– Дорогая? – позвал Вилхелм.

До слуха донеслись приглушённые всхлипывания. Вилхелм бросил подарки на громоздкую кушетку, сделал шаг к Сере, но та сама на него набросилась и обняла. Прижалась к груди и рыдала почти беззвучно, подрагивала в его руках так, что стало не по себе.

– Ну-ну, брось, – произнёс он.

– С утра… храбрилась. – Голос совсем грудной, Сера вот-вот сорвётся. – А увидела… – Сера перешла на шёпот. – Подумала: "Что бы я делала, если бы ты не пришёл".

Она всё-таки не выдержала и расплакалась.

– Ох… ну как я мог не прийти? – проговорил Вилхелм и поцеловал её в макушку. – Моя самая чувствительная девушка на свете.

Сера только крепче к нему прижалась. Они так и стояли в тишине, прерываемой лишь шмыганьем, шорохом вентиляции и перещёлкиванием механодендритов, которые не понимали, что происходит с хозяйкой.

– Прошу, – каждое слово давалось Сере с невероятным трудом, – рассказывай. Мне. Всё. – Она набрала побольше воздуха и выдавила: – Я… я не глупая. Я твоя жена.

Она окончательно расплылась в его руках, облилась слезами, не в силах ничего с собой поделать.

– Боже-Император! – проговорил Вилхелм, подхватил супругу на руки, перенёс и усадил за стол. – Не реви.

Он время от времени посещал рабочее место Серы, а поэтому ориентировался в здешнем лабиринте. Нашёл бутылку с водой, давно немытую кружку с тёмными разводами рекафа на стенках, протёр чистым носовым платком и вернулся. Вилхелм напоил Серу, как ребёнка, придерживая кружку за донышко, осторожно наклоняя. Сера выпила всё до последней капли, а потом убрала кружку в сторону, уцепилась мужу за шею и не отпускала.

Вилхелм так и встал с колена вместе с супругой, перенёс на кушетку, сел и усадил её к себе на ноги. Они провели в таком положении несколько минут, прислушиваясь к дыханию друг друга. Когда дыхание Серы выровнялось, Вилхелм проговорил ей на ушко:

– Впредь обещаю всё тебе рассказывать. Особенно то, что напрямую нас касается. Я люблю тебя и хочу, чтобы всё было хорошо.

Сера сглотнула ком в горле и спросила:

– Вчера я не сильно тебя ударила?

Вилхелм только посмеялся и ответил:

– Да нет, конечно! – Он отстранился на миг, посмотрел на её опухшее покрасневшее лицо, а потом поцеловал в губы.

Сера ответила на это всей страстью, на которую была способна, и вы не обманывайтесь субтильным мальчишеским телосложением. Она покрыла поцелуями всё лицо супруга, начала раздеваться…

Как я и обещал чете ван Дейков: их близость я не описываю.

Но тогда до близости дело и не дошло. Всё закончилось, не успев начаться. Вилхелм вдруг скривился, схватился за грудь. Он согнулся, а потом завалился на бок.

Сердечный приступ.

Сера едва успела застегнуть ему брюки, да набросить на своё обнажённое тело алую мантию служителя культа. В таком виде и выскочила из кабинета, чтобы позвать на помощь.

Не буду тянуть и заставлять волноваться – Вилхелма спасли. Зачастую люди гибнут, так и не дождавшись врачей, а в госпитале и врачей, и оборудования, и лекарств более чем достаточно. Хоть в чём-то повезло.

3

Нет, я не мог не навестить Вилхелма! Один из ключевых персонажей "Царства Георга Хокберга". С его помощью я показываю, ради чего вообще все эти люди сражаются. Как я мог его оставить без поддержки?

Когда я пришёл, Вилхелм ещё спал. После операции на сердце он выглядел неважно, морщины прорезались сильнее прежнего, но, могу поспорить, Сера обязательно приведёт его в порядок. Внешний вид мужа заботил Серу, наверное, даже сильнее, чем самого Вилхелма.

Я смиренно ждал, сидя рядом с его кроватью, и делал заметки будущей почти правдивой статьи относительно участия Саламандр в кампании на Хелге-Воланте, когда Вилхелм очнулся. Он осмотрелся, заметил меня, спросил:

– Агнец?! Что… что случилось?

– Никаких предположений?

Он медленно – едва шевелил руками – прикоснулся к груди к тому месту, где теперь стучало искусственное сердце. С такой женой, как Сера, Вилхелм мог стать ещё одним долгожителем без всякого омоложения.

– Последнее, что помню, – меня словно ножом ударили, – проговорил Вилхелм.

Я усмехнулся и сказал:

– Некогда ты мог только мечтать о такой смерти. Лучше только во время оргии.

Вилхелм поморщился, отмахнулся и процедил:

– Да ну тебя... Нельзя мне умирать. У меня дети маленькие.

– Дети?

– Проклятье, Агнец, – Вилхелм вздохнул. – Ты ко всему так цепляешься?

Я улыбнулся и ответил:

– Профессиональная привычка.

Мы помолчали немного, а потом Вилхелм всё-таки объяснил:

– Незадолго до… хм… ну, ты понял, мы взяли под опеку ещё одного ребёнка. Девочка, совсем маленькая, и года нет. Ещё не все документы оформлены.

Я дотронулся ему до плеча и сказал:

– Большое дело. Горжусь! Дети не должны оставаться без родителей.

В этот момент на меня сзади коршуном налетела Сера:

– Почему не предупредили?! – Она перевела внимание на мужа: – Любимый!

Сера встала между нами, а потом осторожно обняла Вилхелма, стараясь не сорвать все датчики, а также трубки, по которым в тело Вилхелма подавались полезные вещества.

– Ну вот, – сказал Вилхелм, улыбаясь так, насколько он в таком состоянии мог улыбаться, – теперь, наверное, думаешь, что зря за старика вышла.

– Не говори глупостей, – отозвалась Сера.

Последняя чувственная встряска была такой сильной, что на этот раз она даже не заплакала. Отстранилась, а потом поцеловала супруга в щёку. Отступила на пару шагов и спросила его:

– Как ты себя чувствуешь?

– Пока стоит отложить то, на чём мы остановились.

Сера вздохнула, прищурилась, упёрла руки в бока, но одновременно с этим её щёки зарумянились. Она проговорила:

– Надо скорее проверить твои имплантаты. Шутить вздумал! – Она перевела взгляд на меня и сказала: – Пожалуй, вам лучше прийти чуть погодя. Мы сейчас Виллинетто перевезём в другое место.

Я кивнул, развёл руками, а Вилхелм бросил мне напоследок:

– Агнец, окажи услугу.

– Конечно.

– Сходи к Ийдане. Скажи, что Урану нужна помощь.

4

Сера кормила ребёнка с ложечки, когда раздался стук в дверь. Она оставила Урана сонно возить столовым прибором по тарелке с кашей, а сама отправилась встретить гостей. Она вздрогнула перед тем, как отворить, – не совсем хорошо понимала, как же себя вести в подобном случае. Я это предвидел, а поэтому сопровождал Ийдану.

На пороге Сера увидела девочку-подростка в кожаной одежде, украшенной костяными крючками и алыми лентами. Глаза узкие, волосы тёмные, в них белые перья. Кожа бледная, сквозь просвечивали венозные сеточки. Ийдана ещё не выплатила кровавый долг, и нечистый неустанно ей об этом напоминал, что, конечно, Сере знать определённо не стоило.

Ийдана улыбнулась и помахала Сере рукой. Я тоже так сделал. Сера произнесла: