На месте.

Во рту дымящаяся сигарета, в одной руке пустой пивной бокал, в другой рукоятка барного крана. Марио передал несколько полных бокалов официантке, а потом перевёл взгляд на старого друга и спросил спустя пару секунд изучения кислой физиономии:

– Так… с почином? Жена впервые из дома выгнала?

Вилхелм приподнял бровь и отозвался:

– Да откуда ты, чёрт побери, знаешь?!

Вместо ответа Марио только посмеялся беззлобно. Он убрал окурок в пепельницу, наполнил пивом бокалы ещё и себе с Вилхелмом.

– Ну… – проговорил Марио, – за примирение. Мне кажется, она у тебя не способна долго злиться.

Вилхелм кивнул, они столкнули бокалы. После пары глотков прохладного напитка с лёгким привкусом жжёного сахара Вилхелм сказал:

– Уже завтра в обеденный перерыв возьму букет и пойду сдаваться.

– Удачи. – Марио салютовал ему. – Всё у вас будет хорошо. Люди замечательные, при деньгах, с будущим. Плодитесь и размножайтесь, как говорится. Ссоры неизбежны, но они – ерунда.

– Спасибо.

Они почти закончили с пивом, когда Марио проговорил:

– Не знаю, хочешь ты это слушать или нет, но я тут вспомнил, как моя семейная жизнь начиналась…

– Да говори, конечно, кто тебе запретит?

– Ну, короче… жили мы в общей каюте с тремя другими парочками, – начал Марио.

Он усмехнулся, а потом продолжил:

– И это нам ещё повезло – свободные места в каюте были, могли ещё кого-нибудь подселить! – Марио сделал короткую паузу. – Сам понимаешь – ночью соседи храпят, пердят, кто-то с вахты возвращается, другой из кабака. И этот чудак у двери ковыряется, открыть не может, потом с бабой своей ругается, что пьяным пришёл. Она вполголоса. Он на полную мощность! А у меня жена на сносях. Ох… какие она мне истерики закатывала!

Вилхелм позволил себе ухмылку. Марио же добавил:

– Я тогда на других баб засматриваться начал. И не на сиськи или жопу, а как они со своими мужиками обращаются. Ну да ладно… – он махнул рукой, – как-то пережили этап.

Марио снова наполнил бокалы, а потом сказал:

– Я к чему это вообще. У вас с Серой наверняка нянька есть, домработница, кормилица какая-нибудь, отдельное жилье, все условия. Не может у вас не получиться!

– Да что ты всё про нас, да про нас? – Вилхелм руками всплеснул. – Как сам?

– Вашими молитвами. – Марио отпил немного пива, открыл было рот, закрыл, но потом всё же не выдержал и произнёс: – Кстати, продаю бар.

– Чего? – Вилхелм нахмурился.

– Ты бы знал, сколько стоит детей выучить! – Марио вздохнул. – Первого с горем пополам поддерживаем, но скоро второму поступать!

– Ну ты даёшь, мог бы занять. – Вилхелм развёл руками.

– Да я у кого только ни занимал! У меня же сынок не где-нибудь, а в той же академии учится, где и дочурка капитана!

– Нихера себе ты мне такое рассказываешь…

– Ха! Можно подумать, ты часто заходишь последнее время.

– Твоя правда.

– В общем, ещё я решил снова в наёмники податься… – добавил Марио тише, к концу фразы словно бы даже переживая о том, что поднял тему.

Вилхелм пристально посмотрел на товарища, а потом произнёс:

– С ума сошёл?

– Что?! – Марио взмахнул аугметической рукой. – Капитан большие деньги предлагает офицерам! Мне так вообще грозится лейтенанта дать!

– Так ты же им никогда не был!

– Зато у меня опыт!

Вилхелм вздохнул и даже немного отодвинулся от стойки. Марио же жестом велел одному из работников с кухни занять его место, чтобы обслужить клиентов. Вилхелм протёр лицо ладонями, а потом сказал:

– Не потянешь.

– Потяну!

– Здоровье уже не то, реакция…

– Эрекция, бля! – перебил Марио. – Не знаю, зачем тебе всё это рассказал.

