Несмотря на растущую недисциплинированность, большинство солдат 16‑го полка не поддерживали действия сержанта, ответственного за появление красных флагов. Это показали результаты выборов в революционные Советы солдат, которые были проведены во всех вооружённых силах Германии после революции. К концу ноября Максимилиан фон Балиганд смог доложить, что формирование солдатского Совета в 16‑м полку было успешным. В полку Гитлера избрали людей, критически относившихся к радикальным левым, или, как выразился фон Балиганд, "людей с правильными убеждениями, которые производят положительное влияние на своих солдат". Так что радикальные социалисты не имели широкой поддержки в 16‑м полку, когда его солдаты почти уже вернулись домой с войны.

***

Полк Листа пересёк бельгийско-германскую границу 24 ноября. Когда 16‑й полк был уже в Германии, Гитлеру всё ещё надо было некоторое время подождать возвращения своих товарищей в Мюнхен. Германский план демобилизации предусматривал, что части 6‑й запасной дивизии не должны быть перемещены прямо в Баварию, прежде всего для обеспечения организованного возвращения множества военных частей обратно в Германию. Полку Листа было приказано направиться в Бармен, промышленный город к югу от Рура, где родился Фридрих Энгельс, соратник Карла Маркса, и где люди полка Гитлера станут свидетелями революционных беспорядков.

3‑го декабря полк Гитлера прибыл в Бармен, город, находившийся в избирательном округе Фридриха Эберта, первого послевоенного канцлера, а затем первого демократически избранного президента Германии. На этих постах он будет делать больше, чем это было возможно для любого человека, чтобы направить Германию на путь становления либеральной и парламентской демократии. Однако в Бармене местные представители собственной партии Эберта порвали с ним. Они покинули социал-демократическую партию во время войны, чтобы присоединиться к отколовшейся радикальной левой независимой социал-демократической партии. Эта была та партия, разумеется, что проводила революцию в Баварии под руководством Курта Айснера. Как раз после того, как Эберт стал главой правительства Германии и был в процессе организации выборов в Национальное Конституционное Собрание, представители независимой социал-демократической партии в Бармене и в регионе становились всё более радикальными, призывая против учреждения Национального Конституционного Собрания и за диктатуру пролетариата. Существовало мнение, что весь регион был на грани большевистской революции. Практика применения в городах Германии неместных войск, таких, как полк Листа, была направлена на помощь в предотвращении возникновения большевистской революции и братания войск с местными революционными силами. Прежде, чем жалобы местного населения положили конец этой практике, солдатам полка Листа было приказано охранять Бармен – который был полон красных флагов – винтовками с примкнутыми штыками. По всему региону солдаты 6‑й и других дивизий (по приказу или по своей низовой инициативе – это установить трудно) убирали красные флаги среди одобрительных восклицаний местного населения. Развёртывание 16‑го полка и других баварских частей, разумеется, рассматривалось местными революционерами как свидетельство того, что СДПГ объединилась с силами контрреволюции, что привело к призыву одного местного руководителя независимых социал-демократов покончить со всеми соглашениями и ввести диктатуру. Похожим образом в соседних городах местные революционеры угрожали гражданской войной, в то время как в другом городе региона радикальными революционерами был составлен список заложников местных сановников. Всё это означало, что нужно вытеснить из региона воинские части, такие, как 6-я запасная дивизия, а местное население завлечь в большевистскую революцию.

Таким образом, первый опыт людей полка Листа после их возвращения в Германию был связан с городом, в котором часто можно было услышать призывы к большевистской революции. Примечательно то, что они происходили от членов той же самой партии, что стояла во главе революции в Баварии. Мы можем только предполагать, до какой степени этот опыт повлиял на то, как люди из полка Листа в дальнейшем будут рассматривать политическую ситуацию в Баварии и в Германии в предстоящие месяцы.

Часто отмечалось, что сходство революции в Германии с большевистской было весьма отдалённым, поскольку умеренные среди немецких социалистов численно превосходили радикалов. Этот аргумент не обязательно неверен; тем не менее, у него есть эффект ретроспективного взгляда на события. В то время страх перед революцией представлялся достаточно реальным. Важно также помнить, что русская революция также вначале произвела либеральное и демократическое правительство и что большевики смогли захватить власть в ходе своей последующей революции, которая в действительности была coup d'etat^[16] без поддержки большинства. Другими словами, с той информацией, что была доступна действующим историческим лицам в конце 1918 года, и со знанием того, что произошло в России в предыдущем году, в самом деле, представлялось так, что Бармен находится на грани революции, когда люди из полка Гитлера действовали там. И люди полка Листа увидят в Мюнхене через несколько месяцев, что может случиться, если непреклонная революционная группа решит захватить власть, даже без народной поддержки.

***

Рано утром 10 декабря, почти через месяц после окончания войны, первый контингент полка Листа, наконец, покинул Бармен в направлении Баварии. Между 12 и 15 декабря поезда, везущие солдат домой, прибыли в Графинг в предместьях Мюнхена, где им был оказан тёплый приём местным населением, и затем их быстро демобилизовали. 12-го декабря Максимилиан фон Балиганд издал последний приказ своим людям, который дал основание для веры в легенду, в соответствии с которой вооружённые силы Германии не потерпели военного поражения:

Солдаты полка!

От славного штурма Витчаэте … до горячих сражений в 1918 году у Мондидье … и снова на пропитанной кровью земле Фламандии, 16‑й Запасной Пехотный полк добавлял одну славную главу за другой в книгу своей истории … Полк знает, что на нём не лежит вина за катастрофический исход войны, и он всегда может глядеть на свои действия с гордостью.

Вы теперь приступите к новым гражданским обязанностям. Относитесь к ним с такой же честью, как наши герои относились к своему долгу на поле боя! … Живите достойно, товарищи! В вашей силе и дисциплине, в чистоте ваших сердец находится залог лучшего будущего. Мои наилучшие пожелания будут с вами. Да будет Господь вашим защитником, и пусть сознание долга и истинный патриотизм будут украшением всех дней ваших жизней.

Для людей полка Гитлера война, наконец, была завершена. Теперь встал вопрос, собираются ли они также демобилизоваться психологически или же установки и взгляды, приобретённые ими во время войны, склонят их к продолжению своей борьбы при любой возможности. На этот вопрос быстро и уверенно был дан ответ в первой половине декабря, когда искали добровольцев для подразделений 'Grenzschutz Ost' ["Восточная пограничная охрана"]. Это были полуофициальные или добровольные (Freikorps) части, которые предполагалось использовать для защиты восточных границ Германии. В реальности также предполагалось, что они будут защищать интересы немцев в многонациональных граничных землях к востоку от Германии, которые бурлили в горячке насилия после Первой мировой войны. Хотя полк Листа был дислоцирован в Бармене, когда были обнародованы призывы к вступлению в добровольцы, и тем самым его солдаты были уязвимы призывам к большевистской революции, всё же у подавляющего большинства людей не было желания вступить во Freikorps, которые будут сражаться с "большевиками" на Востоке. В действительности не более восьми человек со всего полка, которые все были из роты окопных миномётчиков, поступили добровольцами на службу в 'Grenzschutz Ost' Freikorps. Подавляющее большинство людей не только в полку Листа, но и в целом в вооружённых силах Германии, хотели лишь попасть домой и вернуться к гражданской жизни. Желание мира и возвращения домой перевешивало всё прочее для баварских солдат. Немногие солдаты были восприимчивы к голосам радикальных правых, которые – как Гитлер в последующие годы – возлагали вину за поражение Германии на предателей в тылу.