- Рор’Шах? – с удивлением Шоорм повернулся к нему – Ты умеешь воскрешать?

- Теперь: да. – с трудом прохрипел шаман

- Ладно, поговорить после успеете. – прервал их Учитель – Сейчас-же: готовьте племя к переходу. Кровавому закату предстоит много пройти.

- Поход повлечёт за собой множество проблем… Но тебе-то до этого какое дело, да? – скривился Шоорм, и заговорил полным презрения и голосом – Что-же, о великий господин, дозволено ли мне будет узнать: куда именно ты нас отсылаешь?

- Хм?..

Тут лич поступил довольно странно: закрутил головой, словно бы в попытках сориентироваться. А по его интонации вообще казалось что он и сам не уверен в ответе.

- …Туда. – по истечении нескольких секунд, Учитель указал рукой направление – Это получается… северо-восток.

Рор’Шах смутно (ввиду своего состояния) припомнил что там поселилось племя враждебное им.

- Но там… - вторя его мыслям, попытался высказаться Шоорм

Жестом остановив все возражения, Учитель, с огромным удовольствием в голосе, торжественно произнёс:

- Пришла пора воплотить легенду Орды!

Глава 4

Глава четвёртая

Рефлексия по ушедшему

Пётр Сергеевич – или в этом мире: Ёргеср – не скрывая удовольствия слушал деловитую, но не лишённую толики помпезности речь. Вот уже несколько месяцев как он не покладая рук трудился на подхвате у Рунного Мастера. И теперь, когда он собственными руками и потом доказав что не боится работы, и серьёзно относиться к своему долгу, ему было решено оказать непомерную по меркам гномов честь. На сегодняшнюю ночь его допускали в "Залы Предков".

Ёргеср не совсем понимал ни причины такого решения, ни его значимости. Простое по своей сути кладбище – или в данном случае: усыпальница – имела для гномов на порядки большее значение, чем альтернатива из реальности. Как прямо сейчас возвещал стоящий перед ним главный Смотритель, вместе всеми своими помощниками: из всех бессмертных лишь несколько сотен было допущено до сего священного места. А ведь в Мир Арона играли миллионы.

- Я знаю что Залы священны, смотритель, но не совсем понимаю причин столь сильного трепета.

Пётр Сергеевич не видел смысла в сокрытии собственных чувств и сомнений. Он и по жизни считал что лучше напрямую задать вопрос, нежели обжечься на неправильно выстроенных догадках. А уж в игре, проведя столько времени в компании с гномами (и даже в шкуре одного) он даже думать о чём-то таком перестал. Ну не любят эти бородачи попыток хитрить и действовать окольными путями: это верный способ чтобы прийти к ссорам и обидам.

- Именно поэтому ты и должен провести там ночь. Если ты и вправду один из нас, то выйдя ты больше не будешь задаваться такими вопросами. Каждый настоящий гном глубоко уважает предков, и восхищается их достижениями. Не потому что он должен или так говорят жрецы, а потому что сам того желает. Я мог бы попытаться влезть с объяснениями, но так я сделаю только хуже. Ты должен сам это почувствовать.

Отнюдь не все из допущенных бессмертных смогли. И я и твой мастер верим в тебя. Пора заступать на службу, Ёргеср.

Пётр Сергеевич послушно кивнул, и развернувшись двинулся в конец зала: к большим и величественным каменным створкам. Он прекрасно знал насколько эта игра волшебное место. Причём не только из-за наличия магии. А потому вполне допускал, что слова Смотрителя – правда, и он действительно сможет прочувствовать эту "веру в предков".

Если же нет, и он лишь бесцельно прошляется вокруг гробов целую ночь… Что-ж: значит так тому и быть. Ёргеср сильно сомневался что отношения с Мастером, и коллегами так уж просядут в случае неудачи. Ведь его уже уважали за труд и упорство. Да и не слишком сильно Петра Сергеевича напрягало отношение к нем как к бессмертному: пока его не пытаются лишить работы, то и проблем никаких.

Но это отнюдь не значит что ему не будет обидно. Может так на него влияла игра, может возможность занять руки делом, но… Ёргесру всё-таки хотелось почувствовать себя избранным. Одним из немногих. Из миллионов допущены были лишь сотни, а "прочувствовали" и того меньше. Ему хотелось быть из их числа.

