— Северус, пришёл. Хорошо. Садись, расскажи, как прошло распределение и праздничный пир? — спросил Воландеморт, захлопывая книгу и указывая зельевару на второе кресло напротив себя.
Такой привилегией обладали немногие, самые близкие Темному Лорду волшебники, многих из которых уже не было в живых. Сыграло тут роль то, что теперь лорд Принц был значительной фигурой в Магической Британии, директором Хогвартса, или то, что его снадобья оказались, видимо, удачны, можно было только гадать. Вероятно, такой эффект дало объединение обеих причин.
— Всё прошло не так, как мы планировали, мой Лорд. Маглорождённые ученики со второго по седьмой курс в Хогвартс-экспресс не сели и в замок не прибыли. Переводить на пятый факультет было некого.
— Возможно, мы перегнули палку с этой Комиссией по учёту магловских выродков, и они все попрятались, думая, что их схватят прямо на платформе и отправят туда.
Разговор начался на удивление спокойно, Лорд даже сам нашёл причину произошедшего, так что Северусу достаточно было согласиться с ней.
— Я думаю, что вы правы, мой Лорд. Распределения на пятый факультет тоже не
452/690
было. Для Распределяющей Шляпы, видимо, недостаточно приказа директора, её магия так не работает. Да и среди первокурсников маглорождённых тоже не оказалось.
— Досадно, идея была неплохая, но и без неё эффект оказался даже лучше ожидаемого. Получается, теперь в Хогвартсе нет ни одного маглорождённого?
— Да, только чистокровные маги и полукровки.
— А что профессора? Осуждают тебя за то, что ты отправил за Грань директора? А Минерва со своими гриффиндорцами так и вовсе разорвать готовы за их обожаемого Дамблдора?
— У меня получилось приструнить одних и найти аргументы для других. Вчерашний вечер и сегодняшнее утро прошли в полном спокойствии.
— Я рад, что не ошибся, назначая тебя на эту должность.
— Мой Лорд, позвольте мне провести диагностику и проверить, насколько эффективны маг-модулятор и «Et nucleos». Вы сами как себя чувствуете?
— Гораздо лучше.
— Оболочка магического ядра начала становиться однороднее, — констатировал Северус, считав полученные данные. — А как магия? Стабилизируется?
— Да, я ежедневно делаю контрольный кастинг пяти подряд одинаковых заклинаний, вкладывая в них равную силу, и они теперь намного меньше отличаются друг от друга. Определённо есть прогресс. Смогу я через две недели совершить перемещение международным порт-ключом без фатальных для себя последствий?
— Уверен, что сможете, но доля риска есть. Это для вас так важно и нельзя отложить?
— Это очень важно. Возможно, там я узнаю причину своего плачевного состояния.
— Так вы поэтому решили подождать с тёмными целителями? Не хотите вносить изменения в общую картину, пока вас не осмотрят?
— Да-да, Северус, примерно так, — рассеянно проговорил Тёмный Лорд, о чём-то задумавшись.
— Я могу вернуться в школу? В следующий раз я планирую быть у вас через неделю.
— Хорошо, и приготовь запас зелий, который мне понадобится для возвращения обратно.
«Ещё две недели тут, и там точно, как минимум, три недели. Он вернётся только после Мабона. Хорошо бы до Самайна», — подумал Северус, поклонился Воландеморту и, быстро выйдя из дома, аппарировал в Хогсмид, чтобы пройти к себе в кабинет через общественный камин местного почтового отделения. Он очень надеялся, что за время его краткого отсутствия в Хогвартсе ничего не произошло.
453/690
***
Директор Снейп вернулся в школу как раз к обеду, когда новые профессора обсуждали свои первые занятия.
— О Теории Магии имеют представление большинство студентов Рейвенкло и Слизерина, половина Хаффлпаффа и небольшая часть Гриффиндорцев. Как они вообще изучают остальные магические дисциплины — ума не приложу. Это всё равно, что рисовать картины, не только не представляя себе, как это делается, но ещё и не имея ни кистей, ни красок, ни холста, — возмущался профессор Руквуд.
— Я понимаю тебя, Чарльз. Они и истории не знают. А мы потом удивляемся: откуда берутся те, кто верит в наше общее прекрасное будущее с маглами, — ответил ему профессор Истории Магии Роули.
