"Хищник" дал ещё один залп, и если первый снаряд поразил корпус фабрики чуть дальше по улице, то второй поднял гроздья камней, брусчатки и земли в нескольких метрах от штурмовой группы. Один из боевых братьев упал, посечённый осколками. Слава Богу-Императору, легко отделался, – доспехи выдержали испытание. С такой защитой главное – не получить прямое попадание.

Авраам поднял брата на ноги, а потом вместе с ним преодолел пару десятков метров, благодаря прыжковому ранцу. Высоко не поднялись – перегруз – но зато быстро ушли из области поражения.

Десантники нырнули в пролом, образованный во время штурма здания, и Авраам тут же связался с наёмниками:

– Кто здесь командует?

– Сержант Рёд! – выпалила предводительница наёмников сквозь шум помех, шипение лазерного ружья и стрекот тяжёлого стаббера.

– Это Авраам, Пустынные Странники. Зашли с юго-запада. Сейчас сюда же прибудут противники: танк, БТР, до отделения десантников.

– Храни нас Бог-Император…

– Держитесь, сержант, будет жарко.

"Хищник" начал работать по общежитию так, словно хотел закопать его защитников под обломками. Не самая плохая идея, когда имеешь дело с космическими десантниками.

Коридоры и комнатки были до того тесные и узкие, что Странники сносили дверные косяки, сдирали со стен обои и краску, дробили углы. Когда сверху посыпался не только песок, а начали валиться обломки перекрытия, Авраам не выдержал и выломал стену на улицу.

Нужны было действовать, так как еретики явно не испытывали нехватки боеприпасов. А пока Странники выбирались из разваливающегося здания, Авраам связался с Назаром:

– Нужна картинка. Живо.

Благодаря контролируемой тяге двигателя, "Громовой ястреб" мог не просто летать, развивая невероятную скорость, но и медленно парить в нескольких метрах от земли. Назар спрятал машину за позициями солдат Хокберга, но по приказу командира выглянул из-за укрытия. Он передал запись со шлема, и Авраам увидел, что "Хищник" не стоит на месте. Танк стрелял, на время перезарядки прятался за угол соседнего здания, а потом снова выезжал для ведения огня. "Носорог" же остановился чуть дальше. Боец у закреплённого наверху стационарного болтера прикрывал тыл "Хищника", чтобы никакой хитрец не налетел сверху во время затяжного прыжка. Вражеские же десантники тем временем подбирались к руинам и вот-вот зайдут во фланг наёмникам.

– Сучьи дети… – только и проговорил Авраам, а потом связался с компанейской артиллерией: – Алонсо, это Авраам, передаю координаты.

– Снарядов нет, господин.

– Да как?!

– Херачим, как проклятые, – ответил лейтенант Алонсо, – вот и кончились. Будут минут через пятнадцать-двадцать, а пока могу насыпать с миномётов-восьмидесяток.

Авраам только зубами проскрипел и оборвал связь. Противопехотные мины посекут кого угодно, но только не десантников с танками.

Авраам переключился на волну "Громового ястреба":

– Придётся рискнуть машиной. Только на тебя и надеемся, Назар.

Авраам повернулся к другим десантникам и произнёс:

– Готовьтесь.

– Всегда, – отозвался Барух и взвёл цепной топор.

– За мной.

Пламя вырвалось из сопла, и Авраам в одно мгновение достиг крыши пятиэтажного здания. Он уцепился за карниз, подтянулся и перебросил ноги. Вслед за ним подобный манёвр совершили и остальные члены штурмовой группы.

Там на крыше произошла неожиданная встреча, – Авраам едва не столкнулся с вражеским сервочерепом.

Почему именно вражеским?

Ну, свой бы не полетел в сторону, словно взломщик, которого застали на месте преступления. Однако крохотное устройство не скрылось из виду, – меткий выстрел из болтера, и оно превратилось в кучку костяного крошева и искрящейся электроники.

