— Ты не представляешь, как много для меня значит твоя поддержка, — прошептал он ей на ухо. — Я не хочу, чтобы между нами оставались тайны.

Она улыбнулась, нежно гладя его по спине, чувствуя, как их связь становится всё крепче и глубже.

— А я-то еще удивилась, когда Дима сказал, что ты построил бизнес в лихие девяностые. Хорошо сохранился, — она нервно хихикнула.

Феликс вздохнул, и его взгляд потемнел, когда он начал говорить.

— Мой отец строил бизнес на криминальной основе. Все эти связи и влияние — они не просто так появились. Он умел находить общий язык с нужными людьми, устранять конкурентов и манипулировать обстоятельствами. Но мне удалось почти всё перевести в легальный бизнес, — рассказал он, его голос звучал твердо и решительно. — Это было нелегко, но я не хотел идти по его стопам.

Ада кивала, понимая, насколько трудным был путь, который выбрал Феликс.

— Перед смертью отец впервые упомянул о том, что у меня есть брат, — продолжил он. — Я был в шоке. Оказалось, что этому брату в жизни повезло еще меньше, чем мне. Я нашел его. Алексей, так его звали, жил в ужасных условиях. Я помогал их семье, как мог.

Ада смотрела на Феликса с восхищением и пониманием.

— Как это возможно? — спросила она, быстро структурируя информацию. — Получается, отец отправил меня к дальним родственникам, которые и твои родственники…то есть мы с тобой… — она осеклась.

Феликс взглянул на неё и ответил:

— Я втайне провел тест ДНК. Оказалось, что родства между нами нет. Но я не нарушил волю отца. Я принял Алексея и его семью как своих. И хоть я знал, что они не моя родня по крови, я продолжал поддерживать их. Племянник Дима, кстати, потрепал мне немало нервов своими безумными выходками, но я всегда старался ему помочь.

Ада улыбнулась, осознавая, насколько великодушным и благородным был Феликс.

— Это так похоже на тебя, — сказала она с теплотой в голосе. — Ты всегда думаешь о других, даже если это приносит тебе проблемы.

Феликс наклонился к ней.

— Ты — тот человек, с кем я могу быть собой.

Ада прикоснулась к мужчине, будто хотела подарить ему утешение, в котором, возможно Феликс и не нуждался. Она сняла с его лица маску и задержала взгляд на губах. Ее тело откликнулось, напоминая, как хорошо им может быть.

Погружённые в чувство взаимопонимания и нежности, продолжали сидеть в объятиях, наслаждаясь тишиной и друг другом. Их сердца били в унисон, и казалось, что весь мир перестал существовать, оставив их вдвоём в этом моменте.

Феликс нежно провёл рукой по её волосам, его пальцы едва касались шелковистых прядей. Ада взглянула на него, её глаза светились любовью и благодарностью. Она медленно наклонилась вперёд, их губы встретились в мягком и страстном поцелуе, который стал началом их близости. Комната была наполнена мягким светом луны, пробивающимся сквозь полупрозрачные занавески. Феликс осторожно провёл пальцами по лицу Ады, словно запоминая каждую деталь, каждую черту. Он нежно прижался к ней, его поцелуи стали более страстными, они оставляли след тепла на её коже.

Девушка ответила на его ласки с такой же нежностью и страстью. Её руки скользили по его спине, ощущая каждое движение его мышц. Они медленно раздевались, обнажая свои тела и души друг перед другом. Их сердца били в унисон, и каждое прикосновение было полным любви и желания.

Когда они наконец легли на постель, Феликс накрыл Аду своим телом, их дыхание смешивалось, создавая единый ритм. Они двигались в такт друг другу, каждый вздох и стон выражали то, что невозможно было выразить словами. Это была ночь, полная страсти и нежности, когда они полностью отдавались друг другу, забыв обо всех проблемах и тревогах.

Их тела сливались в единое целое, и казалось, что время остановилось. Каждое прикосновение, каждый поцелуй были наполнены смыслом и глубокими чувствами. Они забыли обо всём, кроме своего желания и любви.

Наконец, после долгой ночи любви, они лежали рядом, их тела были утомлены, но сердца полны радости и удовлетворения. Ада прижалась к Феликсу, чувствуя его тепло и силу. Они оба знали, что этот момент был особенным, что он укрепил их связь и дал им силы для будущего.

