этих поражений США вынуждены были сдать Англии всю территорию Мичигана. Зимой 1812/1813 конгресс США принял закон об увеличении армии до 57 тыс. чел., однако правящие круги оказались неспособными создать такую армию, доведя численность ее только до 19,5 тыс. чел. В течение 1813 американцы добились нек-рых успехов… Наряду с этим в 1813 американские войска потерпели ряд поражений. Закон об увеличении армии до 62 733 (во какая точность! — С.К.) чел., принятый конгрессом США в начале 1814, также не был выполнен; удалось увеличить армию только до 38 тыс. чел.

Весной 1814, после окончания войны с Францией, Англия… перебросила в Америку новые силы. 24 авг. 1814 английский отряд (5000 чел.) после короткого боя с 7-тысячным (! — С.К.) отрядом американцев овладел столицей США — Вашингтоном; при этом англ. войска сожгли Капитолий и ряд других зданий (в том числе и Белый дом. — С.К.) Правительство с остатками войск бежало».

Вот такая вот «война» в строго энциклопедическом освещении…

Могу добавить, что еще в начале 1812 года конгресс постановлял увеличить численность армии до 25 тысяч человек, затем призвать 50 тысяч волонтеров и 100 тысяч в милицию штатов.

Как все это было «реализовано», мы знаем. И неудивительно — «война» вызвала… волну протестов в Новой Англии и штате Нью-Йорк, в Коннектикуте и Массачусетсе… Эти штаты снабжали «английских оккупантов» продовольствием. Да и не только они.

Дела в США принимали такой оборот, что могла рухнуть вся североамериканская «независимость». Ведь замыслы архитекторов — замыслами, но не всегда при всей мощи «вольных каменщиков» и финансовых баронов можно осуществить самые хитрые замыслы тогда, когда в события вовлечены массы. С ними-то тоже иногда приходится считаться!

Англия должна была, по идее, поддаться, но, проникнутая вот уж точно воспрянувшим патриотизмом после разгрома Наполеона, она направила в Штаты 14 тысяч ветеранов армии Веллингтона! И они были настроены решительно.

В боях за форт Эри в августе — сентябре 1814 года американцы потеряли 511 человек убитыми и ранеными, а англичане — 609. Немного, но все же…

И вот тут начались вещи странные…

Скажем, Вашингтон был занят 24 августа солдатами генерала Р. Росса, в ходе скоротечного сражения у Бладенсберга обратившими в бегство семь тысяч человек генерала Уиндера из милиции штатов Мэриленд и Виргиния… Белый дом превратился в черный от копоти и сажи.

Я, правда, предостерегаю читателя от восприятия погрома американской столицы как от чего-то грандиозного. Вот картина Вашингтона, нарисованная в июне 1810 года российским посланником Федором Паленом в его донесении в Петербург: «Чтобы дать представление о столице Соединенных Штатов, сообщу лишь, что на площади в 5 английских миль длиной и 3 английских мили шириной проживает самое большее 10 тыс. жителей, и жилища их очень удалены друг от друга. Внутри города еще можно охотиться на куропаток. Его положение на Потомаке великолепно, и когда-нибудь он может стать одной из самых красивых столиц мира».

Итак, утопающий в зелени Вашингтон был далеко не пустыней Гоби… Но, как сообщает нам хорошо осведомленный «Словарь американской истории», уже утром 25 августа «непогода вынудила англичан», занявших город, «вернуться на свои корабли».

Это какие же ураганы и тайфуны должны были бушевать над тихими водами Потомака в августе, чтобы триумфаторы-победители так поспешно ретировались?

Н-да-а-а…

А затем под бдительным взором «Всевидящего ока» все вообще пошло для янки как по — то ли маслу, то ли масонскому замыслу.

Почему-то вышло так, что именно 13 (ну, бывает!) сентября Фрэнсис Скотт Ки вдохновился видом овеянного пороховым дымом звездно-полосатого флага над фортом Мак-Генри и создал текст будущего национального гимна.

И почему-то, всего сутки постреляв по Мак-Генри, англичане опять скоренько отступили на корабли, а через месяц уплыли на Ямайку.

И почему-то еще 8 августа в Европе, в Генте, начались мирные переговоры, завершившиеся подписанием 24 декабря 1814 года мирного договора.

