– Чего!? Год!? Ты ж, вроде, уже не под кексом! – развеселился офицер, но отошел зачем-то в сторону.

Кристал вернулась на лавку, чтобы унять боль в колене. Оно болело пуще прежнего, словно чувствуя, что скоро нужно будет снова встать и, возможно, надолго. Несколько следующих минут вообще ничего не происходило, но для Кристал они растянулись в целую вечность. Она перебрала в уме разные варианты своей дальнейшей судьбы, времени, в котором тут оказалась, в возможности попросить помощь у родственников или знакомых. «Я попрошу их найти Брода. Я знаю его фамилию. Если не поверят, скажу, что жена. Они его отыщут. Брод приедет, узнает меня и все им объяснит».

Стеклянная стенка камеры почти бесшумно отъехала, и к ней шагнул еще один офицер, выглядевший совсем молодо на фоне первого. Возможно он стоял рядом за стеной, и Кристал его не видела. А может подошел только что. Хотя сейчас уже было не важно. Этот молодой офицер дал знак рукой встать и подойти к нему спиной. Он скрепил руки жгутом и подтолкнул на выход. Кристал шагнула, споткнулась и упала из-за боли в колене. Ноги не слушались. Сказывалась почти двукратная разница в гравитации с Парпландом. Тот, кто выводил ее посмотрел на того, кто допрашивал:

– Так она ж под кексом, сэр, еще и хромоногая!? Ей надо дать обезбол, иначе не дойдет до парковки.

Тот в ответ не растерялся но парировал:

– Она мелкая и худая. Помоги ей.

Молодой не послушался, но сложил руки, выпрямился и ответил:

– Это не по уставу, сэр! Нам же запрещено касаться беженцев! … Сейчас вызову дрона.

Он отвлекся на свой обруч. Старший и не только по званию тот самый первый крупный офицер хлопнул себя по лицу и пробубнил на молодого прямо над головой у Кристал:

– Какой дрон!? Наряд еще вызови или группу захвата! Понабирают птенцов дурковатых!

С этими словами он приподнял девушку за руку, позволил ей облокотиться на свое плечо и повел к выходу. Кристал было больно ступать, а служитель порядка явно торопился. В итоге, сделав пару шагов, она снова упала. Офицер выругался и гневно сказал:

– Не прикидывайся! Рана ерундовая! … С наружи шаттл ждет! Потерпи уж немного! В последний путь отправишься в комфорте!

Он взялся за полимерный браслет, чтобы приподнять заключенную, но она внезапно уперлась и замотала головой, выражая полное нежелание подчиняться и вставать на ноги.

– Только хуже себе сделаешь!

На этих словах крупный офицер, подцепил Кристал за браслет на запястьях и попытался резко приподнять. Получилось не очень. Кристал тянулась по полу, но не вставала. Она пробовала сопротивляться, но громила-коп был неумолим. Кристал расплакалась:

– Прошу! Не надо меня в шаттл! … Пожалуйста, найдите моего мужа Брода Новена! Он вам все объяснит!

Перед ее глазами одна за одной, как через какое-то окно в магнито-шаттле, проплывали камеры с другими заключенными. Они ее молча провожали, будто в последний путь. Возможно, они говорили ей напутствующие слова, ободряли ее, а может смеялись и проклинали. Звук камеры не пропускали, а потому понять что-то лишь только по мимике и жестам было нелегко. Одно Кристал поняла правильно, ее вели туда, откуда нету возврата.

Уже у самого выхода из «учреждения» внутрь зашли двое с коробками, парень и девушка. Они заметили возню крупного главного офицера. Девушка тут же стала в весьма странную позу, упершись руками в бока, и гневно глянула на пыхтевшего мужчину.

– С ума сошли, что ли!? Если эта несчастная нищенка-беженка из Земли так что, уже и не человек!? – выпалила она.

Кристал, лежа на спине, чуть наклонила голову и глянула из-за широкой фигуры офицера на кричавшую девушку. Она была странным образом похожа на громилу, который тащил Кристал по полу: такой же нос и слегка одутловатое лицо, карие глаза, только у девушки более раскосые что ли. Черные лоснящиеся, как крыло ворона, волосы девушки были заложены к верху в виде луковицы. Нечто подобное Кристал уже видела на голове у той самой бабы-беженки в контейнере. Возле нее стоял парень плюс-минус такого же возраста. Его лица Кристал не увидела из-за пышной кучерявой шевелюры каштановых волос. Вдобавок тот стоял полу-боком к ней и держал в руках какие-то боксы. Крупный офицер прекратил тащить Кристал, покряхтел и громко пробасил:

– Яна, что ты тут забыла, а!? Разве я тебе не запретил сюда ходить со своими «бобиками»!

