— Сколько времени, мам? Год? Два? Я не хочу ждать! Я хочу сейчас! — выпалила она, и слёзы навернулись на её глаза.

Я обняла её, чувствуя, как ее маленькое тело дрожит. Что же мне делать? Как убедить ее в том, что я желаю ей только добра, если она не хочет меня слушать?

— Ася, иди в свою комнату. Я поговорю с твоей мамой и потом вынесем тебе своё решение, — произнёс Андрей. Дочка мигом испарилась, а я вопросительно посмотрела на мужчину. — Ты всё ещё его любишь! Я это вижу и чувствую. Поэтому я думаю, что вам двоим на самом деле пора вернуться домой, — горестно произнёс Андрей. — На первое время я помогу тебе с деньгами. И помогу вам перебраться. Только знай, если не сможешь вернутся к своей прошлой жизни, ты всегда можешь позвонить мне…

— Андрей!

— Не надо. Я всё чувствую и понимаю. Я не смог стать для тебя твоим мужчиной, как бы не любил! А твой Рома со своим поведением — это явление ревности и твоего постоянного бегства. Если бы он не любил тебя, то не преследовал тебя, не искал тебя, не чувствовал, что ты жива и всё ещё ходишь по одной земле с ним… Собирайте свои вещи и вечером я увезу вас на вокзал. Пока вы собираетесь, я закажу билеты.

— Не надо билеты! Папа нас сам заберёт! — вылезла довольная Ася из-за угла.

Я застыла, не зная, что сказать. Андрей смотрел на меня с пониманием и грустью. Ася, сияющая от счастья, подбежала ко мне и крепко обняла. В её глазах светилась надежда и я не могла её разбить в данный момент. Да и сама я уже устала скитаться по чужим углам. Я хотела домой. Я очень хотела домой.

— Хорошо, Ася, как скажешь, — прошептала я, чувствуя, как ком подступает к горлу. Я понимала, что это может быть ошибкой, но ради дочери я готова рискнуть.

Андрей молча вышел из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями. Я боялась, что возвращение к Роману принесёт только боль и страдания, но я не могла лишать Асю отца. Я должна была дать им шанс, даже если это означало, что я снова окажусь в аду.

Вечером мы стояли у подъезда, ожидая Романа. Ася нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, а я старалась сдержать дрожь. Вдали показались фары автомобиля, и сердце моё забилось с бешеной скоростью. Что теперь ждёт меня лично? Дочь явно будет счастлива. Я понимаю, что давно пора было соединить дочь с отцом, но моя месть не имела границ. Я переборщила со всем. Моё сознание об этом просто кричало мне об этом.

Когда Роман вышел из машины, я увидела в его глазах смесь вины, надежды и любви. Он подошёл к нам, обнял Асю и посмотрел на меня. В его взгляде читалась мольба о прощении. Я не знала, что ждёт меня впереди, но я была готова встретить это вместе с дочерью и, возможно, с Романом. Я хотела завершить весь круговорот своих побегов и уже зарыться в одном месте и обрести покой.

Рома собственноручно сложил наши вещи в багажник и помог сесть нам на заднее сиденье, а сам сел на переднее пассажирское сиденье. И мы тронулись в наш старый мир. Что он принесёт? Боль и разочарование? Или счастье и светлое будущее?

Глава 15

Всю дорогу до дома стояла напряженная тишина. Ася, утомленная переживаниями последних дней, уснуло водрузила свою голову мне на плечо. Я смотрела в окно, пытаясь разглядеть в мелькающих огнях будущее, которое казалось таким неясным. Роман изредка бросал на меня взгляд через зеркало заднего вида, но ни он, ни я не решались начать разговор. Да в принципе я и не знала о чём сейчас разговаривать с ним. Я себя в данный момент ощущала себя виноватой в разлуке своей дочери с её отцом.

Когда мы подъехали к дому, я почувствовала, как внутри меня все сжалось. Это место было полно воспоминаний, как хороших, так и плохих. Роман взял Асю на руки, хоть она уже и была уже довольно-таки громоздкой в своём возрасте, и мы вошли в квартиру. Всё здесь казалось чужим и знакомым одновременно. Сколько дней одиноких я провела здесь! И мысли мои были не всегда однозначными.

