— Ах, вот как, это было официальное объявление, а не просто обряд. И тебя совершенно ничего не заботит?

— А что меня должно волновать, — я же умер! — ухмыльнулся Альбус.

— Это ты для «Ежедневного пророка» мёртв, а Магия, она газет не читает. Для неё ты живее всех живых, — мрачно хохотнул Грюм.

— Ты боишься мести Гарри? — удивился бывший директор Хогвартса. — Что он против тебя?

— Поттер оказался тёмной лошадкой. Куда он пропал с начала каникул? Что за шотландцы пришли с ним убивать оборотней? И откуда он узнал о том, что в домен тогда ворвались именно они? Какой у него источник информации?

— Опасаешься, что он узнает о том, что вместе с оборотнями были ещё и некоторые неназванные маги?

— Что мне этого опасаться? Если вдруг прижмёт, я выдам ему организатора того нападения. Столько магов погибло ради твоего странного интереса.

— Ты давал Непреложный обет и не сможешь ничего рассказать. И перестань трястись, как девственница перед первой брачной ночью. Все вопросы можно решить. Начать нужно с Люпина. Чем быстрее его не станет, тем больше у нас шансов, что никто не свяжет наши имена с теми событиями.

— Хочешь, чтобы я упокоил тёмную тварь?

— Да, и побыстрее.

— Но есть ещё Норфолк. Он подозрительно смотрел на меня, когда мы в составе комиссии по расследованию сразу после нападения посетили Поттер-мэнор.

256/690

— Его предупредили ещё тогда. Я освежу в его памяти тот момент.

— А ты чего сам дёргаешься, Альбус. На дверь всё косишься. Ждёшь кого?

— Да уже, наверное, никого, — ответил хмуро Дамблдор, скастовав Темпус. Ему было непонятно, что могло помешать Кингсли привести к нему Поттера. Возможно, встреча не состоялась. Другого объяснения в голову не приходило.

***

Когда Гарри, Дуэйн и Северус вернулись в Три ворона, там их ждали Одра, Кэтрин и письмо от поверенного Блэков Ферунга.

Старшие маги стали делиться новостями с девушками, а хозяин замка — читать письмо от гоблина.

— Ничего не понимаю! — пробормотал Блэк-Поттер вскоре.

— Что там у вас, Гарри? — уточнил Северус.

— Ферунг обнаружил среди документов Ориона Блэка короткое приложение к его завещанию на тот случай, если наследником стану именно я.

— И что в нём? — поинтересовался Дуэйн.

— А вот послушайте.

«Я, Орион Арктурус Блэк, объявил наследником вас, Харольд Авиор Поттер, как носителя крови главной наследственной линии Блэк. История о том, как это случилось, не может быть записана для сохранения тайны рода. Вы можете узнать о ней от некоторых портретов старшего поколения в Блэк-хаусе или Блэк-мэноре. Упомяните имя леди Элладоры, и те, кто знают эту тайну, посвятят вас в неё».

— Похоже, мы сейчас узнаем причину, по которой Орион внёс вас в завещание, — проговорил Бёрк и внимательно посмотрел на портрет лорда Арктуруса.

— Леди Элладора? — вопросительно произнёс Гарри, тоже глядя на портрет Блэка.

Лорд Арктурус вздохнул и печально посмотрел на Гарри и всех остальных.

— Так я и думал, что не обойдется без этой истории, которую знают в нашем роду немногие, и никто не хотел бы вспоминать её лишний раз. Но раз уж вы хотите её услышать, и Орион посчитал, что вам нужно её знать, тогда слушайте.

Рассказ портрета Лорда Арктуруса

Моим отцом был лорд Финеас Найджелус Блэк, но титул и род он получил в наследство не от своего отца, а от старшего брата, лорда Сириуса I Сигнуса Блэка, который ещё в юности был участником заседания Международной Конфедерации Волшебников 1692 года, принявшей Статут о магической секретности, и всю свою жизнь посвятил политике. Лорд Сириус I скончался холостым и бездетным. Титул и род перешли его младшему брату, к тому времени уже имевшему четырёх сыновей, включая меня, и дочь, мою сестру Бельвину, вашу бабушку, лорд Бёрк.