– Это не «бобик», а один из нашей команды! У него имя есть, между прочим! Макс! … Хотя кому я это все говорю! … Ты – живодер! Отпусти эту девушку! У нее, похоже, рана на ноге! Неужели сам не видишь!? Ей помощь нужна! Срочная!

Охранник остановился и опустил приговоренную на пол возле себя. Теперь уже Кристал лежала на спине, смотрела в потолок и «наслаждалась», похоже, семейным шоу. Краем глаза она заметила молодого офицера, который отказался тащить ее за руки, и чему сейчас, судя по выражению на лице, был несказанно рад.

– Этой беженке уже ничего не надо! Ее поймали с двумя кило кекса! … Шаттл снаружи уже ждет! Так что уйди с дороги и не мешай правосудию, а то я тебя упеку на 3-е суток, чтоб знала, как отца оскорблять!

– Дай я хотя бы рану ей обработаю, изверг!

Заступница приблизилась к Кристал, так что они смогли лучше рассмотреть друг друга. Теперь уже лицо этой Яны не казалось таким же как у офицера охраны, но каким-то милым и даже добрым. Хотя, правды ради, Кристал была страшно напугана, когда уже окончательно поняла, что ей грозит за «наркоту».

– Не надо меня в шаттл! Прошу! Эти свертки не мои вовсе! Мне их подсунули! – взмолилась Кристал, пытаясь ухватиться за комбинезон девушки, которая уже присела, чтобы осмотреть ее рану на ноге.

Яна, услышав стенания и мольбы, переключилась с ноги на лицо говорившей. Ее и без того неширокие глаза совсем сузились, превратившись в темные «черточки» на лице. Только теперь Кристал заметила, что у девушки были выщипаны брови.

– Ой! Какая ты миленькая, только худенькая и чумазая! … Совсем не похожа на беженцев с Земли! – громко сказала Яна, недобро покосившись на папу в конце фразы.

Она встала и грозно посмотрела в глаза отцу.

– Ее нельзя убивать! Она не с Земли! Неужели не видишь!?

Крупный коп покряхтел, глянул сверху в низ на лицо Кристал и буркнул:

– У меня протокол на нее. Поймана с кексами… Да они все плачут, что им подкинули!

Яна повернулась в сторону молодого офицера:

– Чинг, ты с ним заодно!? Разве не видишь, что она другая!

Тот, кого назвали Чингом, замахал руками и замотал головой:

– Что вы, мэм, у нас все в рамках закона. Мы ж люди служивые, сами знаете – витиевато ответил тот.

– А как же провести расследование!? Это же самоуправство! – завопила Яна, посматривая то на папу, то на его напарника. – А если у нее просто украли обруч!? А если ее родственники ищут!?

Оба копа на последней фразе многозначительно переглянулись. Возможно, между ними шла «высокоинтеллектуальная» мысленная беседа, в результате которой победу одержал старший по званию. Прямо над головой Кристал крупный коп тяжело вздохнул, приложил руку к лицу и замотал головой.

– Так, доча, мне твой цирк уже надоел! А ну вышла отсюда со своим бобиком! – рявкнул он на нее, указывая рукой на дверь.

– А как же завтраки заключенным? Мы, вот, с собой захватили – вмешался наконец тот самый парень, что пришел с Яной.

– А ничего страшного. Один день поголодают – резко, не поворачивая головы, ответил ему отец Яны.

Не успела Кристал обрадоваться своему спасению, как заметила грусть на лице девушки и ее спутника с коробками. Оба готовились последовать приказу крупного копа и выйти вон.

– Ладно – подытожила на ходу Яна, направляясь к двери. – Пошли, Макс, позовем хронографов, отправим жалобу в департамент.

Они уже почти дошли до двери, как услышали окрик крупного папы-копа:

– Стоп! … Назад! … Что ты хочешь, Яна!?

– Хочу правосудия! Эта девушка невиновна, пока не доказана ее вина!

– Это относится только к марсианам, дочь! А по ней не найдено никаких следов, что она отсюда!