Впрочем, кое-что Ёргеср чувствовал уже сейчас – гордость. Ведь всего несколько месяцев назад, когда он растерянный и непонимающий происходящего заявился к гномам с бараном на плечах, к нему отнеслись хоть и нормально, но не скрывая своих недоверия и опаски.

***

Вывалившись из зеркала в игровую реальность, Пётр Сергеевич почти пять минут потратил в попытках сориентироваться и понять что происходит. И потом вдвое больше чтобы узнать что теперь делать. На пасторальном перелесочке у подножья горы, отсутствовали хоть какие-то ориентиры и достопримечательности. Лишь цветочки, кустики, да редкие деревья.

Система помощи тоже не особо шла на уступки, настаивая что игровой опыт должен принадлежать игроку, а она нужна для разъяснений не относящихся к нему моментов.

Не имея каких либо целей, Ёргеср решил заняться тем, чем не мог в реальности: полазить по горам. Благо в игре хрупкие кости и непослушные суставы мешать этому не будут. И занятие это увлекло его на несколько часов: аккурат до того момента как он не наткнулся на небольшой ручеёк.

Глядя на кристально чистую воду, холод от которой чувствовался даже за несколько метров, Пётр Сергеевич замер. Что-то свербило на задворках его разума, не давая покоя, Но ухватить конкретную мысль ему удалось отнюдь не сразу. Лишь секунд через десять до него дошло: он жутко хочет пить.

- Эй?! – хоть он и научился общаться с системой мысленно, в стрессовой ситуации удержаться от высказывания вслух не сумел – Что там с капсулой не так? Разве она не должна обо мне заботиться?

- Все системы работают идеально. – тут-же пришёл ответ – Ваше реальное тело в прекрасном состоянии. Желание пить не относится к жизни: ваш персонаж так-же имеет потребности.

- Ой-йой…

Ёргеср сразу-же осознал в какую проблемную ситуацию себя загнал: посреди гор, без припасов и каких либо, даже самых базовых инструментов. А ведь в перелеске внизу, он чётко помнил, что были какие-то ягоды и орешки. Но тогда ему даже в голову не пришло попытаться их собрать: он и не думал что в игре о таком нужно заботиться. А стоило бы: думать вообще иногда полезно. Вряд ли бы новичка просто так выпустили к такому количеству легкодоступной еды. В процессе сбора последней он бы наверняка либо натолкнулся на какого-нибудь гида, либо набрёл на тропинку выводящую к "людям", либо ещё что-нибудь в таком роде.

Ну, спускаться теперь было бы глупо: неужели он столько сил и времени потратил зря? Вода была прямо перед ним: хоть зубы и сводило от холода, Ёргеср заставил себя напиться впрок. А что насчёт еды…

Подобрав камень поувесистее, и убедившись что тот удобно лежит в руке, гном оценивающе прищурился в сторону небольшого плато вверху. Он уже не раз замечал как из-за края периодически промелькивала белая шерсть местных обитателей. Чуть раньше он собирался обойти это место стороной: бодаться с баранами (или козами – отсюда сложно различить) на такой высоте идея не слишком здравая.

Теперь-же выбора у него особого нет: или опасная охота, или голодная смерть. Конечно помирать в игре не столь страшно, но приятного в этом, как подозревал Ёргеср, не очень много. Да и просто так сдаться и ждать конца ему совсем не прельщало. Так-что остаётся лишь уподобиться предкам, и отправиться на истинно мужское действо.

Ну да – никакого опыта, первый уровень, и только камень как оружие: куда уж брутальнее?

О том чем он будет разделывать добычу, и как готовить, при условии отсутствия не то что розжига, но даже топлива для костра, Пётр Сергеевич предпочёл обдумать позже. Ведь проблемы эти станут актуальными лишь в случае его выживания.

***

Как вскоре выяснилось, Ёргеср сильно недооценил собственные возможности, и игровые условности. Хорошие выносливость и запас здоровья, практически гарантировали ему отсутствие каких-либо негативных последствий, кроме небольших синяков. По словам системы переломы, кровоточащие раны, и прочие "травмы", вешаются на персонажа обычно лишь при критических повреждениях, или с помощью особых способностей. Последними обычные бараны похвастать не могли. А криты-же…