Литмир - Электронная Библиотека

Вроде бы солидное обоснование. Но стоит его разобрать, уверенность рушится… Пойдем, опять же, с конца.

Слово amanusha действительно упоминается в «Ригведе» (И, 11, 10, гимн «К Индре»), но по отношению к чудовищному змею Вритре из разряда Данавов (dдnavдs) — злых духов ведийской мифологии, врагов богов и людей:

В тайне находящегося, тайно затаенного в водах,
Скрытно живущего колдовского змея,
Перекрывшего воды и небо,
Ты убил, о герой, (своею) героической силой.
Я хочу сейчас прославить, о Индра, твои прежние великие(деяния),
А также хотим мы прославить нынешние деяния.
Я хочу прославить ваджру в (твоих) руках, жаждущую (подвигов),
Я хочу прославить пару буланых коней — знаки солнца.
Вот пара твоих буланых коней, рвущихся к награде, о Индра,
Прогрохотала, и грохот струился жиром.
Ровно раскинулась земля,
Даже гора, пытавшаяся убежать, остановилась.
Уселась гора, не уклоняясь.
 Он взревел, гремя в лад с матерями.
Усиливая звук далеко до самого предела,
Они распространили свист, поднятый Индрой.
Индра столкнул колдовского Вритру,
Лежавшего на великой реке. Задрожали два мира, испуганные
Ревущей ваджрой этого быка.
Громко зарычала дубина этого быка (о том,)
Что, действуя в пользу человека, надо уничтожить
нечеловеческого (врага).
Колдовские чары колдовского Данавы
Он разрушил, напившись выжатого сомы.[223]

Да, в тексте этого гимна упоминается «дасу», но упоминается он в единственном числе и из контекста ясно видно, что речь идет о змее Вритру:

Ты выпустил, о Индра, великие (реки), которые сделал набухшими,
Многочисленные запруженные змеем, о герой.
Дасу, возомнившего себя даже бессмертным,
Ты изрубил, подкрепившись гимнами.[224]
Наберись силы, о герой, с помощью которой
Ты рассек Вритру, Дану, Аурнавабху!
Ты раскрыл светило для ария.
Дасью рухнул слева, о Индра.[225]

К темнокожим дравидам это никакого отношения не имеет.

По поводу каст. Да, действительно, уже из «Махабхараты» (которая относится к эпохе после поставления «Вед» и даже называется иногда «пятой Ведой») известно, что низшая варна (это слово на санскрите действительно означает «цвет», а точнее «краска») шудр связана с черным цветом:

У браминов белая, у кшатриев кроваво-красная краска;
У вайшьев — желтая, у шудр — черная (краска).[226]

Но получается, что арийские варны противопоставляются не только «черной» варне шудр, но и друг другу, и у каждой из них тоже свой цвет — выходит (если взять критерий привязки цвета варны к цвету кожи), что арии изначально имели разный цвет кожи! Ведь уже в «Ригведе» брахманы (род мудреца Васишхти) — «белые», а кшатрии — «красные»: «Коричневатый (pigdngarupa-)… — Или «красноватый», «красновато-коричневый». Саяна глоссирует suvarnavarnah «золотистый». Все эти эпитеты описывают цвет кожи кшатрия ведийской эпохи»,[227] так комментирует Т. Я. Елизаренкова фрагмент из «Гимнаапри» «Ригведы» (II, 3, 9), посвященного рождению сына в одной из арийских варн (которая угадывается по словесным оборотам — это кшатрии):

Коричневатый, которого легко носить, наделяющий жизненной силой, —
Во исполнение (наших молитв) рождается сын, любящий богов.[228]

Но о цвете ли кожи идет речь?

В «Махабхарате» дважды приводятся слова верховного божества Брахмы и великого мудреца Бхригу о том, что цветовая гамма варн связана с моральными качествами людей.

В «Мокшадхарме», входящей в состав 12-й книги «Махабхараты», верховное божество Бхригу, назвав (впервые в индийской литературе) цвета варн, отвечает на вопрос: «Как произошли существа, как разделились варны?»

