один и тот же всегда: 8-летний и 82-летний. И чем больше созна-

ешь это, тем больше сама собой переносится жизнь вне себя, в

души других людей. Но не это одно убеждает тебя в твоей непод-

вижности, независимости от времени — есть более твердое со-

знание того, что я, то, что составляет мое я независимо от време-

ни одно, всегда одно и несомненно есть: это сознание своего един-

ства со Всем, с Богом.

Хорошо, я неподвижно, но оно освобождается, т. е. соверша-

ется процесс освобождения, а процесс непременно совершается

во времени. Да, то снятие покровов, которое составляет освобож-

дение, совершается во времени, но я все-таки неподвижно. Ос-

вобождение сознания совершается во времени: было больше, ста-

ло меньше, или было меньше — стало больше сознания. Но само

сознание одно — неподвижно, оно одно есть.

2) Разве бы я мог, удержав память, большую часть духовного

внимания направлять на сознание и поверку себя.

3) Тщеславие, желание славы людской основано на способ-

ности переноситься в мысли, чувства других людей. Если чело-

век живет одной телесной, эгоистической жизнью, эта способ-

ность будет использована им опять-таки для себя, для того, что-

бы, догадываясь о мыслях и чувствах людей, вызвать в них

похвалы, любовь к себе. В человеке же, живущем духовной жиз-

нью, способность эта вызовет только сострадание другим, зна-

ние того, чем он может служить людям, — вызовет в нем любовь.

Я, слава Богу, испытываю это.

4) Никогда не испытывал в сотой доле того сострадания, со-

страдания до боли, до слез, которое испытываю теперь, когда хоть

в малой степени стараюсь жить только для души, для Бога.

5) Нынче 5 сент. 1910 ясно понял значение вещества, про-

странства, движения (времени). Пространство — мера вещества, время — мера движения. Если я говорю, что вещество твердо, то

я говорю только то, что оно тверже другого, менее твердого: же-

лезо тверже камня, камень — дерева, дерево — глины, глина —

воды, вода — воздуха, воздух — эфира, эфир — чего? Все это

меры твердости по отношению нуля твердости, который я знаю в

490

себе. То же с пространством. Сириус дальше солнца, солнце —

земли, земля — луны, луна — Сибири, Сибирь — Москвы, и так

до моей руки, моего тела, до нуля расстояния, которое я знаю в

себе. Опять то же в движении — времени. Геологические перворо-

ды раньше растений, растения раньше животных, животные —

раньше человека, египтяне раньше евреев, евреи — греков и так

далее до нуля времени во мне, тоже до нуля движения во време-

ни, который я знаю в себе. И потому есть и реально только то, что

бестелесно — внепространственно и неподвижно, т. е. вневре-

менно. И это есть то самое, что я сознаю собою. (Дурно выразил, но хорошо).

6) Материнство для женщины не есть высшее призвание.

7) Самый глупый человек — это тот, который думает, что все

понимает. Это особый тип.

8) Думать и говорить, что мир произошел посредством эво-

люции, или что он сотворен Богом в 6 дней, одинаково т у п о .

Первое все-таки глупее. И умно в этом только одно: не знаю и не

могу, и не нужно знать.

9) Вместо того, чтобы те, на кого работают, были благодарны

тем, кто работают, — благодарны те, кто работают тем, кто их

заставляет на себя работать. Что за безумие!

10) Не могу привыкнуть смотреть на ее слова, как на бред. От

этого вся моя беда.

Нельзя говорить с ней, потому что для нее не обязательна ни

логика, ни правда, ни сказанные ею же слова, ни совесть — это

ужасно.

11) Не говоря уже о любви ко мне, которой нет и следа, ей не

нужна и моя любовь к ней, ей нужно одно: чтобы люди думали,

что я люблю ее. Вот это-то и ужасно: 12) Одно и только одно, мы несомненно знаем, это одно един-

ственно несомненно и прежде всего известное нам есть наше «я», наша душа, т. е. та бестелесная сила, которая связана с нашим

телом. А потому и всякое определение чего бы то ни было в жиз-

ни, всякое знание в основе своей имеет это одно, общее всем

людям знание.

13) Прогресс ни для отдельного человека, ни для рода чело-

веческого не имеет никакого значения, потому что происходит

во времени, которое бесконечно. Прогресс во времени есть толь-

ко необходимое условие возможности сознания блага, совершен-

ствования.

491

22 с.

1) Нигде, как в деревне, в помещичьей усадьбе не видна так

ясно вся греховность жизни богатых.

24 сент.

Записать:

1) В первый раз ясно понял все значение жизни в настоящем: Избегать всего, что делаешь и думаешь, имея в виду будущее: игры, загадывания, забота от впечатлений от моих поступков, и

главное в каждый момент, что теперь может <и> должно быть

хорошо, потому что в моей власти отнестись к тому, что совер-

шается, как к работе внутренней. Несколько раз испытывал и все-

гда с успехом.

2) Знание и наука разница. Знание — все, наука — часть. Так

же, как разница между религией и церковью.

29 сен.

Записать:

1) Если есть какой-нибудь Бог, то только тот, которого я знаю

в себе, как самого себя, а также и во всем живом. Говорят: нет

материи, вещества. Нет, она есть, но она только то, посредством

чего Бог не есть ничто, не есть не живой, но живой Бог, посред-

ством чего Он живет во мне и во всем. Зачем, это я не знаю, но

знаю, что это есть.

Надо помнить, что моя душа не есть что-то — как говорят —

божественное, а есть сам Бог. Как только я Бог, сознаю себя, так

нет ни зла, ни смерти, ничего, кроме радости.

2) Сейчас в дурном духе: все нехорошо, все мучает, все не

так, как бы мне хотелось. И вот вспоминаю, что жизнь моя толь-

ко в том, чтобы освобождаться от того, что скрывает мне меня, и

тотчас же все перестанавливается. Все, что мучало, представля-

ется пустяками, не стоящими внимания, тоже, в чем жизнь и что

дает ее радости, сейчас передо мной. Только бери. И вместо до-

сады спокойное обращение на себя и то, что мучало, становится

материалом переработки. А переработка эта всегда возможна и

всегда дает лучшую радость жизни.

29 сентября 10 г. Ясная Поляна.

[3.] 1) Какой ужасный умственный яд современная литера-

тура, особенно для молодых людей из народа. Во-1-х, они на-

бивают себе память неясной, самоуверенной, пустой болтовней

492

тех писателей, которые пишут для современности. Главная осо-

бенность и вред этой болтовни в том, что вся она состоит из

намеков, цитат самых разнообразных, самых новых и самых

древних писателей. Цитируют словечки из Платона, Гегеля, Дарвина, о которых пишущие не имеют ни малейшего понятия, и рядом словечки какого-нибудь Горького, Андреева, Арцыба-

шева и других, о которых не стоит иметь какого-нибудь поня-

тия; во-вторых, вредна эта болтовня тем, что, наполняя головы, —

не оставляет в них места, ни досуга для того, чтобы познако-

миться с старыми, выдержавшими проверку, не только десяти, ста, тысячи лет писателями.

30 сент. Записать:

1) (Кажется, что прежде писал, но нынче особенно живо чув-

ствую:) Бог дышит нашими жизнями. Могу в заблуждении своем

сказать себе, что я — я, а Бог сам по себе, или нет Его, и могу

понять, что я — Он, и тогда все легко и радость и свобода.

2) Софья Андреевна говорит, что не понимает любви к вра-

гам, что в этом есть аффектация. Она, да и многие не понимают

этого, главное потому, что думают, что то пристрастие, которое