Так и произошло.
"Амбиция" приняла один удар по носу, – сверкающая позолотой носовая фигура стойко перенесла подобное святотатство. Другой удар пришёлся на артиллерийскую батарею. Уже ощутимее – орки выбили "Амбиции" пару зубов. Ещё один "фрегат" пролетел мимо, но в то же мгновение, уклоняясь, "Амбиция" встретилась с астероидом, который распорол днище, разгерметизировал множество отсеков и привёл к гибели нескольких сотен человек.
"Ракшас" получил на один удар меньше, но были они куда болезненнее. Тоже батарея, тоже минус два орудия. Тоже удачное уклонение от орочьего "фрегата", тоже совсем неудачная встреча с астероидом. "Ракшас" лишился мачты с чувствительным оборудованием, стал глухим и полуслепым в то время, когда связь и понимание происходящего значили если не всё, то многое.
Ответный удар эскадры Хокберга покончил, как с битыми "фрегатами", так и с "лёгкими крейсерами" орков, но своё дело те сделали. Штурмовые отряды фрибутеров высадились на корабли компании.
"Tibi gratias" тоже не избежал печальной участи. Пусть те корабли, которые отправились на таран крейсера техножрецов, развалились на раскалённые обломки куда раньше всех остальных в этой битве, но их место занял москитный флот зеленокожих: истребители, бомбардировщики и челноки со скалы.
Не считаясь с потерями, прорываясь сквозь беспощадный огонь и пальцем не тронутой системы зенитных орудий, каждую минуту теряя по десять, а то и по двадцать малых летательных аппаратов, орки появились на палубах "Tibi gratias", убивая каждого, кто встретится на пути, ломая всё, что только можно сломать. Этого у орков не отнять. Вблизи варварская природа проявляется во всей красе.
Орки воют так, что уши закладывает. После выстрелов из их пушек в воздухе столько дыма, что ничего не разобрать. Снаряды и пули способны превратить человека в кровавое облако. Железными и каменными топорами орки прорубают себе путь в породах и материалах куда прочнее. Скажете "невозможно!" Ну… вы можете так считать только до первой и, скорее всего, последней встречи с ними. Пусть орки всего лишь богомерзкие варвары, стервятники и паразиты космоса, но в схватке накоротке они – олицетворение буйства, силы и неудержимости. Именно из-за таких чудовищ человечество создало боевых роботов, киборгов и Ангелов Смерти.
И было бы здорово, если бы с орками сражались именно роботы, киборги и Ангелы Смерти, но сколько таких машин и бойцов на "Амбиции"? А сколько на "Ракшасе"?
Как и прежде, даже в эпоху Великого Крестового Похода, когда Бог-Император вместе с сыновьями-примархами вёл человечество вперёд, основную тяжесть войны несли на своих плечах обыкновенные люди из обыкновенной же плоти и крови.
2
– Всё. Связь пропала, – проговорил Нере и убрал от уха трубку вокс-станции. – Пизда нашим защитникам с "Русалки". Довыёбывались "лучшие абордажники в галактике".
Вилхелм проскрежетал зубами, посмотрел на старого боевого товарища исподлобья.
Нере же улыбался, но вымученно. Скрыть дрожь он не смог, а поэтому поспешил успокоиться хотя бы с помощью старого проверенного способа – курения. Предупредительные люмены мигали красным, но хотя бы систему пожаротушения перевели в ручной режим, чтобы не залить палубу водой из-за таких вот нервничающих бойцов. А им было, из-за чего нервничать.
Ангары с боевой техникой – это даже не вторая линия обороны против прорыва с артиллерийской палубы. Здесь собрались те, кто или вообще никогда не воевал, или такие же ветераны на пенсии, как Нере и Вилхелм.
Нере успел нагулять жирок за относительно спокойные годы, кираса по бокам не сходилась, пришлось ослаблять ремни. Вилхелм – тощий, жилистый, всё-таки поддерживал какую-никакую форму, но тоже уже не воевал долгих… семь? Восемь лет?