Без различия варн этот мир преходящий весь
браминским
Брама некогда произвел, но делами окрасились (варны).
Резкие и гневливые, любители вожделенья, насилия,
наслаждений,
Нарушив свой долг и обагрив кровью руки, до состояния
кшатриев дошли такие брамины.
Желтые, занимающиеся скотоводством, живущие
земледелием,
Эти дваждырожденные, не устояв в своем законе,
пришли к состоянию вайшьев.
Жадные, любители неправедности, врежденья,
живущие разной работой,
Черные, утратившие чистоту, пришли к состоянию шудр
(такие) брамины.[229]

В 14-й книге «Махабхараты» бог Брахма в речи перед брахманами связывает варны с тремя Гунами, свойствами человеческой души — грубый невежественный тамас, свирепый властный раджас, просветленная сатшва:[230]» Тамас — в шудре, раджас — в кшатре, а высшая из трех гун, сатпгва — в брахмане; так проявляются три гуны в трех варнах». Он сравнивает их с цветом солнца: «В солнце его сияние — это сатпгва, его зной — это гуна раджас, а когда в положенные дни с ним случаются затмения, то должно видеть в этом проявления гуны тамас».[231] Цветами трех варн здесь указаны белый цвет полуденного солнца, красный цвет палящего солнца, черный диск солнца в затмении (а желтый цвет варны вайшьев — не самостоятельный и получается при смешении черного и красного).

Главное отличие ведийской системы варн от расизма — если расизм выводит качества людей из их внешнего вида (черный — значит раб) и считает их неизменными (ведь нельзя изменить цвет кожи), то ведийская традиция увязывает характеристики людей с уровнем их развития (невежественный — темный) и считает возможным их изменение (в том числе изменения касты) при совершенствовании или деградации моральных качеств людей.

Рассказав о низших устремлениях и кастах, Брахма говорит «об их вызволении (оттуда) и восхождении: как они, (став) вершителями благих деяний, обретают миры, уготованные людям благих дел. Изменив направление (своего движения) на противоположное, они возрастают своими деяниями; благодаря же очистительным обрядам, совершаемым радеющими об исполнении своего долга и пекущимися о благе (мира) брахманами, и сами прилагая усилия, они поднимаются в одни (с теми брахманами) миры, достигают неба богов — так гласит индийское шрути. Изменив направление (своего движения) на противоположное, возрастают они своими делами и, повинуясь законам перевоплощений, вновь становятся в этом мире людьми. Попадая (сначала) в грешные лона, (рождаются они) чандалами, немыми и заиками, а затем переходят, по закону круговорота, во все более и более высокие варны».[232] Таким образом, варны — уровни человеческого развития, а не разные расы.

вернуться

223

«К Индре» (Ригведа, II, И: 5–10) (Ригведа. Мандалы I–IV. С. 247).

вернуться

224

«К Индре» (Ригведа, И, 11: 2) (Там же. С. 246).

вернуться

225

«К Индре» (Ригведа, II, И: 18) (Там же. С. 248).

вернуться

226

Мокшадхарма, 188: 5 (Махабхарата: Философские тексты / Перевод, предисловие Б. А. Смирнова. Вып. V. Кн. I: Мокшадхарма (Основа освобождения). Издание 2-е. Ашхабад: Ылым, 1983. С. 53).

вернуться

227

Комментарии к «гимну-апри» (Ригведа II, 3: 5) (Примечания / Составила Т. Я. Елизаренкова // Ригведа. Мандалы1—IV. С. 667. Примеч. 9а).

вернуться

228

«Гимн-апри» (Ригведа II, 3: 9) (Ригведа. Мандалы I–IV. С. 240).

вернуться

229

Мокшадхарма, 188: 10–13 (Махабхарата: Философские тексты / Перевод, предисловие Б. А. Смирнова. Вып. V. Кн. I: Мокшадхарма (Основа освобождения). Издание

вернуться

230

Махабхарата, XIV: 36–39 (Махабхарата. Кн. XIV: Ашва-медхикапарва, или Книга о жертвоприношении коня / Издание подготовили Я. В. Васильков и С. А. Невелева, ответственный редактор И. М. Стеблин-Каменский. СПб.: Наука, 2003. С. 73–78).

вернуться

231

Махабхарата, XIV: 39 (Там же. С. 78).

вернуться

232

Махабхарата, XIV: 36 (Там же. С. 74).

18
{"b":"943212","o":1}