Для проверки я решил зайти в книжный магазин «Москва», он хорошо просматривается и имеет два выхода: один ближе к станции метро, другой ближе к Красной площади.

Зайдя первый вход, я юркнул в раздел советской художественной литературы, я взял книгу в руки.

Если за мной действительно следят, то Толстяк должен сейчас потерять меня из виду.

А вот и он. Толстяк беспокойно продирался сквозь гущу покупателей, озираясь по сторонам. Он явно кого-то искал глазами.

Наконец, он заметил меня боковым зрением, складывалось впечатление, что он делал над собой усилие чтобы не повернутся в мою сторону.

Хотя его мимика подсказывала, что он испытал большое облегчение. Как и у многих полным людей молодого возраста, лицо его было по-детски простовато.

Морщины и брови его расправились, а плечи опустились. Он направился к ближайшему отделу, и повернувшись спиной, сделал вид, что рассматривает какую-то книгу.

Я улучшил момент, и проскользнул мимо него к выходу.

Все же, мне нужно было убедиться, что он выслеживает именно меня.

Я быстро вышел из книжного и направился дальше вниз по улице Горького в сторону Советской площади, где по иронии судьбы на коне восседал совсем не советский деятель Юрий Долгорукий, чья могила затерялась где-то в Киеве.

Ирония заключалась в том, что Князя Суздальского и Киевского поставили вместо московской статуи Свободы.