Вильдриф ищет клетку, куда заточили Мироздание и Тьму, что смешались воедино, и теперь не понятно, что там получилось внутри. Плеяда, это Первородная, получившаяся в момент этого смешения. Она ключ от темницы, что спрятана где — то на той самой земле, по которой ходит Охотник. Этот мир, он середина всех миров. Где именно клетка, никто не знает… возможно, поэтому — то Вильдрифу и нужен тот желтоглазый, что таиться в подземелье Бенезета.
— Пока ничего, — прошёл Грифт мимо Артёма, — Зачем пожаловал?
— Вопрос есть у меня. Вы что-нибудь знаете о создание, что обитает на другой части планеты. Она порождает монстров. «Мать всех монстров», можете её так называть.
Исчадья махнули рукой, и отошли к картам межмирья. Остались лишь Лики. Они столпились рядом с Артёмом. Странные они создания. Похожи друг на друга как две капли воды, как и их голоса.
— Опасайся её, Артём… — сказал тот, что стоял ближе всех к Охотнику, — Дальние Земли, так их называют люди этого мира, были созданы для удержания «Света», что Вильдриф украл для перерождения у Красного Лика Ранга на горе Ликов. Так же, это была клетка… на тех землях, обитало создание, которое в старинные времена заперли Первородные. Это их, скажем так, ошибка. Они хотели породить новую расу Первородных, как Вильдрифа или как Богов из этого мира. Но, в итоге, появилась на свет сущность, что всех пожирала и обращала в монстров. «Свет» пропал с Дальних Земель. Эта сущность осталась на свободе, а межмирье распалось, некому за ней смотреть. И если ты говоришь про эту сущность, значит, она дождалась, когда на Дальние Земли кто — то приплывёт.
Артём тут же вспомнил об экспериментальном «Первородном» на «Драконьем Пике», что был одним из проклятий Плеяды. Имена эта тварь тогда убила Элизабет… значит, «Мать Всех Монстров» — это очередная отрыжка истории, где Первородные пытались создать себе подобных.
— Чёрт… — тяжело вздохнул Охотник, — Может, вы поможете мне убить её?
Лики синхронно покачали головой, и снова заговорил тот, что стоял ближе к Артёму.
— Извини, но мы заняты отслеживанием Вильдрифа и поиском наших собратьев, раскиданных по всем мирам. Миров очень много, а нас мало. Нельзя терять времени. Это проблема, увы, только твоя.
— Ладно… спасибо за информацию, крылатые.
Они развернулись, и отошли к Исчадьям, что отмечали на своей импровизированной карте межмирья, кто куда должен отправится.
— Придётся мочить эту «Мать» самолично… — усмехнулся Артём.
Глава III Собрание
Огонь. Крики. Мучения. Артём стоял в центре Бенезета, на площади. Из портала в подземелье, выходила самая настоящая орда чудовищ. Город пылал адским огнём, сжигая жизни людей. По улицам бегали монстры, атакую простых жителей. Никто не мог их остановить. Дороги покрылись слоем горячей крови, а трупы со стеклянными глазами смотрели на Артема, словно хотя ему что — то сказать.
В глазах Артёма на секунду дрогнуло, и он уже стоял в баре, с разбитыми окнами и разрушенной барной стойкой. На полу лежала Элизабет, её живот, до грудной клетки, был вскрыт. На её руках виднелись укусы, а сама девушка уставилась в потолок мертвенно алыми глазами. Рядом с ней сидел Бор, сжимая правой рукой ладонь дочери, а левой, он что — то придерживал, и прижимал к груди.
Артёму стало плохо, в груди засвербело. Он сжал кулики, не в силах ничего сделать. Это будущее… то, что вскоре должно свершиться.
«Таково будущее… и только тебе подвластно его изменить. Я буду молиться за тебя, Истинная Звезда.»
— Артём! Проснись!
Резко открыв веки, Артём сидел в карете, уперев кисть в подбородок. В глазах на секунду показались световые отблески, но зрение пришло в норму, и через стекло, он увидел улицы Столицы Юга — Кристам. Народ заполонил каждый участок города, а здания под пять этажей из белого и чёрного кирпича уходили вдаль и делились на сотни улиц.
Карета качается из стороны в сторону, а напротив парня сидит Элиз в черном плаще, белой рубахе и чёрных штанах.
Рядом с Алой, сложив руки на груди и широко раскрыв рот, спала Игнис. Она, на сея шествие, надела лёгкую броню со знаком на груди «Алая звезда». Всё же она Баронесса восьмой ступени, и у неё то же есть свой герб.
— Долго я спал? — провёл ладонью по лицу Охотник, дабы снять сонливость.
— Минут тридцать, может чуть больше.
Артём глянул в окошко. Карета приближалась к королевскому замку. Георг, Сил и Фрэй уже должны были прибыть в столицу, и возможно, они возле замка или во дворе. Всё же из этого Трио, лишь Сил обладает титулом. Он Рыцарь, и поэтому, их точно пропустят… хотя бы, во двор королевского замка, так точно.
— Что тебе снилось? — спросила Элиз, — По твоему лицу, ты словно кошмар увидел.
— Ага… это был жуткий кошмар. И надеюсь, что он останется лишь сном.
~~~
Карета проехала чёрные железные врата со стражниками, что тот час закрыли проход. Транспорт остановился во дворе с розовыми деревьями, плоды которых, чем — то напоминают яблоки.
Двор был затоплен воинами в броне или особых одеждах, как на Артёме его чёрный особый плащ, что прочнее любой брони. Это были рыцари, а так же вассалы Баронов и Графов. Их, почему — то, не впустили в замок.
На мраморной лестнице, что вела на первый этаж замка, стоял хмурый мужчина в серой броне, что подходило к цвету его глаз. Он сложил руки на груди и стоял у входа, никого не пропуская и, словно, кого — то ожидая.
Артём, Элизабет и Игнис вышли из кареты, и на них тот час обратили внимание. Где — то в этой толпе воинов должны быть Сил, Фрей и Георг.
— Артём Феникс, Игнис Крипал, вы опоздали на заседание знати! — буркнул привратник на входе в замок, отчего Игнис дрогнула.
— Ничего страшного, Хакок Люмион, — направился к барону Артём вместе с девушками, — Я предупредил Короля. Меня уже ждут.
Артём, вместе с девушками, поднялся по мраморным лесенкам. Барон десятой ступени — Хакок Люмион, не отошло от прохода.
— Эй… тебя подвинуть? — прошептал Артём, оскалив зубы в широкой улыбке.
— Элизабет Алая не допускается до собрания. Лишь Бароны, Графы и Герцог могут пройти на заседание знати. Все остальные должны ждать во дворе замка.
Охотник переглянулся с Элиз, и та кивнула, без лишних слов начав спускаться обратно во двор. Игнис же, вся сжалась и стояла за спиной Артёма. Что поделать, взор Хакока, отчасти, может задавить слабохарактерных, как Игнис.
— Доволен?
— Следуйте за мной, — кивнул Хакок, став теперь не привратником, а поводырём.
~~~
Хакок привёл Графа и Баронессу в бальный зал, где Генрих III устраивает свои пиршества. Вот только золотые стены усеянные дорогими картинами, сегодня, не увидят танцы знати, и не услышат мелодию гениев музыки. В центре помещения стоял длинный, плоский, стеклянный стол, за которым восседали 77 Баронов, 26 Графов и один Герцог. Раньше, до событий на Западе, знати было куда побольше. Хотя, если совместить к этой шайке знати их детей и родственников, знатных купцов, и королевских выродков(дальние родственники Короны), то знати будет куда больше, чем сейчас за столом.
Главенство за столом занимал Генрих III: на голове парня золотая корона, на мизинце правой руки нефритовый перстень, что переходит от одного короля Юга, к другому; его взгляд весьма ленивый и отрешённый, а цвет радужки как у мертвеца — серый; на его плечах белая мантия с гербом «золотого огня». На нём броня лёгкого типа.
Игнис отправили в конец стола, а вот Артёму посчастливилось восседать по правое плечо от Короля. По левое плечо сидел молчаливый Герцог, что всегда вёл дела Генриха и отвечал за народ Юга, что бы тот не бунтовал и был вечно доволен обглоданной кости. Зовут его — Илларион Гис Арток. И он не военный, поэтому одет в фиолетовые мантию. Длинные золотые волосы собраны в хвост, на переносице черные очки, что скрывают его маленькие ушлые глаза.
Чуть дальше Иллариона восседал Бор Алый. Он куда крупнее здешней знати, отчего на голову выше всех присутствующих: белые волосы, суровый взгляд алых глаз, и трёхдневная седая щетина по всему лицу. На нём белый массивный доспех, с гербом на груди «лев с распахнутыми крыльями».
