Он отодвинул стальные скрепы, в которых, как в оправе, поблескивала тройка обсидиановых пластин. Это были лезвия для небольших ножей, сложенные одно к одному, как лепестки цветка. Некромант осторожно повернул их, и они встали острыми гранями вверх.

- Гваль тэ ну вегел, - пробормотал он и легко провёл ладонью по лезвиям. Брызнула тёмная кровь, окропив переплёт. Не обращая внимания на порезы, маг поднял книгу раненой рукой и сделал странный жест. Книга вытекла туманом из его пальцев, как будто её и не было. Нецис подставил располосованную ладонь тёмному небу, и только теперь Фрисс разглядел крохотный разрыв в тучах – из его на лес глядела багровая звезда.

- Тут нет ничего опасного, Фрисс, - Некроманта явно смущал пристальный взгляд Речника. – Я отправил послание одному… существу. Дружелюбным его не назовёшь, но если кто и знает, что сейчас творится в доме Джилана, то это оно и ему подобные. Оно живёт там, Фрисс. И оно точно может сказать, кто принёс Джилану жертву, и где этот несчастный сейчас. Если повезёт, и оно ответит, то я смогу его найти. Да, наверное, это нужно сделать… до конца я не уверен, но…

Маг пожал плечами и плюнул на ладонь, вытирая присохшую кровь. Порезы уже затянулись, оставив тонкие белые шрамы.

- Когда ты пойдёшь искать убийцу, я пойду с тобой, - твёрдо сказал Речник. – Такие вещи не должны происходить, а таким людям в этом мире не место. А ещё лучше – скажи стражам Шайина, где им искать этого преступника. Они будут рады.

- Не уверен, - пробормотал Некромант и растянулся на спине Гелина, закутавшись в плащ. – Поздно уже, Фрисс. Ложись. Я посторожу.

- Разбуди меня через два Акена, - кивнул Речник и уткнулся лицом в бок Алсага. Кот давно спал, дёргая хвостом и шевеля ушами во сне. Наверное, он тоже слышал, как пронзительно пищат летучие мыши.

Утро встретило Фрисса туманом, вялым колыханием тёплого, не остывшего за ночь воздуха, немелодичными воплями каких-то птиц в ветвях папоротников и шумом крыльев мегина. Гигантская мышь промчалась над лесом, на мгновение замерла над дорогой и улетела прочь.

Гелин неспешной трусцой бежал дальше. Насыпь поднималась всё выше над болотистым лесом, путники всходили на пологий холм, всё чаще попадались следы вырубок, папоротники со срезанными мясистыми верхушками, выкорчеванный с корнями пурпурный холг. Нецис, не обращая внимания на тряску, рылся в своих вещах и звенел монетами.

- Та-а… Не так много, как мне казалось, - вздохнул он, закончив подсчёты. – Должно хватить, но в обрез. Но без Зеркала Владыки Мёртвых мы точно никуда не уедем. Не случись этого жертвоприношения, и будь я один, я бы рискнул пройти без амулета, но теперь, вчетвером… Так рисковать нельзя.

- Если не хватит, я добавлю, - пообещал Речник. – Это зеркало не даст Джилану нас сожрать? Не хотел бы я сражаться с богом…

- Если повезёт, оно нас скроет, - отозвался Нецис, думая уже о чём-то своём. Он рассматривал шрамы на ладони и прикидывал что-то в уме. Книгу с лезвиями Фрисс больше не видел – похоже, она потерялась в тумане.

Дорога резко выгнулась на краю обширной вырубки, вильнула ещё раз – и путники оказались на плоской вершине холма, и между ними и мрачными стенами Шайина оставалось шагов пятьдесят, не больше. Чёрная крепость выступила из тумана и зелёных пятен – и показалась Фриссу развалинами, не так давно отчищенными от земли и мха.

Много локтей чёрного базальта, глыбы, украшенные глубоко прорезанным узором из угловатых спиралей и звёзд с кривыми лучами, восьмигранные башни с едва намеченными ступенями-ярусами и едва заметными щелями бойниц… Местами в стене зияли проломы, заложенные стеблями Чилонка, а листья тростника стали навесом над стеной. Ворота – грубо вырезанная из камня звериная голова с разинутой пастью – были частично прикрыты тростниковой решёткой. Ни одного строения по эту сторону стены не было, ни один житель не попался путникам навстречу, только стражники в рыжей броне пролетели над стеной на летучих мышах и умчались дальше, к южной окраине. Фрисс вытряхнул из шлема чью-то икру – он не знал, когда она успела туда попасть – вытер его насухо и надел.

