— Ясень, — позвал я хулигана. — Зарплата готова. Держи карман шире.

Невдалеке из бурьяна появился заспанный хулиган, а за ним Жучка, сопровождавшая корыстолюбивого посредника.

— Гляди. И Жучка Сималийская с ним, — сказал я Стихии и нахмурился. — На кой он нам? Ушли бы, и всё. Пусть бы потом искал меня по мирам.

— Во-первых, Жучка не Сималийская, а во все миры вхожая. Во-вторых, она не простая дворняжка, а особенная. Всегда чует, где может понадобиться. В-третьих, Ясень от судьбы уйти не должен. Потом всё объясню, а сейчас торгуйся, — объяснила Стихия и подтолкнула меня навстречу хулигану.

— Чем тебе оплатить собачьи услуги? — спросил я зевавшего злыдня, когда тот подошёл ближе.

— Красотка объявлялась?

Я понял, что Стихия осталась для него невидимой, и перевёл разговор в коммерческое русло.

— Объявлялась, но тебя не дождалась. Что я за Жучкины услуги должен?

— Отдай голик, и мы в расчёте, — заявил Ясень.

— Какой ещё голик? — возмутился я неслыханной наглости.

— Веник из веток так называется. Так отдашь свой ладанный веник или нет?

Я покосился на Стихию, и она кивнула.

— Это между прочим Босвеллия Бурзеровая. Прошу к деревцу со всем уважением, а то загремишь на лавку подсудимых, где пирожки над тобой смеяться будут, — разразился я поучениями, и сам того не желая протянул букет Ясеню.

Не успел моргнуть, как тот схватил волшебные прутики, взлетел, да и был таков, а я остался стоять и растерянно моргать.

— Что теперь? Догонять его? — спросил у Стихии.

— Нельзя. Это его судьба, а ты всего лишь катализатор событий, которые выпадут этому колдуну-посреднику, — объяснила она непонятные для меня вещи.

— Я же не хотел отдавать, — посетовал я, ужаснувшись тому, что натворил.

— Разницы нет. Хотел, не хотел. Он своего добился. Ты его больше не должен увидеть. Он теперь начнёт метаться по молодым мирам в поисках приключений. И всё по корыстной части. Потом, конечно, поумнеет и, в конце концов, окажется в двадцатых годах этого века в… Твоём мире. Это он на смертном одре будет силу передавать Угоднику. Видишь, что ты натворил? — закончила поучать Стихия и рассмеялась, как девчушка.

— Что я наделал! — оглушило меня, как от взрыва.

— Что было, то и будет. Что будет, то и было. Не волнуйся. Пора тебе к Настиному Димке, — напомнила Стихия о неоконченном бедовом деле.

— Можешь пару раз раздвоить монетку? Мне нужно прожить тут некоторое время, — попросил я показать фокус с приумножением капитала.

— Сам справишься. Разок напомню, а потом сколько захочешь, столько настрогаешь. Для этого тебе фляжку набрала. А одиннадцатый скоро домой отбудет. Сложно десятерым мальчишкам сразу двоих подменять. Вот Угодник и выторговал такое соглашение. Так что, давай монетку, — закончила Стихия лекцию с очередными нешуточными для меня новостями.

Я протянул серебряный рублик, она зажала его в кулачок и начала удвоение.

— Мир Сималий. С твоего разрешения, с моего прошения, позволь удвоить эту из серебра монету, — торжественно попросила Стихия и начала уже знакомый фокус.

Она второй рукой крепко обняла кулак с монеткой и затрясла руками так быстро, что мои глаза не поспевали за мельканием воедино слившихся рук. Секунда, другая, и она раздёрнула руки, после чего протянула мне по три монетки на каждой ладошке.

— Ого, — удивилась она, когда увидела, что натворила. — Это Сималий, а не я.

— Понятно, — рассмеялся я. — Складно попросила, он и расстарался.

— Забирай капитал и мчись в Кристалл! — скомандовала Стихия и растворилась в воздухе.

— А в щёчку? — напомнил я и через мгновение почувствовал на левой щеке поцелуй.

«Ну, тётка-красотка. Ну, женщина. Хоть в каком возрасте ни появится, всё одно в краску вгонит», — подумал я тепло и нежно о своей названой сестрёнке Акварии.

