- Это не меш, а меч. Запомните это слово. Меч. Орудие, что отнимает жизни и несёт лишь смерть. Он разит без жалости, однако не потерпит небрежного обращения. Он готов стать соратником и помогать в бою, но стоит только превознести его над собой, как он станет твои господином и, в конце концов, вопьётся в твоё тело.
Чародеи в разноцветных мантиях с нескрываемым интересом слушали мои слова, а после другой сказал:
- Так значит, Эвелина совсем не шутила, что призовёт к нам на помощь воинов из других миров? Я всегда знал, что на неё можно положиться. Скажите, воин, а как нужно орудовать ме́чем? Как именно он уничтожает врага? Потоком? Аурой? Арканом? Или, может, ещё каким-то методом?
И, опять же, разглядывая их мысли, я видел, что они даже не думают подшучивать надо мной, но в самом деле понятия не имеют, как нужно пользоваться этим оружием. Что ж, это было самым ярким доказательством, что я разговариваю с порождениями зеркала тьмы. Хотя, конечно, я не предполагал, что они могут быть настолько не ведающими. Я попытался привести аналогию с кухонным ножом, который разделывает овощи, но оказалось, что чародеи не понимали, как можно убить, разрезав напополам. Они знали, что магия огня – самая разрушительная, а потому приготовили к сражению именно неё. А, значит, они только лишь знали, что жизнь врага можно отнять, изжарив его. Я подхватил их слова и сказал, что, помимо поджога, можно их утопить в воде, поднять в воздух с помощью ветра и уронить с большой высоты или вырвать огромный камень из скалы, чтобы затем обрушить его на голову неприятеля. Они изумились этому и спросили:
- А что, это может помочь?
Я посоветовал им попробовать как-нибудь. И они обещали, что именно так и поступят, но всё-таки вернулись к вопросу, как можно поразить противника мечом. Я со свистом разрубил воздух и сказал, что, если бы на пути полёта моего клинка находился противник, то лезвие разрубило бы его на две части, и он, не способный продолжать своё существование, погибнет. И всё же для этих двоих было сложно понять, как простой жест, рассекающий воздух, может убить. А один из них так вовсе сказал:
- Какое же это сложное дело, сражаться мечом. Не то что магия.
Но всё-таки наш разговор не был бессмысленным. Они хотя бы научились правильно произносить слово «меч» и производные от него.
Они собирались двигаться дальше, но я спросил их, для чего Эвелина призывала воинов из других миров. Один из них стукнул себя по лбу и сказал:
- Простите нас. Уж очень ваш меч понравился нам, так что мы даже забыли рассказать, что здесь происходит. В общем, наша страна жила и процветала. Уважаемый виран готовился передать престол своему сыну. Несмотря на то, что у него была дочь, и она была старше наследника, всё же по закону, престол должен был передаваться от отца к сыну. Однако отпрыск досточтимого правителя оказался бестолковым и всячески противился занимать место управителя. И, когда почил наш владыка, хотели короновать этого Ла́греза, чтоб ему пусто было, но, как оказалось, тот сбежал из дворца. А потому сестра его переняла бразды правления, но не на долго. Эвелина была мудрой девушкой, а потому понимала, что не пристало ей место вирана занимать. Но ничего поделать не могла, а потому пришлось ей править нашей страной, пока её братец обратно не вернётся. Она была не по годам умна, а потому оказалась хорошей правительницей. Никто не хотел, чтобы она уходила с поста. И уж не знаю, что она решила, остаться или же поступить по закону, однако под её правлением мы жили так же хорошо, как и под правлением её отца. Но Лагрез этот окаянный вернулся, да только не с миром, а с войной. С ними были воины, вот прям как вы, досточтимый Найли́м. Все с мечами и в доспехах. Никакая магия против них не действует, когда как их мечи легко убивали наших. Вот и поняли мы, что меч-то как раз сильнее магии. И если мы не можем одолеть воинство брата нашей владычицы магией, она пообещала, что призовёт из других миров воителей, которые победят наших врагов. И вот, вы здесь. Лагрез и его тёмные воители захватили всю северную часть нашей страны вместе со столицей. Мы вдвоём направляемся в Авангард. Но вам нужно сначала повстречаться с Лаоди́мом, близким другом нашей правительницы…
Второй чародей перебил его:
- А разве Лаодим не советник вирана?
