– И? – произнёс Марио. – Я как-то за работой отвлёкся и не расслышал, чем всё закончилось.

– Ну… не совсем то, о чём я думал… – проговорил Нере. – Точнее, совсем не то, о чём я думал, но опыт интересный. Большой плюс – баба с юмором, скучно не было.

– Ничто человеческое шестерёнкам не чуждо, – произнёс Марио. – Ну и хорошо. Один народ всё-таки. Давайте выпьем за это.

Мужчины выпили. Вилхелм занюхал рукавом, а потом сказал:

– В общем, как станет ясно с датой, жду вас, ребята. Приходите с жёнами, с подружками, но обязательно приходите.

– Принято. – Марио кивнул.

Нере же спросил:

– А сколько подружек можно привести?

Вилхелм улыбнулся и ответил:

– Сколько хочешь. Главное, чтобы никто не подрался.

3

Из всех миров, которые Жерар Лабранш посетил за три года на службе Георгу Хокбергу, Тангира-III запоминалась сильнее всего. Не каждый день увидишь мир, переживший нашествие поганой галактической саранчи.

Человечество снова доказало, что звезды и планеты принадлежат ему. Свидетельство могущества Бога-Императора. Услада для глаз.

Так думал Жерар Лабранш. Остальные солдаты в его отделении постоянно переглядывались и вздрагивали при каждом непривычном звуке, доносящемся из инородных джунглей.

Вообще-то Тангира-III – планета земного типа, но чужаки внесли некоторые изменения.

Флора сдавливала космопорт в тисках: крошила скалобетон, выгибала пласталь. Деревья с гнилостно-розовой или пунцовой корой стояли на собственных корнях. Могло показаться, что во время порывов ветра они двигаются, отвоёвывают у людей ещё несколько миллиметров. Цветки на ветвях раскрыты – лепестки белоснежные, а щедро опадающая пыльца мерзкого болотного оттенка. Даже мысли не возникало снять или поправить респиратор, – кто знает, какие болезни можно подхватить, попытавшись оценить аромат. Тоже касалось и пульсирующих плодов коричневого цвета. Кое-какие уже сорвались и разбились среди переплетения ног-корней неведомых деревьев.

Жерар пригляделся, – в сочной мякоти копошились белесые черви. Какая прелесть.

Компанию "гуляющим деревьям" составляло нечто, напоминающее кораллы. Эти растения или создания разрастались так густо, что местами возникали скалы или даже пещеры, в которых можно было спастись от дождя. А дождь шёл постоянно, разъедая краску на бортах "Химер".

Оружие спрятано в чехлы, люди спрятаны в специальные комбинезоны для работ в агрессивных средах, и только технике негде спрятаться, и оставалось только страдать в едкой атмосфере.

Жерар посмотрел наверх, – по панорамному стеклу противогаза пробежало несколько струек, способных оставить болезненный ожог, – за раскидистые кроны тиранидской флоры. Где-то там, среди туч, освещаемых время от времени зеленоватыми молниями, виднелись полуразвалившиеся трубки капиллярных башен, – гигантских строений, проще говоря, пищеводов, по которым биомасса достигала орбиты и питала пустотных хищников.

Хищников перебили, трубки не выдержали агонии, ныне весь инородный организм, паразит в теле Тангиры-III, бился в судорогах, напоследок терзая некогда прекрасную планету.

И как последний страж Тангиры-III за медленной смертью инопланетного захватчика наблюдал такой же мёртвый титан типа "Владыка Войны". Оба манипулятора оторваны, голова расколота, корпус оплавлен биоплазмой и кислотами так, что видны охваченные ржавчиной механизмы. Однако всё-таки "Владыка" стоял, не склонился перед своим убийцей и держался до последнего. В пусковых установках на плечах гиганта не осталось ни одной ракеты, все пошли в ход. Можно не сомневаться, титан заслужил вечную память, даже перерождение, испепелив орды тиранидов и повергнув их собственных гигантов.

Вот ещё одно олицетворение Императора – разбитый, но непобеждённый.

– Славься, Бог-Император, – прошептал Жерар.

Пусть склизкие лианы и инопланетная лоза обвили металлические ноги, почти добрались до пояса, но Жерар не сомневался, что наступит тот день, когда "Владыка" оживёт, сбросит оковы и станет служить как прежде: без жалости к врагу, с отвагой в термоядерном сердце и с мыслью о самопожертвовании в кремниевых мозгах.

Полюбовавшись некоторое время на монумент величия, Жерар опустил взгляд к грешной земле.

Рота Козыря, если её ещё можно было называть "ротой", вместе с ротой Билла Ридда обеспечивала охрану грузовых челноков. Товаров много, – не успели разгрузить один, как на посадку заходил следующий транспорт.

С первого взгляда рутинная работа, вызывающая сонливость, но на инструктаже перед высадкой предупредили о том, что до очищения Тангиры, как до Терры ползком. Даже в относительно безопасных зонах, например, в районе космопорта, можно нарваться на чужака.

Жерар оглядел подчинённых и покачал головой.

На Вайстали погибло слишком много воинов культа Святого Свежевателя. Конечно, во время короткой передышки на Нагаре появились новые, но их было недостаточно, чтобы создать полноценное подразделение. Братьев и сестёр культа перевели кого куда, поддерживать боевой дух других солдат Хокберга.

И, Боже правый, на то были причины.

Основная масса рекрутов оказалась не готова к тому, что можно встретить за пределами родного мира. Бледные лица, судорожно сжатое оружие, тщетные попытки вспомнить молитвы. Им недоставало веры в Бога-Императора, не хватало ощущения собственной силы.

Жерар обратился к командиру по вокс-связи: