— Сомнус максима!

Когда луч заклинания достиг уже и так спящего Грюма, Гарри скинул мантию с себя и Кэтрин и громким шёпотом спросил:

— Сейф вскрывать будем?

292/690

— Мы видели, что там, кроме палочек, нет ничего интересного, лучше заберём шкатулку с воспоминаниями, — ответила юная ведьма.

— Но те палочки могли принадлежать тем, кого прикончил этот одноногий палач! — возразил Гарри.

— Мы не можем себе позволить расследовать все преступления, им совершённые, милорд, как бы нам этого ни хотелось. Не забывайте о главном, о кровной мести. Воспоминания могут пролить свет на тёмные пятна истории, касающиеся её.

— Да, они важнее. Ещё возможно, что и на сейфе, и на половице, под которой хранится шкатулка, могут быть очень мощные сигнальные чары, которые пробьются к сознанию Грюма через Сонные чары и огневиски. Не будем рисковать и вскроем лишь тайник. Если сигналка не поднимет «Грозного Глаза», можно будет скопировать Джеминио и шкатулку, и фиалы. Я, правда, не уверен, что мои копии воспоминаний будут удачны, потому заберём оригиналы, а копии оставим, чтобы он некоторое время думал, что у него всё в порядке.

Никакой особой защиты на ухоронке под полом не было. Потому Гарри и Кэтрин не только забрали оригиналы и оставили в ней копии, но и наложили обратно запирающие и сигнальные чары, стирая авторский след кастующего. Этому полезному навыку их научил Дуэйн. Такое заклинание всегда применяли сотрудники его Отдела, когда им приходилось действовать тайно. Они же скрывали след перемещения всех сделанных невыразимцами порт-ключей, одним из которых Гарри и Кэтрин снова нарушили охранные чары квартиры, перенесясь сразу в Три ворона, где их уже ожидали рассерженные и взволнованные маги.

***

Одра просидела в квартире над пивоварней полтора часа. Так никого и не дождавшись, она приняла решение вернуться в Три ворона и оповестить о произошедшем Северуса и Дуэйна. Оказавшись в гостиной замка, старшая из двоюродных сестёр Норвич де Гастингс вызвала Кричера, попросила письменный набор, составила две записки лордам-союзникам и поручила домовику вручить их адресатам как можно скорее, но так, чтобы этого никто не видел. Домовик понимающе кивнул и исчез.

Лорд Бёрк прибыл в Три ворона через двадцать минут, лорд Принц — через тридцать. Был в Малфой-мэноре, оттуда экстренно, порт-ключом не уйдёшь.

— Где Гарри и ваша сестра? — встревоженно спросил Дуэйн.

— В том-то и дело, что я не знаю! — чуть не плача, ответила Одра.

— Ваш поход по Кингс-Клифф оказался более опасным, чем мы предполагали? — задал вопрос с очень серьёзным лицом Северус.

— Там как раз всё было нормально, но потом мы решили осмотреть квартиру Аластора Грюма…

— Что вас туда понесло! Вы представляете, к кому в дом вы полезли? — рассерженно вскричал лорд Принц.

— Да. К тому, кто убил Ремуса Люпина, — тихо ответила Одра и кратко

293/690

пересказала магам, что им удалось узнать на опушке Рокингемского леса и в Кингс-Клифф.

Выслушав всё, что рассказала Одра, Северус произнёс:

— Очевидно, они не успели покинуть жилище «Грозного Глаза» и застряли внутри. У Гарри наверняка с собой мантия-невидимка, он всегда носит её в кармане, так что есть шанс, что они смогут выбраться сами, но поскольку мы точно не знаем, что произошло в квартире, то…

Что «то», лорд Принц договорить не успел, так как в гостиной появились пропавшие. Причём с весьма довольным видом и с какой-то шкатулкой в руках Кэтрин.

— Прежде чем вы все начнете нас ругать, мы хотели бы рассказать, что с нами произошло и что это за шкатулка, — быстро проговорил лорд Блэк-Поттер, виновато глядя на лордов и Одру.

— Хорошо, — ответил за всех Дуэйн, усаживаясь в кресло и подавая тем пример всем присутствующим.

Гарри поставил шкатулку на стол и попросил Кричера подать им напитки. Буквально через минуту на столе появились вино, огневиски, источающий ароматный пар кофейник, а также бокалы и чашки. Выбрав себе напиток по душе, все приготовились слушать хозяина замка.