И почему-то «под занавес» этой странной «войны» произошло еще одно почти неправдоподобное событие…

В Генте завершались мирные переговоры, а с Ямайки к берегам США почему-то направился английский генерал Кин (иногда в источниках указывают, как на командующего, на генерала Эдуарда Пакенхэма, но он принял командование уже потом) с армией в 7500 штыков.

Высадившись, Кин двинулся к Новому Орлеану — якобы с целью установления контроля над долиной Миссисипи. Направление не совсем понятное, но — ладно.

Так и не нагулявшийся по Канаде генерал-янки Джексон пошел на перехват Кина и Пакенхэма во главе армии из 5 тысяч штыков (впрочем, тут надо говорить не о штыках, а именно о ружьях, а почему так — сейчас объясню).

Именно в ночь на 24 декабря (какая опять-таки удивительная синхронность с событиями в Европе!) Джексон останавливает продвижение английского авангарда.

Тут командование принимает сэр Эдуард Пакенхэм, и 1 января он атакует американцев без особого успеха.

А 8 января 1815 года происходит уже сражение основных сил под Новым Орлеаном. Почему оно не изучается во всех военных академиях мира как наиболее выдающееся — я не знаю… Но в одном отношении — если верить авторитетным источникам — оно абсолютно беспрецедентно!

Повторяю: аб-со-лют-но!

Итак, 8 января Пакенхэм, дождавшись подкреплений, силами более пяти тысяч человек идет вперед. У Джексона — четыре с половиной тысячи «опытных, как сообщают источники, стрелков из Кентукки и Теннесси». Вот они — ружья против штыков!

А далее, как сообщают нам историки, под непрерывным огнем следуют две английские атаки, и наступление захлебывается после потери англичанами убитыми и ранеными более двух тысяч человек (известный словарь «Битвы мировой истории» Томаса Харботла говорит, правда, о полутора тысячах)!

Погиб и сам сэр Эдуард…

Потери же Джексона составили, если верить «Словарю американской истории», 8 (восемь) человек убитыми и 13 (тринадцать) ранеными.

Итого — двадцать один! При пусть полутора тысячах с противной стороны.

Такого соотношения потерь не достигали, наверное, даже европейские колонизаторы, вооруженные огнестрельным оружием против копий и стрел туземцев!

Можно ли в это поверить?

Конечно, масса снайперов в одном месте — это серьезно, но…

Но: 1) скорострельность их в то время была очень низкой; 2) особых укреплений у американцев под Новым Орлеаном не было и быть не могло; 3) штаты Кентукки и Теннесси — не «охотничьи» штаты и вряд ли были центрами стрелкового спорта, так что тысячи снайперов там вряд ли имелись…

Главное же…

Главное же — чепуха все это, уважаемый мой читатель! Несусветная чепуха!

Я даже не знаю, как тут все объяснять… Ну, пусть, у Джексона было несколько тысяч чудо-снайперов…

Пусть!

Но с чего при таком плотном и убийственно эффективном их огне англичане не отступили? Что — им так уж и не терпелось идти и идти волнами на верную смерть — на манер «черных» белых киноофицеров, бодро шагавших под очереди чапаевской Анки-пулеметчицы?

Что-то не верится… Ну, одна атака — куда ни шло, да и то…

Но две?

Нет, причину тут надо искать не в снайперах!

Источники сообщают, что блестящая-де победа у Нового Орлеана на исход войны не повлияла (ну, конечно, мир был решен фактически уже за месяц до того), но мощно подняла моральный дух страны и сделала Джексона национальным героем.

И вот тут, как мне кажется, и отыскивается ключ к этой самой невероятной в истории войн победе одной вооруженной силы над другой…

Я не знаю, насколько верны цифры потерь, насколько верны изложения обстоятельств битвы, но не могу найти иного рационального объяснения ее ходу и итогу, кроме подлой провокации, которую провернули «архитекторы» обеих сторон.

Зачем она понадобилась?

А вот зачем…

Ко времени экспедиции Кина — Пакенхэма мир был уже решен, и в чисто военном отношении эта экспедиция была просто бессмысленна. Но война заканчивалась без такого важного для будущего Соединенных Штатов результата, как «национальное единение» и «подъем американского духа». Развалины Вашингтона и черный, обгоревший Белый дом вряд ли могли стать вдохновляющими примерами и эпохальными символами…