Придётся действовать. Но не в лоб, иначе я тоже тут полягу — а это в мои планы точно не входит. Набросив на себя плащ, я хмыкнул.
Как-никак, мы в хранилище.
Перехватив поудобнее длинное копьё Ареса, я ткнул им в стоящую на полке запылённую бутылку. Чисто, молния не бьёт… схватив бутыль покрепче, я — не открывая — подскочил к дерущимся, со всей силы швырнул её в сторону Зевса, который прямо в этот момент душил Кроноса, не превращая фонтанировать молниями и тут же отскочил обратно. Раздался звон, по помещению разнёсся терпкий запах…
— Проклятые Титаны!!! — заорал Зевс. — Кто из вас разбил бутылку коллекционного вина океанид⁈ Убью!!
Упс… не то. Я ткнул копьём в следующий предмет…
И быстро отдёрнул его. Великолепное алое копьё Ареса стремительно начало чернеть и ссыхаться от одного только прикосновения к невзрачной глиняной амфоре, запечатанной старой тряпкой сургучом!
Вот это сгодится, только нужно действовать быстро и аккуратно. Одним ударом копья я сбил амфору на пол; другим — отправил её прямо к ближайшим двум Титанам. Чёрт, копьё истлело почти наполовину… зато Титаны — кажется, это были Кой и Крий — заорали благим матом, когда нечто, выползшее из разбившегося сосуда, чёрной дымкой обвилось вокруг них.
Когда-то этой штукой владела девушка по имени Пандора, не так ли?
Раздался грандиозный взрыв; Иапет отлетел и врезался спиной прямо в наковальню, Кронос и Гиперион грохнулся с другой стороны. Что ни говори, а Зевс всё ещё был крепок.
Но в одиночку долго не продержаться даже ему. И он это понимал.
— Ну, где там все?!!! — взревел Зевс.
Я запустил следующим артефактом прямо в него; раздался яркий взрыв — упс, кажется, это было что-то горючее!
Главное правило — не открывать шкатулки и бутылки. И не брать их голыми руками. И не оставлять в руках надолго… в общем, правил хватало, но пока это работало. Судьба хранила меня от смертельных проклятий, а от прочих защищали собственные удача, опыт и изворотливость. Действовать быстро, не попадать под удар, не лезть вперёд. Добивать раненых, бить в слабые места и ничего не стесняться — это война на уничтожение, иначе тут никак. Грохот битвы, вспышки огня, молний и прочего слились воедино; спецэффектов хватало уже не на трилогию, а на целых две.
Вот титан Крий упал на пол и притих — то, что выбралось из амфоры Пандоры, всё-таки превратило его в чёрные кости, однако эти кости ещё слабо шевелились…
Вот мимо меня пронеслись сразу несколько Богов — и в ту же секунду огненный удар превратил в обгоревший ошмёток Гермеса, летевшего первым…
Вот Гефест швырнул какую-то огромную бомбу, от которой всё вокруг начала заливать лава, и Гиперион заорал от боли…
Вот Посейдон вонзил свой трезубец в спину Иапету, пока тот сжимал шею Геры двумя руками…
Битва перемешалась; не выдерживая напора, дворец Зевса рушился, заставляя обе стороны отступать. Отступал и я.
Я был повсюду и нигде; не попадая под удары, я уворачивался от молний и водяных стрел; уклонялся от размашистых ударов Титанов и от неумолимого топота медного быка, на котором приехал хромой Гефест.
Это я, скрытый плащом Артемиды, поглотил силу умирающих Гермеса и Геру; в пылу боя этого никто не заметил.
Это я буквально в последнюю секунду — до того, как всё залила лава — подхватил с пола упавшую печать от Тартара и, активировав её, отправил туда, в вечную тьму, шевелящиеся кости Крия и окровавленного, обожжённого Гипериона.
Я был ближе всех к выходу, дальше всего от разрушений; потолок трясся, покрываясь трещинами. И, кажется, сокращалось, количество Богов и Титанов. Пробегая мимо стен, я швырял в дерущихся всё, что попадётся под руку — и это тоже приносило свои плоды. Что-то просто взрывалось, что-то окутывало Богов и Титанов разрушительными проклятиями. Пару раз ударило по мне самому — всё тело жгло, как от раскалённого металла — но я игнорировал боль.
— Посейдон!!! — ревел Зевс. — Нас больше!! Добиваем их по одному!!!
— Больше⁈ — расхохотался Кронос. — Оглянись вокруг, сын! Вы вдвоём против нас троих!