— Я люблю тебя, — прошептал Феликс, глядя в глаза Ады.

— И я тебя люблю, — ответила она, улыбаясь и касаясь его щеки.

Они заснули в объятиях друг друга, готовые встретить новый день вместе, зная, что теперь ничто не сможет их разлучить.

Ада с волнением готовилась к съемкам своего первого клипа. Вокруг неё кипела работа: гримеры наносили последние штрихи, операторы настраивали камеры, режиссер раздавал указания, и множество ассистентов суетились, создавая атмосферу волшебства. Каждый миг был пропитан адреналином, и сердце девушки стучало быстрее.

— Ада, ты великолепно выглядишь! — восхищенно воскликнула стилистка, завершая макияж.

— Спасибо, — ответила Ада, бросив взгляд в зеркало. Отражение показало ей решительную и уверенную в себе девушку, готовую покорить мир.

Режиссер подошел ближе, его глаза горели энтузиазмом:

— В этом кадре, Ада, ты должна смотреть прямо в камеру, выражая всю палитру эмоций, которые заложены в твоей песне. Двигайся плавно и естественно, как мы репетировали.

Ада кивнула, стараясь запомнить все детали. Она почувствовала поддержку со всех сторон.

— Всё получится, — сказал оператор, подмигнув ей. — Мы все здесь, чтобы помочь тебе.

Съемки начались. Ада пела с душой, полностью отдаваясь музыке. Её движения были плавными, каждый жест отточен до совершенства. Камеры следили за каждым её шагом, команда профессионалов направляла её, подсказывая, когда и куда смотреть. Она ощущала себя в центре вихря творчества, и это чувство было невообразимо вдохновляющим.

После долгого дня, наполненного съемками и эмоциями, Ада чувствовала приятную усталость, но и глубокое удовлетворение. Она знала, что отдала всё, что могла, и это было невероятное ощущение.

Вечером, желая расслабиться, Ада решила отправиться в клуб, чтобы немного отдохнуть и провести время с Феликсом, который точно должен был быть там сегодня. Она приехала раньше него, и, чтобы не терять времени, направилась на танцпол. Музыка громко играла, вибрации пробирались до костей, заставляя её двигаться в такт. Она слилась с толпой, наслаждаясь моментом.

Каждое движение было пронизано энергией и свободой. Ада чувствовала, как ритм музыки проникает в её душу, освобождая от всех забот и тревог. Она была в центре внимания, её движения притягивали взгляды, но она танцевала для себя, наслаждаясь этим мгновением.

Клуб был наполнен бурлящей энергией, как поток, который стремительно несся через просторный зал, наполненный ароматом духов и запахом свежего пота. Стены были окрашены в тёмные, глубокие цвета, а освещение менялось от ярких, насыщенных оттенков до загадочных полутонов, создавая ощущение, будто пространство было живым организмом, реагирующим на музыку.

В центре зала, где стены исчезали в густом полумраке, располагалась танцплощадка, покрытая пульсирующими световыми эффектами. Стробоскопы разрывали тьму на яркие полосы света, которые мелькали в такт музыке, искрясь и освещая танцоров, как космические лучи. Эти ослепительные вспышки отражались в зеркальных поверхностях, создавая иллюзию бесконечности и многослойности.

Ада оказалась в самом центре этого динамичного хаоса. Она была словно частью магического ритуала, сливающегося с ритмом, который пронизывал каждый уголок клуба. Её движения были плавными и уверенными, каждое её движение было ритмичным и точно выверенным. Она могла почувствовать, как музыка проникает в её тело, словно невидимый проводник, который соединял её с окружающим миром. В её глазах сверкали искры счастья и внутреннего освобождения.

Стробоскопы вырывались в пульсации, высвечивая её лицо в разные моменты — то в ярком, жизнерадостном свете, то в мягком, приглушённом отблеске. Эти мелькающие огни пронзали тьму, создавая эффект непрерывного движения и изменчивости. Каждый её шаг и поворот подчеркивались этими быстрыми вспышками, и Ада словно сливалась с музыкой, её движения приобретали новый уровень выразительности.