Георг произнёс:

– Ловчий…

– С ними бы я справился, – отозвался Ловчий, несмотря на смешок со стороны "маршала", – но здесь ещё несколько. Может быть, даже десяток.

"Маршал" неторопливо похлопал в ладони, а потом сказал:

– Неплохо.

Георг внезапно и сам заметил, что рыбаков вокруг стало меньше – словно бы в насмешку, на скамейках, у канатных барабанов и рядом с подвешенной на крюках рыбой остались только подозрительные личности в такой же бесформенной одежде, как и у Ловчего. И так же, как и у Ловчего, из рукавов виднелись металлические протезы, а оптические имплантаты всё сильнее отливали кровожадным багровым сиянием.

– Ловчий, отбой. Пропусти его, – приказал Георг.

Сейчас он находился в меньшинстве, но рассчитывал на то, что группа поддержки уже в пути.

– Очень жаль, – произнёс "маршал", – вы могли облегчить мне работу.

Проходя мимо Ловчего, "маршал" словно бы оступился и толкнул скитария плечом, но тот не свалился в воду – отпрыгнул назад и приземлился на проржавевший столбик прикола. Стоял и удерживал равновесие так, будто ничего и не произошло, будто бы крохотный металлический пятачок вполне подходит, чтобы отдохнуть и перевести дух.

Тем временем "Маршал" навис над Георгом и произнёс:

– Маршал Беренгарио Де…

Донёсся шёпот Мурцатто:

– Не может быть…

– …Веймариз, – продолжал маршал, – Гвардия Священной Шестерни, и я тоже рад тебя видеть, Манрикетта. Видит Бог-Машина, время к тебе отнеслось куда милосерднее.

Мурцатто отозвалась:

– Смотрю… искусственные причиндалы были только началом. Там, под оболочкой, осталось что-нибудь человеческое?

Беренгарио слегка покачнулся, металлические кулаки схватили и удавили пронёсшийся ветерок. Маршал сказал:

– Пахнет дерьмом, и внутри тоже дерьмо.

– Не ругайтесь при даме, – произнёс Георг. – К делу.

Он подошёл вплотную и посмотрел на Беренгарио снизу вверх. Беренгарио с шумом выпустил воздух из респиратора, а потом сделал шаг назад и произнёс:

– Фабрикатор-генерал решил завершить этот фарс с переодеванием. Джон Хоквуд, Моргана Форте, закупки запасных частей для корабля… ха! Мои люди, господин Хокберг, громят ваши ячейки по всей Стирии.

Георг хмыкнул, помрачнел, прикусил губу, а потом спросил:

– Следили за нами?

– Конечно! Или ты… ты, предатель, решил, что нескольких десятков лет достаточно, чтоб Шестерня всё забыла?

– Предатель?! Ну-ну… кто бы говорил. Я надеялся, что вы… другие участники Смуты уже передохли. Как всё-таки неприятно ошибаться. – Георг отвёл взгляд, вздохнул, но потом продолжил: – Что теперь?

Он сначала развёл руками, а потом протянул их вперёд, как бы говоря "на, вяжи".

– Убери свои грабли, – Беренгарио резко махнул протезом наискосок, едва не оторвав Георгу кисти.

– Что же вам тогда нужно? Или… вы что? Боитесь?

Беренгарио проскрипел металлическими зубами где-то там под маской-респиратором.

– Сделка? – предположил Георг.

– Да, фабрикатор-генерал предлагает сделку. Нам не нужна ни орбитальная бомбардировка, ни война вообще.

– А почему не попробовали подкупить капитана Де Бальбоа? – спросил Георг.

– Пробовали. Не знаю, сколько ты пообещал этому мерзавцу, но…

– Ха, – Георг ухмыльнулся. – Ничего человеческого в вас не осталось, железяки. Логика-то простая. У нас с Де Бальбоа деньги уже есть. На нашем уровне жаждешь чего-то больше.

Беренгарио издал приглушённый рокот, а потом продолжил:

– Капитан Де Бальбоа пообещал разбомбить важные для Шестерни объекты, если с твоей головы хоть волос упадёт, если тебя тотчас же не доставят на "Стервятник".