И точно. Из Богов остались лишь Зевс и Посейдон. Когда успели погибнуть Гефест и Деметра, интересно?.. Жаль, не забрал их силу.
— Двоих!!! — заорал Посейдон, втыкая свой трезубец прямо глотку Кою и мощным движением отрывая ему голову. — Этот есть!! Давайте, Титаны, покажите, чем вы стоите без численного переве…
Огромный кусок потолка рухнул ему прямо на голову. Вряд ли убил, конечно, но монолог точно прервал.
Я обернулся назад. Хах, знакомый предмет в чёрной вуали…
А что, если…
Ладно, была не была! Крепко зажмурившись, я схватил голову Горгоны — и со всех сил швырнул её прямо в сражающихся. А теперь за угол, быстро!..
Несколько криков, новый взрыв.
— Кронос!!! — орал Иапет. — Сожги эту штуку…
— Стараюсь… моя рука не слушается…
…прежде, чем всё стихло, раздалось ещё несколько оглушительных взрывов — больше прежнего. Что ж, тем пронзительней показалась мне наступившая затем тишина.
Строго говоря, тишиной это и не было. Дворец продолжал трещать по швам и рушиться, камни скрежетали о камни, и этот гул никак нельзя было назвать тишиной. Но после того кошмара, что творился тут только что…
Глубоко выдохнув, я выглянул из-за угла.
Да уж. То, что было головой Горгоны, сгорело напрочь и теперь никому не могло повредить. На полу лежали сильно обгоревший, изуродованный и искалеченный Зевс и наполовину превратившийся в камень Кронос; нижняя половина его лица была полностью каменной, и он не мог издать ни звука, но глаза лихорадочно бегали по сторонам. Что до Иапета, то… кхм, кажется, вот эта мелкая каменная крошка у меня под ногами и есть он?
— С-сизиф… — прохрипел Зевс, даже не пытаясь встать. — Я… тебя вижу…
— Да? — удивился я, активируя Ключ; каменный Кронос вместе с разбитым на осколки Иапетом и разорванным на части Коем скрылись в тёмных провалах — лучше было не рисковать и отправить в Тартар даже тех Титанов, кто, казалось бы, умер окончательно.
— Х-ха… — Зевс кашлянул золотой кровью. — Считаешь себя… победителем?
— А, вот в чём дело, — я приподнял край плаща. — Одна их молний прожгла в нём дыру, и теперь он не работает. Упс… Хорошо, что это случилось только сейчас, верно?
— Т-ты… — Зевс глядел на меня с ненавистью. — А я всё же… б-был прав… если бы я прикончил тебя… вначале…
Я хмыкнул.
— Ты не мог, увы, прости. Об этом я позаботился заранее — ещё до того, как сунуться сюда.
Книга раскрылась в моей руке; неподвижная рука ещё живого, но вырубленного Посейдона, придавленного осколком потолка (сверху было видно звёздное небо с кучей неземных созвездий) начала усыхать; я почувствовал, как утихает внутри боль от проклятия.
— Знаешь, — задумчиво заметил я, — не собирался заглядывать на Олимп… но всё же хорошо, что я попал сюда. Вобрать в себя силу стольких Богов разом…
Глаза Зевса вспыхнули яркой молнией… и тут же погасли. Последняя атака Кроноса и Иапета лишила его остатков сил. Конечно, если оставить его здесь, дать ему время — он восстановится, но…
Я не дам ему времени.
— Не-а, — я покачал головой. — Не в этот раз.
Царь Богов скрипнул зубами.
— Твой дворец разрушен, — заметил я. — Твой пантеон мёртв. Ты слабее меня, Зевс. Ты проиграл.
— Си… зиф… — прохрипел он. — Надо было… уничтожить твою… душу… давным-давно…
— Надо было, — пожал я плечами. — Но ты решил иначе. Хотел сделать из меня своего собутыльника, игрушку для развлечения. Наверное, тогда тебе было забавно.
Остановившись перед умирающим Зевсом, я вновь раскрыл фолиант.
Теперь не так забавно, да?
* * *
…силы во мне сейчас бурлило столько, что, наверное, я и сам мог бы открыть портал на Землю. Но мне нужно было забрать своих — Петю, Стерлинга, Хаска, Константина. И… нужно было выполнить обещание, данное старому другу.
Землетрясение уже кончилось; центральная часть дворца была разрушена, однако внешние стены стояли. Когда я выбрался наружу, то увидел стоящих в сторонке Хаска и Константина. Стража Зевса была тут же, однако они не обращали на них внимание — лишь сбились в кучку и испуганно, молча смотрели на опустевший дворец.