Рома уложил дочь в её кровать (ранее стояла там более детская кроватка, а сейчас уже стояла подростковая, сразу было видно, что Рома готовился к нашему возвращению). Затем он вернулся ко мне. В его глазах стояла такая искренняя боль, что я не смогла отвести свой взгляд. Во мне поселилось дикое ощущение вины перед ним. Ведь я могла его поддерживать после серьёзного ранения, а в итоге стала бегать от него, усложняя его жизнь с мыслью мести.

— Прости меня, — прошептал он, протягивая ко мне руки. Я молча обняла его, чувствуя, как слёзы начинают душить меня. И я дала им волю. Я устала быть сильной. Рядом с Андреем я не могла расслабиться. Я не хотела показывать ему, что я всё ещё сама как маленький ребенок, которой нужна намного большая поддержка, чем я позволяла ему по отношению ко мне. Он не был героем моего романа.

Мы стояли с Ромой, обнявшись, долгое время. В этот момент я поняла, что, несмотря на все пережитое, любовь между нами еще жива. Возможно, нам удастся всё исправить и построить счастливое будущее ради Аси. Возможно, мы сможем стать настоящей семьей. Хватит бегать! Надо всё решить здесь и сейчас.

— Поговорим? — спросил Рома, отстранив меня от себя и усадив на диван рядом с собой.

Я до сих пор не могла поверить в то, что мы вернулись с дочерью домой. Но во мне до сих пор стояло сопротивление, желание мстить не затухло в полной мере. Я к нему привыкла и не могла дать себе расслабиться по полной программе, давая своей жизни течь в том русле, котором мог управлять Рома.

Я кивнула, устраиваясь поудобнее. В горле пересохло, и я с трудом выдавила из себя:

— О чем ты хочешь поговорить?

Рома вздохнул, провёл рукой по волосам, которые значительно поседели за те года, что я бегала от него, и посмотрел на меня с такой нежностью, от которой у меня защемило сердце.

— О нас. О тебе. Об Асе. О том, что мы натворили и что можем сделать, чтобы всё исправить. Я знаю, что причинил тебе боль, и мне очень жаль. Я думал, что, вернувшись через время, когда подправлю своё здоровье, то снова окружу тебя своей заботой и любовью. Но ты сбежала от меня… Я хочу, чтобы мы попробовали снова. Чтобы мы были семьёй, настоящей, любящей. Я хочу, чтобы Ася росла дальше в атмосфере любви и счастья. Я понимаю, что это потребует много работы, но я готов. Готов ради вас двоих. Раньше ты была одна, теперь у меня вас двое.

Его слова звучали искренне, убедительно. Я смотрела в его глаза и видела там не только боль, но и надежду, веру в то, что я стану прежней. И я поняла, что тоже хочу этого. Хочу дать нам шанс.

Слёзы навернулись на глаза, и я с трудом сдержала рыдания. Все эти годы я мечтала услышать эти слова, но боялась, что они так и останутся несбыточной мечтой.

— Я тоже этого хочу, Рома, — прошептала я, — Но я боюсь. Боюсь, что всё повторится. Боюсь снова испытать эту боль. Ведь ты бросил меня! Бросил! Понимаешь? Я беременная тащила на себе твою компанию! А ведь могла спокойно сидеть дома. Сколько боли я испытывала во время работы! Как давление меня давило, ты даже не представляешь. И в эти моменты меня никто не мог заменить! Я была одна. Даже твой засланец в лице Валеры не смог бы с этим справиться! Ты хоть понимаешь, что я просо девочка, которой нудна забота! А я в важный этап своей жизни пахала как заядлый мужик!

Рома подошёл ко мне, присел на корточки передо мной и взял мои руки в свои. Его взгляд был полон решимости.

— Я понимаю твой страх, твои проблемы прошлого, в своё время я это не учёл, — сказал он. — Но я обещаю тебе, что больше никогда не причиню тебе этой боли. Я буду делать всё, чтобы ты была счастлива. Я буду с тобой всегда откровенным и честным.

В этот момент мне захотелось поверить ему, и я это сделала. Поверила в его искренность, в его любовь. И я решила дать нам, именно «нам» шанс. Шанс на счастливую семью, о которой мы какое-то мечтали до всего, что случилось с нами. Шанс на будущее, где есть место любви, доверию и взаимопониманию.

— Иди, отдыхай в свою комнату. Я не претендую на место рядом с тобой в кровати. Я буду ждать, когда ты сама будешь к этому готова, — я согласно кивнула в ответ. — Завтра выйдешь на работу в компанию? Валерий Михайлович там не справляется без тебя и почти всё разрушил. Еще пару лет и компанию можно будет закрывать окончательно и бесповоротно.