— Торнтон, а почему бы им не верить? Судя по тому, что им преподавали, все маглы — добрейшие мирные существа, которые только ждут правильного момента, чтобы поделиться с нами своими изобретениями и богатствами, — покачала головой профессор магловедения Фоули.
— А от меня, судя по выражению лиц большинства учеников, даже слизеринцев, всё ждали, что я буду обучать их Круциатусу, заставляя тренироваться друг на друге, и были сильно удивлены, что этого не произошло, — добавил Роберт Трэверс.
«Старая гвардия» внимательно прислушивалась к словам новых профессоров. После высказывания Трэверса Минерва Макгонагалл раскрыла было рот, явно, чтобы сказать ему в ответ что-то неприятное, но потом, скосив глаза на Северуса, захлопнула его, вспомнив, как нужно себя вести.
Внимательно следивший за тем, что происходит между преподавателями, Невилл Лонгботтом был удивлён лояльным отношением к директору Снейпу всех «старых» преподавателей и вообще их поведением в целом. Обсуждая с Дамблдором варианты развития событий, они при любых вариантах оставляли константой ненависть со стороны Макгонагалл и желание отомстить «убийце», но она вела себя совершенно иначе, впрочем, как и остальные профессора, что работали в школе и ранее. В чём была причина этого — понять было пока невозможно.
Придётся действовать на свой страх и риск, не имея никакого прикрытия. Он уже сообщил хаффлпаффцу Захарии Смиту и рейвенкловцу Энтони Голдстейну, что у него к ним есть важный разговор. Сложно было предугадать, как эти юноши отнесутся к идее организации протестных акций внутри школы. Пожирателей Смерти в Хогвартсе сейчас оказалось всего двое: Снейп и Трэверс. Остальные были обычными волшебниками, поэтому ему нужно было развязать небольшую войну именно с этой парочкой.
Потеря Джиневры Уизли стала серьёзным ударом. Её любили парни со всех факультетов, исключая Слизерин. Она могла бы привлечь много просто сторонников и активных исполнителей разных акций. Сейчас же она настолько скомпрометирована, что её помощь может привести к полному фиаско.
Вчера вечером в гостиной после ухода Макгонагалл Джинни пыталась поговорить с ним, намекая на то, что она не против скрашивать его одиночество в долгие школьные вечера в его или её спальне, а также помогать, как и было задумано
454/690
Дамблдором, в борьбе против новой власти. От ночей Невилл резко отказался, мгновенно представив лежащую Джинни, а меж её ног Добби в вязаных шапках и носках. Всё, что могло хотеть эту ведьму, сразу её расхотело. Нужно было искать другие способы привлечения сторонников.
***
Дуэйн прибыл в Три ворона за час до ожидаемого прихода Кевина Стефенсона и застал Гарри, Кэтрин и Одру, играющих во Взрывающиеся карты. Они заразительно смеялись и выглядели такими юными, даже Одра, что лорду Бёрку стало безумно жаль, что вместо беззаботной юности со свиданиями и поцелуями они вынуждены копаться во всей этой грязи, что окружает их.
— О, лорд Бёрк, — заметила прибывшего Одра, и все трое прекратили игру. — Добрый вечер!
— Добрый вечер. Что, лорд Принц не присылал сообщений, будет он на встрече или нет?
— Будет, — ответил Гарри. — Только, возможно, немного задержится. Есть какие-нибудь новости?
— Я утром отправил своего агента, что в прошлый раз привёз нам информацию о потомках Айолы, с поручением разузнать всё о них на сегодняшний день и раздобыть портреты мистера и миссис Маккарти-Маунткэшел-Финнеган-Блэк и, по возможности, их старших детей. Как выглядит Шеймус Поллукс Финнеган-Блэк, вы сами хорошо знаете.
— Отлично! Может быть, мне стоило отправиться вместе с ним?
— Не думаю, что это необходимо, но если вы вдруг очень этого желаете, то такое путешествие преждевременно.
— Почему?
— Мы уже знаем, что Матэмхэйн Орион Блэк и вся его семья покинули Британию в январе 1982 года, и довольно спешно. Но до этого они прожили здесь целых шесть лет. Даже если у них не было широкого круга общения, они не могли жить абсолютными отшельниками. У них были соседи, хоть и редко, но они появлялись на официальных мероприятиях в Министерстве. У них родилось трое детей, это говорит о том, что их дом должен был посещать целитель, а выбранные ими маги — присутствовать на обрядах, обязательных для детей.