Короче говоря, для Вилхелма всё это было давно и неправда. Он холодел, думая о том, что его ждёт, потом вспоминал о Сере и стискивал зубы. Напоследок опять холодел и так по кругу.
Было их тут таких смелых всего сотня. Командованию уже доложили об аховой ситуации, но, как понял Вилхелм, она сейчас везде если не аховая, то тяжёлая. Орки потеряли корабли и пешком покорять просторы вселенной не хотели.
– Я вот думаю, может быть, "Василиски" подогнать? – предложил Нере.
Вилхелм хмыкнул и отозвался:
– Самоубийца что ли? Посечёт же!
Нере вздохнул. Вилхелм бы и сам не отказался от крупного калибра, но сражения на борту космических кораблей накладывали множество ограничений.
Самое мощное, что было у обороняющихся – это мультилазеры "Химер" и малокалиберные автоматические пушки. Вообще-то в ангарах десятки и сотни боевых машин, но навстречу оркам защитники "Амбиции" развернули только четыре. Между "Химер" поставили противоабордажные ограждения – невысокие барьеры, за которыми мог укрыться боец, стреляющий с колена через бойницу. Ни разу не бумага, броня толщиной с ладонь, знай себе – поливай огнём набегающих орков, но дело в том, что орки уже преодолели две оборонительные линии, куда более укреплённые.
– Скажешь что-нибудь? – спросил Нере, бросив взгляд на побледневших ополченцев.
– Нет, – ответил Вилхелм. – Враг близко.
Едва Вилхелм произнёс это, как с другой стороны раздался стук рукояток топоров и боевых молотов. Даже сквозь толщу железа пробивался излюбленный клич орков "в-а-а-а-г-х!"
– Да поможет нам Бог-Император. – Нере поцеловал нательную аквилу и убрал её под кирасу.
Он вскинул плазменное ружьё, проверил, как работает система охлаждения.
У Вилхелма тоже было нечто подобное, только не ружьё, а пистолет. В ножнах на поясе своего часа дожидался силовой меч, и Вилхелм поблагодарил Императора за то, что вернулся к фехтованию. Взяться за такое оружие без тренировок, значит отсечь себе что-нибудь жизненно важное просто из-за неловкого движения.
Зеленокожие вдруг стихли. Вилхелм счёл, что самым безумным рубакам пришлось пропустить вперёд подрывников. Вилхелм схватился за поручни, забрался на ближайшую "Химеру" и окликнул защитников:
– В укрытие!
Он сам едва успел спрятаться за башенкой боевой машины, когда грохот возвестил о том, что зеленокожие уже здесь.
– В-а-а-а-г-х! – Сквозь дым и искры в ангары хлынула зелёная волна.
Ну, то есть как "зелёная"? Орки были закованы в железо по брови, порой в рогатых шлемах или с разноцветными сквигами, которые вцепились в лысые головы. И как только силы хватало тащить такой груз?! У космических десантников в доспехи хотя бы мышечные усилители встроены, орки-фрибутеры же довольствовались примитивной, утыканной шипами и лезвиями сплошной бронёй без каких-либо двигателей, приводов и хитрой электроники. Просто много-много железа.
– Огонь! – приказал Вилхелм.
Заплясали лучи мультилазеров, загрохотали болтеры и автоматические пушки.
Смерть в удивительном многообразии отправилась навстречу зелёной волне и… лишь единицы орков пали. Многие зеленокожие полагались не только на уродливые, покрытые шипами доспехи, но и на щиты, – выломанные двери, обломки боевой техники, трупы защитников "Амбиции" и собственных соплеменников.
– Сдохните, чужаки!
Нере тоже внёс вклад в оборону. Плазменные шары, слепящие ярким белым светом, летели к оркам, испаряли щиты, испаряли крепкую шкуру, жёсткую плоть и кости, чтобы добраться до следующей жертвы и только там растерять свой убийственный пыл. Обожжённые до неузнаваемости орки падали один за другим.
От плазменного ружья пошёл пар, и Нере спрятался за барьер, размахивая оружием из стороны в сторону, словно бы рассчитывал таким образом его остудить.
