бедняки - грустными, а смеяться никому не позволено!

И вот однажды, когда Карло сидел дома со своими куклами и клеил им

игрушки, дверь растворилась. Вошел толстый, жирный судья в большой шляпе

с перьями. На шее у него висела золотая цепь. В руках была палка с хрус-

тальным шаром на верхушке. Он был такой важный, что сразу было видно -

он никогда в жизни не смеялся!

Он вынул грамоту с королевской печатью и громко прочел ее.

А в этой грамоте было написано, что король запрещает папе Карло пока-

зывать представления. А если он не послушается, ему отрубят голову!