— Когда в камине вспыхнул зелёный свет, мы с Кэтрин находились в противоположной стороне от выхода, и я понял, что нам не успеть покинуть квартиру, поэтому накинул на нас мантию-невидимку, под которой мы успели «занять» дальний угол гостиной. Оттуда мы наблюдали за тем, как хозяин квартиры осмотрел все её помещения, уже зная, что кто-то проник в неё. Не обнаружив злоумышленников, он всё равно проверил замаскированный сейф, в котором нам удалось разглядеть волшебные палочки, магловские деньги, а также наполненный чем-то кожаный мешочек-кошель. Мы думаем, что внутри были галеоны.

— Предположения, Гарри, пока оставьте в стороне, только факты, — заметил Бёрк.

— Хорошо. Ещё «Грозный Глаз» проверил тайник в перекрытии между первым и вторым этажами. В нём находилась вот эта шкатулка, — сообщил лорд Блэк-Поттер и откинул крышку ларца. — Как вы можете видеть, здесь хранятся фиалы с воспоминаниями неизвестного содержания, взятые у неизвестных лиц.

— Вы украли это у Грюма? — удивился и одновременно разозлился лорд Принц.

— Не совсем украли. Мы сделали копию и оставили её там, закрыв всё обратно так, как нас научил лорд Бёрк, — ответила обиженно Кэтрин. — Мы подумали, что воспоминания намного ценнее чьих-то палочек или денег этого… одноногого.

Северус и Дуэйн переглянулись.

— Такая самодеятельность просто возмутительна! — холодно проговорил лорд Принц. — Вы отправились в опасное место, не проведя предварительной подготовки, не учитывая все возможные варианты развития событий. Впредь такого не должно быть, или будете дальше работать самостоятельно, без нашей

294/690

поддержки.

— Мы принимаем во внимание, возможно, ценную информацию, которую вам удалось добыть только благодаря удаче, иначе я объяснить это не могу, — произнёс лорд Бёрк. — Но больше такого повториться не должно! Это уже не первый раз, когда вы самонадеянно подвергаете опасности себя, и не только. Пообещайте, лорд Блэк-Поттер, за себя и своих вассалов, что больше такого не повторится. Клятву тут брать опасно, неизвестно, в каких обстоятельствах мы все можем очутиться.

Гарри пообещал, а затем попросил принести омут памяти. На фиале «№1» была приклеена бирка с аббревиатурой Л 78 ДП.

— Позволю себе предположить, что речь идет о лете семьдесят восьмого года и вашем, Гарри, отце. Вы уверены, что нам всем стоит смотреть это воспоминание? — уточнил Северус.

— Не думаю, что меня что-то удивит. Я уже знаю, что все эти фразы о том, каким талантливым волшебником и героем был мой отец, ничего не стоят, так как на самом деле он был избалованным засранцем, склонным к жестоким поступкам, — ответил юный волшебник и обратился к Северусу. — Сэр, вы не встречались с Джеймсом летом того года?

— Нет, как только я получил диплом, на следующий день отбыл во Флоренцию для получения мастерства.

— Тогда мы можем смотреть, не волнуясь о том, чтобы не нанести удара по чьим-то чувствам, — ответил лорд Блэк-Поттер. Он сильно ошибся, как минимум, по отношению к самому себе…

Содержание первого фиала воспоминаний

Просматривающие, погрузившись в часть памяти Аластора Грюма, видели происходящее его глазами. Они находились в уютной гостиной незнакомого дома. В кресле напротив хозяина воспоминаний сидел молодой Джеймс в шёлковом, небрежно запахнутом халате, так, что были видны его грудь и левая нога до самого основания бедра. В руке он держал стакан, видимо, с огневиски со льдом, который потягивал, обмениваясь репликами с Аластором, в тот период ещё не потерявшим ни ноги, ни глаза.

Северус тревожно взглянул на Гарри, но тот смотрел сосредоточенно, лишь нахмурив брови от неожиданного вида своего отца.

— Когда у вас свадьба? — спросил Грюм.

— В августе. Что, так спешишь избавиться от меня? — немного капризно протянул Джеймс.

— Нет, конечно. Пока ты будешь в Аврорате, я всегда найду время побыть в тебе, — скабрезно пошутил Алатор. — Конечно, этот коттедж удобное и скрытное убежище, но и на службе есть много укромных мест.