Пополнение предметами артиллерийского снабжения ровненского передового запаса и киевского артиллерийского склада должно было производиться по ходатайствам начартснаба распоряжением ГАУ из внутренних округов или путем заготовления предметов в частной промышленности киевским окарту и передачи предметов из киевского арсенала и мастерских.
Вот как оценивался этот порядок в отчете генинспарта: «Указанный порядок снабжения, основанный на соблюдении установленных правил и формальностей, страдает тем главным недостатком, что вызывает громадную переписку, но он настолько налажен на Юго-Западном фронте, что при существующем устройстве тыла армий Юго-Западного фронта артиллерийское снабжение в общем проходит без особых затруднений. Обычно части войск получают требуемые ими предметы не позже как через 2–3 недели после отправки требований. Задержки происходят в тех случаях, когда требуемых предметов не оказывается в запасах складов и их приходится заказывать или получать из внутренних округов распоряжением ГАУ, а также в тех случаях, когда части войск неожиданно передвигаются в другие армии или на другой фронт по стратегическим соображениям и высланное для них имущество иногда вовсе не находит тех, к кому оно отправлено. Бывают задержки вследствие несвоевременной выдачи войскам инспекторских свидетельств или неправильного составления войсковыми частями требований, которые приходится возвращать для пересоставления».
Приводится пример: «Акт 22-го мортирного паркового дивизиона, составленный 17 марта 1915 г., засвидетельствован инаркором лишь 11 мая, требование отправлено 8 июня зачу, от которого ушло 11 и поступило 27 июня к начартснабу, 28 июня сделано распоряжение об отпуске предметов». К сожалению, нет указаний, когда же парк получил предметы, но во всяком случае почти через 4 месяца после того, как потребовал. Поэтому нельзя присоединиться к слишком снисходительной оценке этой системы, как обеспечивающей снабжение «без особых затруднений». Но нужно отметить, что даже эта система значительно упрощала порядок, установленный положением 1914 г.
Тот же отчет констатирует, что работу управления начартснаба, киевского окарту, передового запаса и киевского артиллерийского склада сильно затрудняло несоблюдение войсками указаний, изложенных в упомянутом приказе за № 335 главначснаба Юго-Западного фронта. Несмотря на эти указания, части войск продолжали обращаться с требованиями об отпуске артиллерийского имущества непосредственно в передовой запас или в киевский склад, минуя зачей, причем высылали своих приемщиков. Между тем названные учреждения не имели права отпускать предметы без распоряжения начартснаба, вследствие чего возникали излишняя переписка и задержка в отпуске. Случалось и так, что приемщик от части прибывал в тот склад, где нужных предметов не было; тогда эти предметы заказывались вновь, или требовались из другого склада, или приемщик отправлялся в другой склад. Бывали случаи возврата частями предметов, истребованных ими установленным порядком, ввиду получения их вторично приемщиками, высланными от частей непосредственно в склад. Иногда являлись на Юго-Западный фронт приемщики от войсковых частей даже Северо-Западного фронта. Наконец, нередко части войск посылали приобретать для них за деньги в частной промышленности такие предметы, как подковы, гвозди, смазочные материалы и пр., которые имелись в передовом запасе и могли бы быть им отпущены.
Все это указывало на недостаточную осведомленность войск о порядке снабжения и отчасти на некоторую нераспорядительность лиц и учреждений, ведающих снабжением, «не идущих в полной мере навстречу нуждам войск».
Громоздкая система, установленная на Юго-Западном фронте, не могла удовлетворить срочной потребности войсковых частей, — раз дело доходило до того, что части предпочитали, для избежания волокитной переписки, тратить даже свои деньги на покупку предметов, имевшихся в складах. При исследовании работы артиллерийских складов, передовых запасов, окарту и пр., достаточно были выявлены те нечеловеческие усилия, которые проявлял их состав, чтобы выполнить свой долг, а потому обвинять их в нежелании итти навстречу нуждам войск следовало с большой осторожностью.
Помимо системы, на снабжение войсковых частей всем им необходимым тяжелым гнетом ложились те обширные формирования, которые были предприняты на фронтах как по распоряжениям главковерха, так и распоряжением самих фронтов. К июлю 1915 г. на Юго-Западном фронте было произведено снабжение материальною частью вновь сформированных 46 разных батарей и 21 парка, не считая управлений бригад и дивизионов. Кроме того, формировался тяжелый дивизион из 4 батарей и предположено было формирование 12 батарей, 4 парков и т. д. Начальник штаба Юго-Западного фронта заявил генинспарту, что нужно сформировать еще 48 батарей. Отчет генинспарта по этому поводу указывает, что подобные формирования за счет запасов артиллерийского имущества на фронте «совершенно расстраивали эти запасы в ущерб пополнения артиллерийского имущества в существующих войсковых частях». Отчет рекомендовал «весьма осторожно относиться к вопросу новых формирований… и во всяком случае не допускать их без предварительного утверждения штаба главковерха». По мнению генинспарта, «правильнее было бы формирование новых войсковых частей производить за счет запасов, находящихся в ведении ГАУ» (см. первую часть).
«Во всяком случае, если предлагаемая мера неосуществима и новые формирования будут продолжаться в районах действующих армий», говорилось в отчете, то «необходимо установить, чтобы в тыловых складах армий не накапливались особые запасы в предвидении потребности новых формирований и чтобы для них отпускалось артиллерийское имущество распоряжением ГАУ, но при обязательном условии, чтобы требования фронтов об отпуска имущества для указанной надобности поступали в ГАУ со ссылкой на утверждение нового формирования штабом главковерха».
В результате отсутствия со стороны штаба главковерха общего руководства и планирования в боевом снабжении в масштабе всех действующих армий, со стороны отдельных фронтов, особенно Юго-Западного[38], проявилось стремление к накапливанию тыловых артиллерийских запасов фронта.
На Юго-Западном фронте[39] накапливание запасов производилось главным образом в предвидении потребностей для новых формирований и для пополнения утраченного имущества, а так как предусмотреть размер этих потребностей было нельзя, то и желание накопить возможно больше запасов не имело границ.
Правильного учета артиллерийского имущества, состоящего в тыловых запасах Юго-Западного фронта, не велось. В киевском артиллерийском складе распоряжением начартснаба было выделено и продолжало выделяться артиллерийское имущество на особый учет для предположенных к формированию новых артиллерийских частей. Как это имущество, так и переданное на исправление в киевский арсенал и в ремонтные мастерские, ускользало от учета, а потому не могло быть использовано своевременно там, где в нем встречалась острая неотложная надобность и подчас не на Юго-Западном, а на другом фронте.
По официальным сведениям начартснаба Юго-Западного фронта в киевском артиллерийском складе к 18 июля 1915 г. должно было состоять 69 полевых пушек обр. 1902 г., в действительности же к 27 июля их там оказалось 114 годных и 187 требующих исправления, всего 301. Если же добавить 99 пушек, находившихся в то время на исправлении в киевском арсенале и ремонтных мастерских (частью приведенных в порядок), и 14 пушек, имевшихся в ровненском передовом запасе, то общее количество пушек обр. 1902 г., состоявших в тыловых запасах Юго-Западного фронта, выражалось цифрой 414, из коих около 200 годных, из остальных же большая часть могла быть исправлена. Разница в цифрах получалась по отношению и к другим предметам артиллерийского имущества.
В киевском складе и особенно в ровненском передовом артиллерийском запасе обнаружено было излишнее накапливание некоторых предметов. Например, ровненский передовой запас был обеспечен подковами на год, тупыми шипами к ним на 18 месяцев, а гвоздями на 41 месяц.
