При капиталистическом строе всякий фабрикант или промышленник облагает своих рабочих, так сказать, налогом, т. е. платит им денежный эквивалент лишь за часть произведенного ими товара, а остальную часть (при современных экономических условиях в России — почти половину) распродает по цене, обычно близкой к их жизнетратному эквиваленту, как будто в свою пользу^[20].

Но это лишь по внешности. На деле же выходит следующее. Весь валовой доход с предприятия употребляется так:

A. Непосредственная плата рабочим.

B. Некоторая доля валового дохода идет (как мы видели и в торговой прибыли) на ремонт зданий и на содержание администрации, которую пришлось бы сохранить и при социалистическом строе.

C. Некоторая доля идет на покупку сырых материалов.

D. Некоторая доля кладется в банки, которые в период экономического прогресса употребляют ее на сооружение новых путей сообщения, новых фабрик, рудников и других промышленных и земледельческих предприятий, соответствующих постепенному приросту населения, и на расширение уже существующих предприятий.

E. Некоторая доля идет на основание и содержание частных просветительных и благотворительных учреждений.

F. В среднем не более 5 %, т. е. 5 копеек с рубля, идет на содержание самого капиталиста и его семейства, если это довольно крупный капиталист, а не мелкий.

Вот почему при всех попытках перехода от капиталистического труда к ассоциациям рабочих материальная выгодность таких переходов (я говорю не о моральных выгодах) никогда не оправдывалась в такой степени, как ожидалось, хотя из перечисленных мной шести родов вычетов — обычных для крупных капиталистов — у ассоциаций и коопераций сохранялись часто только два, по пунктам В и С, а остальные (вычеты D, Е и F причислялись к личным доходам участников, т. е. к пункту А) целиком потреблялись ими.

Что же касается до одиночного, индивидуального производства тех же самых продуктов, то оно никогда не могло конкурировать с крупным капиталистическим. Несмотря на то что индивидуальный производитель обычно не несет ни одного из перечисленных мной дополнительных вычетов (В, D, Е, F), жизнетратный эквивалент его продукта всегда оказывается несколько выше, чем по какому продает его капиталист, платящий рабочим, по внешности, не более как за половину выработанных ими продуктов. Вот почему крестьяне почти никогда не переходят с фабрик и заводов к кустарному труду.

Применение машин в капиталистическом производстве делает капиталистический труд много более производительным, чем кустарный, одиночный^[21].

Но возвращусь к моему предмету.

Мы только что видели, как валовой доход с капиталистического производительного учреждения разлагается на шесть частей^[22]. Обозначим этот валовой доход через W, а за частями оставим предыдущие обозначения; в таком случае получим:

Отсюда мы всегда можем вычислить любую из этих величин, зная остальные из фабричных и домовых книг хозяина. А разделив обе части равенства на валовой доход W, перейдем к их процентным соотношениям между собой:

где 1 есть полный доход с капиталистического учреждения, а все остальное — его относительные части.

Но как бы ни распределялись в данном капиталистическом предприятии части. В, С, D, Е и F, однако часть А, т. е. жалованье рабочим, ему неизбежно приходится платить по тому же жизнетратному уровню (т. е. по тому же уровню, а не по полному эквиваленту всего их труда), по какому платят и все остальные капиталисты своим рабочим. Кажущееся исключение бывает только в таких случаях, когда дело идет о каком-либо культивированном (техническом) труде, требующем значительного количества жизнетратной энергии при изучении, которая теперь тоже должна быть уплачена труженику из продуктов производства, как бы отданная им капиталисту предварительно в кредит^[23].

Если какой-нибудь фабрикант, или заводчик, или промышленник станет платить обычным своим рабочим по низшему жизнетратному уровню, чем платят другие, то наиболее подвижные и сметливые из рабочих начнут уходить от него к другим и этим заставят его поднять плату оставшимся до одинакового с другими жизнетратного уровня. Значит, и продавать свои продукты потребителям всякий капиталист будет в состоянии лишь пропорционально той же доле жизнетратного уровня их производства, как продают и все остальные производители, в том числе и золотопромышленники. Следовательно, моя формула для определения рыночных цен останется неизменной и в применении к данному случаю.

Отсюда ясно, что от «стачки всех капиталистов против рабочих», и от соответственного понижения жалованья им всем уменьшается только та доля производимых ими товаров, за которые капиталист им платит, т. е. вместо, например, половины он будет оплачивать 40 %. Пены товаров, как простой эквивалент их обмена на другие товары, находящиеся в тех же условиях, нисколько не изменятся от всего этого при сохранении золотой валюты или при отсутствии выпуска избыточных кредиток.

Глава VIII

Невозможность длительного повышения всех рыночных цен стачками рабочих. Роль труда и капитала в экономической эволюции современного общества. Преимущества социалистического строя не столько материальны, сколько моральны

Точно так же и достижение рабочими общей прибавки заработной, платы, путем ли всеобщей стачки или другими средствами, сведется лишь на распродажу в их пользу большей доли производимых ими продуктов и на соответственное уменьшение той доли из чистой прибыли капиталистов, которая распродавалась ими на дальнейшую эволюцию производства. Ведь совершенно ясно, что при всяком повышении рабочей платы путем понижения своей чистой прибыли капиталисты прежде всего пожертвуют той долей D моего перечня (в предшествовавшей главе формула 9), которая у них идет на создание новых промышленных предприятий, и этим сократят экономическую эволюцию данной страны.

Значит, прирожденное стремление всех малообразованных капиталистов увеличивать всеми возможными средствами доходы со своих промышленных и земледельческих предприятий, или, как говорится в общежитии, богатеть, являлось до сих пор в общественной жизни народов силой, непроизвольно и бессознательно стремящейся улучшить благосостояние и условия трудовой жизни будущих поколений человечества посредством ухудшения до последней степени условий существования современных трудящихся масс. А прирожденное стремление всех малосознательных рабочих к возможно большему увеличению заработной платы и к сведению времени своего труда на минимум являлось до сих пор силой, непроизвольно и бессознательно стремящейся низвести до нуля именно ту долю капиталистических доходов, которая обусловливает эволюцию экономической жизни человечества при его современном строе, т. е. бессознательно пожертвовать готовящимися преимуществами своих будущих поколений, для большей обеспеченности своего современного поколения.

То или другое положение равновесия этих двух борющихся сил при капиталистическом строе всегда является мерой экономического прогресса в каждой стране в данный момент, и отсюда само собой понятно, что всякая кооперация и кустарные производства при таком строе являются учреждениями консервативными, поскольку они улучшают уровень жизни своих членов за счет слагаемых D и Е нашей формулы 9. Вот почему и в случае перехода от капиталистического строя к социалистическому пришлось бы сохранить в виде обязательных налогов все те доли чистой прибыли капиталистов, которые теперь идут у них на ремонт зданий, на содержание администрации (техников, сторожей и т. д.), на покупку сырых материалов, на вклады в банки, на просветительные и благотворительные учреждения (фабричные читальни, больницы и т. д.). Да и из той доли, которая тратится теперь капиталистом или крупным землевладельцем на содержание себя и своего семейства, пришлось бы выделить соответственную долю на содержание избранного на срок директора-распорядителя и его семейства в данном социализированном учреждении^[24].