257/690

Многие помнили Сириуса I Сигнуса Блэка как яркого члена Визенгамота, знаменитого своими речами в поддержку полного отделения волшебного мира от магловского, но, кроме членов семьи, никто не знал про недуг блэковского безумия, который постепенно развивался в нём. В молодости и в средние годы жизни моменты безумия охватывали разум лорда Сириуса редко и кратко, но когда ему исполнилось полвека, приступы стали учащаться, а продолжительность их — увеличиваться. Не желая сплетен о сумасшедшем Главе рода Блэк, его брат нанял целителя разума из Франции и ввёл в Блэк-мэнор молчаливых охранников из наших вассалов. На территории парка поместья был построен уединённый дом, где лорд пребывал в периоды помутнения рассудка.

В обычные дни лорд Сириус был совершенно нормальным магом, спокойно общался с семьёй и даже посещал сессии Визенгамота. Главное было не пропустить начало периода безумия. Все в семье следили за каждым словом и шагом Главы рода, успевая увести его в охраняемый дом, чтобы он не причинил вреда себе самому и своим близким. Но, естественно, это не могло длиться вечно. Однажды приступ начался внезапно, когда в мэноре не было никого, кроме одной из младших сестёр лорда — Элладоры. Молодая леди неосмотрительно попыталась сама уговорить старшего брата пойти с ней в парк, что вызвало с его стороны большую агрессию, нашедшую выход в сексуальном насилии. Безумный Сириус изнасиловал собственную младшую сестру. Затем попытался покинуть Блэк-мэнор, но был остановлен прибывшим младшим братом Финеасом.

Элладора спряталась в своих покоях, никому не рассказав о случившимся. Сам же лорд Блэк после окончания приступа ничего не помнил. Так никто бы ничего и не узнал, но вскоре Элладора обнаружила, что беременна. Леди Блэк, урожденная Элла Макс, была крайне строгой и консервативной ведьмой, как и супруга брата Финеаса. Единственной, к кому могла обратиться Элладора, была её сестра Айола Блэк. Она вышла замуж за магла Боба Хитченса, за что была выжжена с родового гобелена, после чего уехала с ним в Ирландию, где к таким бракам относились более лояльно, чем в Магической Британии.

Айола была зла на свою семью, но не на свою младшую сестру. Они с сестрой сочинили историю о том, что Элладора поступит на годичный курс Кровной магии в магической школе Шемрок, так как в Хогвартсе этот курс недавно упразднили. Она действительно будет учиться, скрывая иллюзией своё положение, а Айола, наоборот, будет показываться всем, как беременная, чтобы потом выдать племянника или племянницу за своего ребенка.

План удался. Через восемь месяцев Элладора Блэк получила звание подмастерья в

Кровной магии, а её сестра Айола Хитченс — сына Мицара Альзирра [58] Хитченса. Несмотря на то, что мальчик был плодом кровосмесительной связи родных брата и сестры, родился он с крепким здоровьем и без каких-либо уродств. Элладоре было пора возвращаться, и она была в отчаянии от того, что ей придётся оставить сына.

— Как ты понимаешь, у маглов Хитченс нет Рода. Возьми с собой фиал с кровью Мицара, расскажи брату, когда он будет нормальным, о том, что у него есть сын. Введите его в род, пусть у мальчика будет поддержка магии Блэков, — посоветовала Айола сестре. — Ты сама можешь приезжать к нам в гости, сколько захочешь.

Так Элладора и поступила. Когда лорд Сириус узнал, что сделал со своей родной сестрой, он пришёл в отчаяние и, конечно, тут же согласился признать своего бастарда и ввести в род как собственного родного сына. Мицар оказался самым старшим ребенком в наследственной линии, но об этом никто не знал, даже он

258/690

сам. К одиннадцати годам он вырос настоящим маленьким Блэком, имевшим все родовые черты и звёздные имена. Чтобы никто в Хогвартсе не раскрыл тайну сестры, Айола написала отказ на приглашение Мицара на обучение в эту британскую школу. Её приёмный сын поступил в школу Шемрок, будучи весьма перспективным магом, судя по мощи магических выбросов.

Элладора навещала сестру примерно раз в год. Она не могла нарадоваться, каким красивым и сильным магически растет её сын, который не знал, что его родители ему не родные. Он рос как старший из детей Хитченсов, имевший ещё двух младших братьев и сестру. После шестого курса для студентов Шемрока была организована экскурсия в Магическую Британию, где Мицар случайно познакомился с Эмилией Поттер, единственной дочерью вдовца лорда Фауста Поттера. Мицар и Эмилия полюбили друг друга. Узнав, что молодой маг — сын Айолы Блэк, лорд Фауст не стал возражать против их отношений, поставив единственное условие: юноша должен при заключении брака войти в род Поттер.