- Мир вам! – сказал Речник, высмотрев в тени ворот силуэты в рыжей броне. Рыжими были не только доспехи, но и волосы. Десятеро стражников-хольчей медленно и неохотно отвели в сторону копья. Командир отряда сверлил взглядом Некроманта, не обращая внимания на Речника.

- Я из Нэйна, - Нецис показал пустые ладони. – Приехал за амулетами. У вас, в Шайине, хорошие мастера…

- Ты вроде бы не с востока, - протянул хольча. – У тебя белое лицо, как у мертвеца. Я думаю, ты говоришь правду. Но вот Некромантия…

- Я приехал торговать, а не колдовать, - Нецис коснулся груди согнутыми пальцами.

- Мы – мирные путники, - сказал Речник и показал стражнику пластину-пропуск. – И я ручаюсь, что ничего плохого мы сюда не везём. А если кто-то захочет навредить вам, мы за вас вступимся.

Надежду в Речника вселяло то, что ни одного «изумрудника» или воина из Ордена Цу под воротами не было, и на стене он их тоже не углядел.

- Хороший знак, - стражник протянул руку к пластине – и тут же отдёрнул и схватился за меч.

Фрисс, выронив от неожиданности пропуск, успел выхватить лишь один клинок – и удар, принятый им, был так силён, что Речник еле удержал рукоять двумя руками. Красные искры брызнули ему в лицо, рядом взвыл Алсаг и с размаху ударил кого-то когтистой лапой.

- Та’гайя!!! – взревел предводитель отряда, что-то тяжёлое прокатилось по боку Гелина и свалилось на землю. Фрисс, уже с двумя мечами в руках, кое-как проморгался и увидел под воротами пару стражников, удерживающих за руки хольчу, одетого в тяжёлый неуклюжий панцирь из бугристой шкуры. Шлем из человечьего черепа, украшенный перьями, свалился с его головы и остался висеть на ремешке за спиной. На земле валялась длинная плоская палица, утыканная чёрными лезвиями и слегка обгоревшая от столкновения с мечом Речника. Ещё двое хольчей, одетых и вооружённых так же, переминались с ноги на ногу в плотном кольце стражи.

- Та’гайя! Совсем с ума слетел?! – предводитель отряда повернулся к вырывающемуся хольче. Тот сверкнул глазами. В его броне зияли глубокие прорези от когтей Алсага, костяной наплечник, принявший на себя самый сильный удар, треснул и покосился.

- Нерси! – хольча взглянул на Некроманта, скривился и попытался вырваться из рук стражи. – Мхар’ча, убийца из гнилых болот! Убить его и его прихвостней! Куда ты смотришь, Та’цийну?! Почему он ещё жив?!

На помощь двоим стражникам пришёл третий, и они оттащили упирающегося Та’гайю за ворота. Двое соратников Та’гайи, опасливо оглядываясь, пошли следом.

- Та’гайя, протри глаза, - досадливо поморщился хольча-стражник. – Это не Нерси. Он из северных земель, там Змею-с-Щупальцами не поклоняются. Если вы, Та’накаси, ещё раз нападёте на мирных путников, мы посадим вас на привязь.

- Все они – Нерси, все они – упыри! – Та’гайя уже не упирался, но воины держали его крепко, опасаясь подвоха. – Ты, мхар’ча, слушай меня! Я – Та’гайя Та’накаси. Эти дурни – Та’цийну, им нет дела до нашей беды, и они впустят в город кого угодно. Но мы, Та’накаси, будем следить за тобой, и если ты хоть словом, хоть взглядом…

- Довольно, Та’гайя, - нахмурился предводитель. – Та’накаси! Отведите его домой и проследите, чтобы он там и сидел. Да, странники, не такая встреча ждала в Шайине чужеземцев ещё неделю назад. Совсем не такая. Ты не ранен, воин?

- Нет, - покачал головой Фрисс, покосившись на Нециса. Тот смотрел поверх голов куда-то вдаль и медленно разжимал пальцы, с силой вцепившиеся в луку седла.

- Они из рода Та’накаси? Это их сородич недавно погиб в лесу? – спросил Речник, убирая мечи в ножны. Хольча протянул ему оброненный пропуск.

- Так и есть, - угрюмо отозвался предводитель. – Его звали Та’на. Скажу вам, чужеземцы, что все хольчи Шайина знают, как он погиб… и таких, как Та’гайя, тут больше, чем нам бы хотелось. Поэтому для вас же лучше будет не подходить близко к хольчанским кварталам… и заночевать здесь, у сторожевой башни, под нашим присмотром. Держи, воин. Это тебе, это твоему другу, а это – для твоих ручных зверей. Надевайте!