На ум пришла нехорошая мысль о том, что еретики всё видят, и уже готовы отражать атаку, однако времени что-то менять не оставалось.

В это мгновение над полем боя завис "Громовой ястреб", заливая площадь под собой реактивными снарядами тяжёлых болтеров. Вражеские десантники готовились к атаке с воздуха, но явно не к такой. Пара предателей не успела спрятаться в укрытие и рухнула изрешечённая. Именно в этот момент Авраам выкрикнул:

– В бой! Кровь и золото!

Еретики сосредоточили огонь на челноке и даже разнесли одну турбину на правом крыле, но дали штурмовикам время, чтобы ударить.

Авраам спикировал в воронку, откуда отстреливалась пара гедонистариев. Одного Авраам сбил с ног при приземлении, а другому чиркнул остриём силового меча по шлему, возможно, даже ослепил. Первый выхватил зазубренный кинжал, но не успел им воспользоваться, – Авраам опустил тяжёлый сабатон на вычурный серебряный наличник, из-под которого тут же брызнула чёрная кровь. Второй стрелял яростно, но совершенно бестолково. Болтер щёлкнул, оповещая владельца о том, что закончились снаряды и никаких шансов у него уже не осталось. Авраам вонзил меч в брюхо дезориентированного врага и резко вскинул оружие, едва не разрубив еретика на половинки. После Авраам снова взмыл в небо, чтобы понять, что происходит.

Назар посадил "Громовой ястреб" прямо посреди поля боя, – противник, конечно, мог захватить дорогой трофей, но у Назара оставалось не так много вариантов. Он берёг редкую технику. В Сецессио её не производили.

Пара штурмовиков уткнулась в землю лицами, над соплами прыжковых ранцев дрожал воздух. Авраам вывел показания доспехов, и оказалось, что один убит, другой тяжело ранен, в стазисе.

Не обманитесь! На самом деле это я долго описываю, а происходящие события длились секунды, – настолько быстры космические десантники как на стороне Империума, так и тех, кто им противостоял.

Вот и стрелок со стационарным болтером на крыше бронетранспортёра вовремя заметил Авраама и открыл по нему беспощадный огонь. Пришлось спешно менять планы. Достигнув вершины дуги, Авраам сорвался в пике не на "Хищник", а на "Носорог". Авраам занёс над головой клинок и полетел навстречу реактивной смерти.

Гроздья искр, с которыми болт-снаряды бились о доспехи. Очень даже ощутимые удары, едва не сбивающие с траектории. Пламя вокруг ствола стационарного болтера всё ближе.

Несколько мгновений удача была на стороне Авраама, но потом его ангел-хранитель устал. Пара попаданий пришлось по протезу, они сточили металл, и предплечье развалилось, – Авраам выронил меч. Потом один болт-снаряд вспорол броню на бедре чуть выше колена, но, слава Богу-Императору, тут же разорвался, превратив плоть в лохмотья.

Почему тогда "слава"?

Потому что болт-снаряд мог разорваться внутри тела, как и произошло при попадании в живот.

Внутреннее кровотечение, об органах и имплантатах в области поражения лучше не вспоминать, звон в ушах, кровавая пелена перед глазами.

Авраам приземлился на крышу бронетранспортёра, пинком отвёл ствол болтера в сторону, ударил еретику по лицу так, что едва голову не оторвал, вытащил его из люка, включил прыжковый ранец, направив сопла не вниз, а назад, а потом...

– …рат, брат… ты как?

Его вывел из забытья знакомый голос. Это был Давид. С недавних пор он исполнял в отряде роль апотекария.

Авраам, превозмогая слабость и потемнение в глазах, встал и увидел перед собой объятый пламенем "Хищник". На успевших оплавиться шипах висел труп стрелка, который так здорово его изувечил. Аврааму повезло, – "кладбищенская ограда" пронзила еретику оба сердца. Авраам оглянулся и увидел, что "Носорог" тоже горит.

Атака удалась. Но только где все остальные Странники?

Давид проследил за взглядом и ответил: