Я попробовал. Получилось не очень... И ещё раз... И ещё.

— Слушай, ну нельзя же быть таким бестолковым! — раздражённо произнесла Алиса, глядя на меня исподлобья. Но тут же спохватилась: — Хотя чего это я...

Она отвернулась, тяжело вздохнула и закончила:

— Просто ты бездарен.

Потом повернулась вновь и уже с энтузиазмом поинтересовалась:

— Ладно, можно тебя на пару слов?

Не дожидаясь ответа, она потянула меня к выходу. Мику удивлённо вскрикнула:

— Семён? Алиса! Куда...

— Да всё будет нормально, не переживай, верну я твоего суженного буквально через минуту... в целости и сохранности даже! — успокоила Двачевская её... и меня, прежде чем мы оказались за дверью.

На веранде Алиса заговорила:

— Значит так, я думаю, что ты хороший, правильный и добрый парень, хотя и тормоз немного...

Она сделала паузу, а затем продолжила:

— Да... который сможет нормально общаться и дружить с моей очень хорошей подругой. Подруга эта слишком наивна и чиста для этого жестокого мира, поэтому я считаю своим долгом оберегать её, насколько это в моих силах. Но тебе я дам шанс, надеюсь, ты не обманешь моих ожиданий. И её...

«Черт, она действительно серьёзно относится к этому», — подумал я, чувствуя, как внутри нарастает смесь тревоги и уважения.

— А иначе... — она продемонстрировала кулак. — Мы поняли друг друга?

— Вполне, — ответил я, несмело улыбаясь и осторожно отодвигая кулак от своего носа.

— Ну вот и замечательно. Надеюсь, я не зря преодолевала свою скромность и нерешительность для этого разговора, — сказала она, улыбаясь.

«Аха-аха, Двачевская очень нерешительная особа... прямо смущается на каждом шагу... Но такая прямолинейность располагает... Наверное, я даже зауважал эту девушку, если всё это, конечно, не позерство.»

— А теперь, чтобы как-то узаконить твоё нахождение здесь, Семён, — будь мужиком, возьми на себя, наконец, ответственность... и вступи в клуб!

Я задумался.

«Мику... Мне действительно нравится проводить с ней время. И если вступление в клуб позволит мне быть рядом с ней чаще, то почему бы и нет?»

— А... э, ну ладно. Вступлю, — ответил я, чувствуя, как внутри нарастает волнение.

— Во! Вообще молорик! Уважуха! — радостно воскликнула Алиса, снова взяла меня за руку и повела обратно.

«Как бычка...» — подумал я, чувствуя себя немного беспомощным, но в то же время почему-то довольным.

— Вот и мы, как обещала. Семён просто не решался сам тебе признаться, что он давно уже хочет вступить в клуб. Попросил меня посодействовать, — заявила Алиса, когда мы вошли.

Мику удивлённо посмотрела на нас.

— Вот, рекомендую тебе его принять. Листочек давай, Семён напишет заявление. — Алиса, отпустила мою руку и зайдя мне за спину, подтолкнула по направлению к Мику.

— Да зачем же заявление? И так достаточно, на словах! Мы же не бюрократы какие-нибудь, — возразила Мику.

— Достаточно, конечно, но на бумаге надёжнее! Чтоб не отлынивал потом! Он уклоняться — а мы ему бумагу с подписью! И Ольге Дмитриевне предъявим, чтоб всё как положено! — настаивала Алиса.

— Давай-давай, тащи с ручкой сразу! — поторопила она растерявшуюся Мику.

— Надо брать мужика, пока он тепленький! — добавила она с усмешкой.

И я под диктовку написал на нотном листке, что вступаю в клуб и даю своё согласие участвовать во всех мероприятиях клуба.

Довольная Алиса свернула документ в трубочку и, наконец, оставила нас наедине, напутствуя:

— Развлекайтесь!

Мику улыбнулась, её глаза светились теплотой.

— Уф, ну вот... Прости Алису и её слова, поведение. Просто она слишком беспокоится обо мне и считает, что все меня хотят обидеть, и только её вмешательство способно этому помешать.

Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями.

— Она мне как старшая сестра с самого моего приезда сюда. Я имею в виду, как только мы переехали с родителями...

Затем её лицо озарилось лёгкой улыбкой.

— Но ты Алисе, похоже, понравился!

Я скептически ухмыльнулся:

— Да, поэтому она сказала, что у меня нет таланта к музыке?

— А вот это мы ещё посмотрим! — серьёзно ответила Мику.

И она терпеливо, а я бы даже сказал, ласково, особенно в сравнении с Двачевской, начала учить меня с самых основ, как я и просил.

...

Через некоторое время раздался звонок на ужин.

— О, ужин наступил! Как быстро время летит, — радостно воскликнула Мику. — Я бы хотела позаниматься с тобой и после ужина, но мы с Алисой договорились сходить в баньку, которую для нас натопил Семочка...

«Семочка? Так меня ещё ни одна девушка не называла...» — расчувствовался я.

«Зато теперь я знаю, на что можно тратить свободное время, если его образуется слишком много благодаря техническому прогрессу, или — что мне сейчас ближе — если Ольга Дмитриевна отстанет от меня со своими поручениями. Я его буду тратить на общение с интересными и приятными людьми, заниматься увлекательными для меня вещами, развивать свои навыки, а также совершенствоваться как личность. И всё это разом для меня сейчас — занятия в музыкальном кружке! Что удивительно».

— Потом всё же придётся идти на танцы, не зря же мы столько времени убили, чтобы составить музыкальную программу на этот вечер, — продолжила Мику.

— Нужно отдать кассету Ольге Дмитриевне, я так волнуюсь, как ребята её примут! Хочу посмотреть на их реакцию! А потом можно снова сюда!

Она слегка смутилась.

— Или ты хочешь остаться и потанцевать? Я, честно сказать, не очень сильно люблю, когда вокруг много людей, и танцевать тоже не особо умею.

Затем добавила:

— Ну, если только медленный танец, потому что там же просто медленно кружиться, а это любой сможет. Главное — на ноги не наступать, а то это так смущает...

«Да там вообще всё смущает!» — подумал я, представляя, как медленно кружу Мику в танце, держа её за талию. «Хороший повод для сближения! Держать такую милую девушку в руках, находиться к ней так близко — это же просто верх блаженства!»

Я почувствовал, как сердце забилось чаще.

«Эх, если бы не моя скромность, застенчивость и постоянные опасения сделать всё неправильно и тем самым опозориться! Я бы всеми силами старался склонить Мику потанцевать со мной!»

— Ты права, кассету надо отдать и вообще отметиться на мероприятии, а потом можно и уйти, конечно. Оставаться там на весь вечер не в моих планах! — с сожалением ответил я.