- Да нет, конечно. Этот Шикига́м до сих пор возле неё трётся. И почему она его терпит? Очевидно же, что… - он осёкся и, обратившись ко мне, продолжил, - Вы уж простите нас за весь этот сумбур. Просто в нашей стране столько несправедливости, но никто не желает об этом говорить, а тем более как-то решать эти вопросы. В общем, идите по этой дороге, никуда не сворачивая. Вам будут попадаться различные деревни, и вы можете обходить их стороной. А, как повстречаете первый город, спросите у местных, как он называется. Если Ларбита́ния, то вы на месте. Поспрашивайте местных о Лаодиме. Его все знают, и кто-нибудь обязательно приведёт вас к нему. А теперь мы вынуждена вас покинуть. Ещё раз спасибо за вашу помощь, и пусть ваш меч покарает наших врагов.
После этого двое чародеев, используя свою магию, прибавили шагу и стали быстро удаляться от меня.
Было очевидно, что я разговаривал сейчас именно с ними, именно с порождениями зеркала тьмы. Многие признаки доказывали это. Но с кем же они сражаются? Предположительно, с истинными жителями этого мира. Стало быть, мне как раз таки нужно занять сторону Лагреза и помочь таким же воителям, как я, вернуть себе свои земли. Да, рассматривая этих двоих чародеев, я видел, что они совершенно ничем не отличаются от других ленгерадов. Разве что мыслительные способности были на раннем этапе развития, словно они – маленькие дети, которые познавали все элементарные грани жизни, которые не могли провести аналогию с тем, как нож разрезает овощ, и тем, как меч разрубает плоть, чтобы понять принцип нанесения вреда мечом. Мой разум обладал слишком скудными сведениями, чтобы здраво рассудить всю эту обстановку и понять, как нужно будет поступить в данной ситуации. Что ж, не оставалось ничего, кроме как отыскать этого Лаодима и расспросить его о положении дел. Наверняка близкий друг вирана Эвелины сможет прояснить всю ситуацию, которая происходит в этом мире.
Обратившись в тень, я помчался вперёд, как мне и говорили два чародея. В пути я обогнал их, настиг первую деревню и, не останавливаясь тут, устремился вперёд, потом достиг второй, а через какое-то время ещё две, после чего оказался в городе. В отличие от деревни, он был окружён высоким частоколом, а постройки выглядели более богато. Здесь даже главная дорога была вымощена из камня. Подойдя к двум мужчинам, которые разговаривали у входа в город, я поинтересовался, не Ларбитания ли это. Они сказали, что да, я пришёл в нужное место, и продолжили разговор. Однако они из низ указал мне вслед и обратил внимание на моё оружие, сказав, что сомневался, будто бы их правительница не обманывала, когда сказала, что найдёт способ, как призвать из других миров воителей. Я остановил одну женщину и спросил, не знает ли она, где мне отыскать Лаодима, близкого друга Эвелины. Та с сожалением заявила, что не знает, где он сейчас. Так я обошёл довольно много жителей этого города, пока мне на глаза не попался один молодой человек, который явно знал, где находится тот, кто мне нужен. Я принялся интересоваться у него и выяснил, что этот человек сейчас прибил в свой дом с целью забрать кое-какие вещи, а ещё встретиться с доносчиком, который побывал во вражьем стане и теперь несёт важные сведения. Он открыл это мне по простоте душевной, однако я сказал, что он совершил глупую ошибку, ведь Лаодим доверил ему эти сведения, а он взял и растрезвонил об этом первому встречному. По всему было видно, что мужчина понял свою ошибку. А я в очередной раз удостоверился в том, что все жители этого мира – тёмные отражения, которые только недавно начали существовать тут. Мне нужно было срочно повидаться с этим Лаодимом.
Поспрашивав некоторых людей, которые встречались мне по пути, я сумел выстроить маршрут к дому помощника Эвелины, так что под вечер всё-таки добрался до него. После моего стука дверь отварилась, и на пороге показался мужчина средних лет с длинными, собранными в хвост чёрными волосами и бородкой. На себе он носил мантию зелёного цвета. Я спросил, не Лаодим ли он случайно, тот подтвердил это, а после спросил, кто я такой. В мыслях его не было никакого сумбура. Он знал, как выглядит соглядатай, которого ожидал, а потому не стал говорить ничего лишнего. Его образ более прочих был похож на самых обычных людей, не порождённых этим артефактом. Когда он узнал, что я – воин, в нём практически ничего не изменилось. Он, конечно, удивился, но не так ярко, не по-детски, как те два чародея. И всё-таки с его уст сорвалась фраза, что, оказывается, Эвелина не шутила, говоря о призыве воителей из других миров. А потому он тут же пригласил меня к себе в дом.