– Ах… вот, значит, как, – произнёс Георг. – Не очень-то осмотрительно с вашей стороны всё это рассказывать.

– Так что фабрикатор-генерал даёт вам, ублюдкам, невероятную возможность. Дарит жизнь! Собирайте манатки и проваливайте со Стирии!

– Во-первых, я хотел бы…

– Что?! Ещё и условия ставить будешь?!

– Во-первых, – продолжил Георг, загибая аугметические пальцы, – я жду выполнения заказов, которые сделал под именем Джон Хоквуд. Во-вторых, задержанные вами граждане Стирии со своими семьями также отправятся со мной на "Стервятник". В-третьих, правительство Стирии выплатит мне контрибуцию в размере…

Беренгарио обхватил кулак Георга, сжал и выпалил:

– Я переломаю тебе кости, мерзавец, одну за другой, только попробуй ещё раз вякнуть! Ты не в том положении, чтобы торговаться!

– А я думаю, в том, – ответил Георг.

– Сбросят твои союзники одну бомбу, другую, третью… неважно, – сказал Беренгарио. – Ты сдохнешь. Потом появятся уже наши союзники и спалят чёртов "Стервятник". Тебе это нужно?!

– Какие союзники-то?! – Георг прищурился. – Кому вы нахер нужны сейчас?! Не слыхал, что в галактике происходит?!

– У нас договора…

– Можете ими подтереться. И хватит мне уже ломать технику! – проскрежетал Георг. – У меня на безымянном пальце наперсное оружие. Сожгу нахуй.

Что-то прошипев, Беренгарио отступил. Георг же наступал:

– У меня тоже есть, что предложить фабрикатору-генералу. Интересует? Он сейчас слышит нас?

Беренгарио промолчал, но потом кивнул.

– Могу поспорить, – сказал Георг. – Что если вы кого и взяли, то точно не всех.

– И?

– Ну… я уже вложился в этих людей и не хочу терять инвестиции. Революция здесь, похоже, обречена, так что я заберу всех, кого к революции подготовил.

Беренгарио смолк. Он лишь стоял и тяжело дышал некоторое время. Спустя почти полминуты, которая в такой накалённой обстановке могла показаться вечностью, Беренгарио сказал:

– В хоре сейчас пройдёт совещание. Я передам ответ чуть погодя.

– Давай-давай, – произнёс Георг и похромал к Мурцатто.

Та встретила его словами:

– Служила с ним, когда он ещё был похож на человека. Беренгарио – дурной. Рискуешь.

– Я тоже дурной, а этот твой Беренгарио просто какой-то "передаст". Ничего он сам не решает, поэтому и проигрывает.

– Что-то не похоже на нашу победу.

Мурцатто показала на безмолвных металлических гвардейцев – единственных людей, пусть и бывших, кто до сих пор оставался на причале. Любые другие свидетели переговоров на повышенных тонах как сквозь землю провалились, и даже разгрузку парохода перенесли на неопределённый срок, лишь бы не привлекать внимания. Сервиторы с ящиками в руках застыли, как истуканы.

В этот миг Ловчий подал голос:

– Капитан, наши здесь, но никто вмешиваться не собирается. У врага подавляющее численное превосходство: пехота, кавалерия, ещё к порту движется тяжёлая техника.

– Надо думать, – отозвался Георг, – но не переживай. Сейчас всё решится.

Вернулся Беренгарио. И если при первой встрече по походке можно было сказать, что он – напористый и уверенный в себе солдат и офицер, то теперь маршал растерял весь задор.

– Ну! – окликнул его Георг.

Беренгарио с шумом выдохнул воздух и дал ответ.

2

Пиу Де Бальбоа стянул с плешивой головы аллонж, протёр лицо надушенным платком, а потом разлил амасек по снифтерам. Сгорбленный сервитор, нижняя половина тела которого была заменена гусеничным движителем, взял бокалы и передал их гостям капитана: Георгу и Аврааму. Георг развалился на диване, а вот Авраам привалился к стене между коллекционным оружием капитана Де Бальбоа. Мурцатто пить отказалась и стояла, разглядывая через толстое стекло иллюминатора родной серо-голубой мир с редкими перьями белоснежных облаков.