Виктория кое-как выбралась – туша, по меньшей мере, вдвое тяжелее! – поднялась и инстинктивно отпрянула от упокоившегося, но такого страшного хищника. В следующее мгновение она поняла, что можно не опасаться дружественного огня. Наёмников выбили из обители астропатов. Чудовище осталось одно, но зато какое!

Оно пригибалось, но даже так превосходило человека втрое. Каждая из шести лап заканчивалась когтями-ножами, костяной гребень на спине походил на полотно пилы, хвост – точно меч органического происхождения. Из широкой пасти шишковатой головы высовывался длинный язык, оканчивающийся яйцекладом, – патриарх жаждал крови.

Сперва наёмники пытались покончить с этим чудовищем так же, как и с предыдущими, – подавляющим валом огня, – однако шкура его была крепче.

Патриарх влетел в строй солдат, словно пушечное ядро, и, как пушечное ядро, произвёл опустошительное воздействие. Он будто не крепких мужчин в панцирной броне рассекал на части, а цветы срывал. Бил когтями, пронзал хвостом, вырывал клочья мяса зубами. Патриарху порой даже взгляда хватало, чтобы убить человека. Он – проводник мощи Великого Пожирателя, могучий псайкер. Какие-то наёмники превращались в вихрь изорванной плоти, когда закипала кровь, другие погибали не так эффектно – всего лишь истлевали за мгновения.

Первобытный страх взял верх и над впрыском адреналина, и над всей выучкой наёмников. К такому просто невозможно подготовиться. Солдаты бросали оружие и бежали, моля Бога-Императора, примархов, хоть кого-нибудь о спасении, но от чудовища было не скрыться.

Оно настигало жертв, вырывало конечности из суставов, превращало наёмников в отбивные или даже кровавые пятна на стенах или потолке.

Когда патриарх покончил и с командными отделениями, и с теми, кто пришёл им на помощь, то обернулся и увидел Викторию. Он помчался к последнему свидетелю его ужасающего шествия. Опустился на все шесть лап, чтобы как можно быстрее настигнуть добычу.

Виктория подняла болт-пистолет и стреляла, стреляла, стреляла. Какие-то снаряды патриарх культа генокрадов в вихре искр отбивал когтями – настолько высокая скорость реакции – какие-то отклонились сами из-за варп-аномалии.

Болт-пистолет щёлкнул, вся жизнь промелькнула перед глазами, когда Викторию сбили с ног. Это не она, а Козырь оказался в лапах чудовища.

Козырь уже понял, что погиб, едва удерживал внутренности, чтобы те не вывались из раны на животе, и решил дать Виктории ещё один шанс.

Патриарх поднёс Козыря к пасти, чтобы откусить голову, когда тот выхватил мелта-гранату и подорвал её.

До углей обожжённое чудище повалилось рядом с Викторией, и та ещё долго не могла сделать хоть что-то. Просто лежала, пытаясь восстановить дыхание, то ли рыдая, то ли крича. В наушнике миниатюрного вокс-приёмника раздавался то один запрос, то другой, но Виктория забыла не только то, как им пользоваться, а даже собственное имя!

В чувство её привели санитары, прибывшие на место вместе с солдатами капитана Марио Карбоне.

Виктория почувствовала укол, потом ей отвесили пощечину, но она только промычала нечто нечленораздельное в ответ, и её оставили в покое.

Марио же тем временем, осторожно переступая с одной ноги на другую, чтобы не поскользнуться в лужах крови, осматривал помещение и думал о том, что, возможно, выбрал не лучшее время вернуться в армию.

Он прицелился, на всякий случай проделал ещё одну дыру в яйцеобразной голове ближайшего чужака, распластавшегося на каменном полу, а потом подобрался к саркофагу, где должен был находиться святой слепец, передающий и принимающий послания со всей галактики.

Астропат, обмотанный проводами и трубками, с глухим шлемом на голове, пережил нападение чужаков. Но только потому, что ему даровали поцелуй генокрада, – Марио увидел знакомую рану, пузырящуюся сукровицей сбоку на шее. Астропат шептал:

– Он идёт… идёт… идёт. Великий… единственный! Звёздный император… звёзд…

Выстрелом из автоматической винтовки Марио прервал лихорадочный бред. Он взглянул на остальные саркофаги.

Так стоило поступить со всеми заражёнными.

5

Варп нехотя, но всё-таки выпустил из плена корабли компании. Воспалённая рана бытия закрылась.

Ведущий – "Амбиция", следом – "Клинок Жан-Жака" и ещё несколько торговых судов капитана Бонне. Собрать эскадру крупнее Георг просто не смог.

Кто-то участвовал в блокаде Хелги-Воланты. Флот техножречества Дитрита по наводке инквизиции отправился разорять гнездо чужацких корсаров в Проливах Балта. Если бы не договор со скватами, Георг и сюда бы – в звёздную систему Туран – не выбрался.

Как говорится, жить стало лучше, жить стало веселее.

Едва спало давление имматериума, и генератор поля Геллера отключился, "Амбиция" разослала ко всем небесным телам по разведывательному зонду. Даже "Клинок Жан-Жака" пришлось отправить на патрулирование, ведь последние вести с Брунталиса были настолько паршивыми, насколько вообще возможно.

Первое послание ещё куда ни шло. Если коротко, то его можно описать словами "обнаружен культ генокрадов". Но вот второе…

"Патриарх воззвал к флоту-улью".

Когда Георг узнал об этом, то некоторое время просто сидел в кресле и пил амасек, но уже через пару минут разбил и бокал, и бутылку.

Теперь, наблюдая через иллюминатор за серым шаром Брунталиса, Георг думал о том, как спасти хоть что-нибудь.

Створки дверей на капитанский мостик поползли в пазы в стенах, и в помещении появилась Ийдана. Она, не здороваясь с кем-либо, быстрым шагом добралась до Георга и дёрнула его за рукав, – больше никто из экипажа не позволял себе нечто подобное. Вот и Георг сначала скривился, потом разглядел, кто посмел его побеспокоить, и несколько смягчился.

– А… привет. Чего тебе? – спросил он.

– Уходить! Уходить надо! Срочно!

– Знаю.

Георг стоял, опершись на поручни той зоны, что нависала над рабочими местами флотских офицеров. Ийдана сбоку. В ином случае она бы встала прямо перед собеседником, но вместо этого Ийдана положила руку ему на ладонь и сказала:

– Я покажу.

– Э-э-э, нет! Не надо! – Георг резко отпрянул. – Я на это дерьмо на Мордвиге насмотрелся. Хватит до конца жизни!

Ийдана уперла руки в бока, нахмурилась и спросила:

– Ну так что?!

– Советуешь бросить армию? – Георг прищурился.

– А что для тебя ценнее: твоя армия или жизнь? – По тону могло показаться, что Ийдана сейчас закричит.

Георг отмахнулся и произнёс:

– Ты можешь ошибаться со своими предсказаниями. Давай спросим Котара.

Ийдана с шумом выдохнула воздух носом, посмотрела на Георга исподлобья, но больше ничего не сказала и метнулась к наставнику. Георгу пришлось ускорить шаг, чтобы нагнать девчонку.

Котар с несколькими другими космическими десантниками в полном боевом облачении стоял рядом с голостолом и изучал данные по военной операции в столичном улье. Вот-вот наладится связь, и можно будет запросить свежие сводки, но повторение – мать учения.

Котар встретил Георга и Ийдану следующей фразой:

– Проклятье предсказателя. Потратить столько сил, чтобы увидеть, какие козни нам готовят еретики, и не заметить всего этого. – Он вздохнул.

– Переживать нет смысла, – сказал Георг, – всё самое худшее уже случилось. Лучше скажите мне, уважаемый, сколько у нас есть времени. – Георг указал на Ийдану и продолжил: – Ведьмочка говорит о том, что времени нет совсем.

– Я не так говорила. – Ийдана насупилась. – Я говорила, что нужно уходить. И поскорее!

Котар обхватил подбородок, а потом отозвался:

– Две недели. Может быть, три.