Вилхелм посидел ещё некоторое время молча, а потом сказал:

– Если что, я помогу Хелен…

– Поддержал так поддержал! Умеешь!

– У тебя ещё есть возможность отказаться.

Вилхелм до полуночи по корабельному времени пытался переубедить Марио, но тщетно. Он понадеялся только на то, что выяснения отношений с супругой пройдут полегче.

2

С утра Вилхелм постарался выложиться на все сто – подобрал хвосты так, чтобы никто его не хватился после обеда. Передал дела заместителю, а сам направился в кондитерскую, порадовать любимую сладкоежку. На этом Вилхелм не остановился, а приобрёл ещё и букет цветов в оранжерее. И то, и другое, может быть, на планетах стоит не так дорого, а на борту космического корабля – роскошь.

Вилхелм добрался до нужной палубы и вошёл в самое крупное отделение корабельного госпиталя, где и находился кабинет Серы. Пропустили его без лишних проверок и записей в журнал посетителей, – знали в лицо. Вилхелм счёл это добрым знаком. По крайней мере, Сера не велела его останавливать.

Долго искать супругу не пришлось, – вместе с группой дежурных врачей и медсестёр Сера осматривала пациента, изучала карту.

– Попробуйте медикапт, – посоветовала Сера. – Производитель клялся, что превосходит куэнтел-99.

– Хм… – врач, который стоял рядом с кроватью со спящим пациентом, обхватил подбородок, – не испытывали ещё. Страшновато.

– Вот и испытаем. – Сера заметила Вилхелма, вздрогнула, но только лишь плечи расправила и постаралась изобразить его каменную физиономию, хотя получилось не так чтобы хорошо. – Под мою ответственность. Медикапт у нас на складе не для красоты.

В конце голос предательски дрогнул, и в дальнейшем Сера ограничивалась жестами и односложными замечаниями. От коллег изменение в поведении не скрылось. Они посмотрели на Серу, потом на Вилхелма, но и слова поперёк не сказали, – себе дороже лезть в чужие отношения.

Вилхелм же никуда не спешил. Вообще отвлёкся на другого пациента. Неподалёку с койки поднялся Жерар Лабранш.

Со времён тяжелейшего ранения прошёл уже почти год, но вряд ли когда Жерар полностью восстановится. И дело даже не в протезировании, – подобные операции здешние медики умели делать хорошо задолго до того, как в команде появилась Сера.

Жерар опёрся на парные трости и таким образом добрался до носилок, которые удерживали его братья по культу. Ему не удалось скрыть величайшего облегчения, когда, наконец, удалось принять горизонтальное положение. Перелом тазовых костей – что-то вроде травмы коленного сустава. Гнусная предательская штука.

– Святой, – произнёс Вилхелм и поклонился.

Жерар только лишь поморщился, сотворил знамение аквилы, а потом бросил культистам устало:

– Пошли.

Вилхелм проводил взглядом троицу и вздохнул. Далеко не все уцелевшие рады тому, что уцелели. Некоторые обречены на муки до конца жизни.

В этот миг Вилхелма взяли за локоть. Сера тоже бросила:

– Пошли.

Через минуту они оказались в месте, которое одним видом олицетворяло выражение "творческий беспорядок".

Горы книг, папок с документами, пиктов, результатов анализов. Всё это лежало не только на столах или шкафах, но и на полу тоже. Самое важное зажато в серворуках или в металлических щупальцах. Эти устройства тянулись откуда-то из-под потолка и тут же рванули к хозяйке так, что пришлось отмахиваться.

В кабинете стояла беговая дорожка с полуразобранным человекоподобным роботом. По меньшей мере, ещё пара подобных конструктов занимала место у испытательных стендов, ожидая, когда к ним привинтят что-нибудь новое для полного комплекта. Отдельные искусственные части тел ждали своего часа на верстаках или же вовсе служили в качестве пресс-папье.

Вилхелм и шага сделать не успел, как задел бумажную горку, и документы устелили пол. Сера никак не отреагировала на неловкость. Она заперла дверь, да так и стояла, словно бы боялась повернуться к мужу.