— Сималий, мир добрый и щедрый. Спасибо за соседские денежки. Перенеси меня, пожалуйста, ближе к Черёмушкам, а там закинь в Кристалию, — поблагодарил я мир и воспарил над всеми, пока неосознанными событиями, держа курс на далёкие пятиэтажки, которые в этом мире виднелись за многие километры кубанской земли.

Глава 13. Мужские хлопоты

По приземлению меня, как и положено, осыпало молниями, и я сначала пошагал, а потом заговорил с хозяйкой.

— Кристалия, пора, красавица, проснись. Скоро Угодник вернёт Настю домой. А я… А я ещё недельку у тебя поживу. Может, немногим больше. Заодно ума наберусь, уважения к разнице между тобой и Скефием. Собираюсь, по крайней мере, а что получится, посмотрим, — без тени иронии пообещал я и первым делом пошагал в магазин на Анапскую.

«Чем тут универмаги богаты? У меня есть крупинки Димке на ботинки. Складно и ладно. А варёная колбаса здесь водится? Она-то без холода не выживет ни в универмаге, ни в квартире», — грезил я о первых покупках, не требовавших хранения в холодильнике.

Когда приблизился ко входу в универмаг, который так и назывался «На Анапской», неожиданно увидел слева от дверей ряды полинявших вывесок с расписанием его работы.

Первая гласила: «Будни: Утро с 06:00 до 08:00. Техчасы с 08:00 до 16:00. Вечер с 16:00 до 20:00». Чуть правее продолжалось:«Выходные и праздники: с 06:00 до 20:00. Женщинам “в заботе”: ежедневно с 06:00 до 20:00». На третьей, совсем уж нелепой, была специальная надпись для мужчин: «Мужчины “в заботе” без справок ДОМКОМа НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины в отгулах и отпусках без справок с места работы НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины без талонов СОЦОБЕСа НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины на больничном листе и инвалидности без медицинских заключений НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины-пенсионеры, имеющие при себе соответствующие удостоверения, приравниваются к мужчинам “в заботе”».

После увиденного, моментально передумал затариваться продуктами и почти уже отвернулся, чтобы улетучиться в сторону Александра-одиннадцатого и Димки, но увидел следующую вывеску, и отнюдь не с рекламой товара.

Надпись не просто удивляла, а пугала до колик в животе: «За нарушение режима работы Универмага штраф до пяти серрублей или общественно полезный труд до семи рабочих дней в местах, указанных председателем РайЖМС».

— Бежать отсюда нужно. И чем быстрей, тем дальше, — скомандовал себе и почти прошмыгнул за угол магазина, но услышал за спиной строгий женский окрик и замер на месте:

— Мужчина, вы в заботе, или как?

— Я справку дома забыл, — соврал первое, что взбрело на ум. — Сейчас за ней сбегаю и сразу обратно.

— Вам лучше на рынок. Там цены повыше, зато ждать до вечера не нужно, — посоветовал строгий голос.

— Спасибо, — сказал я суровому, но слава Богу, доброму голосу и поспешил домой.

* * *

«Сходил за хлебушком, — утонул в тревожных мыслях. — Понятно, почему прохожих по пальцам пересчитать можно. Они же целыми днями все на работе. Думал людей не хватает, а здесь элементарного равноправия не хватает. Быстрее бы домой в Скефий. Там все равны. Или нет?.. По крайней мере, таких вывесок нигде не бывает».

Добежал до двери с номером квартиры и постучался, как можно тише, соблюдая конспирацию.

— Кто там? — спросил детский голос.

— Открывай, Димка. Я спровадил твою ненастоящую мамку, — чуть ли не шёпотом попросил ребёнка.

Замок щёлкнул, я ввалился в квартиру и дрожавшими руками запер дверь, а вот отойти от неё ещё долго не решался: прислушивался к звукам на площадке и лестнице.

— Что-то случилось? — спросил мальчишка и наивно поморгал глазёнками.

— Что могло случиться? — приободрился я, и, наконец, отошёл от входной двери. — Где мой брат, по имени Кондрат?

— На базар ушёл. За витаминами для мамки, — доложил ребёнок.

— Она что, уже приехала? — удивился я и уже успел нарисовать в воображении радостные картины возвращения Насти.

— Дядька какой-то приходил и сказал ему, что мамке витамины нужны. Вот он и ушёл с ним, — рассказал подопечный, прямо как старичок.