И, проходя через весь этот кромешный ад, Монро ни разу даже пальцем не показал в ее сторону. Да, конечно, засадив ее, он бы себе не помог, но это был один из примеров, когда компании не нужны были проблемы, и Монро взвалил все на себя.

Хотя бы только по этой причине он заслужил, чтобы она была с ним рядом. Но даже и без этого примера она любила его. Она знала о всех его недостатках, она знала, что он эгоист, инфантильный, бессердечный монстр, потому что, без всякого притворства, открылся ей и показал всю глубину своего черного сердца. Она также знала, что она один из немногих лучиков внешнего мира, который доступен ему.

Всю любовь, на которую он только был способен, он подарил Алиции. Он сделал ее богатой и счастливой. Они по-прежнему были богаты, и она очень надеялась, что когда-нибудь они снова станут счастливыми. За пределами поместья, пожалуйста, Господи.

Перекресток. Подъехав к нему с другой стороны, она снова остановилась у знака остановки. Она очень удивилась, когда увидела, что Таурус был припаркован на обочине. Святые небеса, не уж-то они и прям таки потерялись?

За Таурусом был еще один автомобиль, черный Линкольн Навигатор, похоже это было, словно большая рыба с огромным открытым ртом пытается съесть маленькую рыбешку. Эту машину она никогда раньше не видела.

Других машин больше не было. Она медленно проехала перекресток, все еще уставившись на Таурус, и она была поражена еще больше, когда увидела, что в нем никого нет. Окно водителя было опущено.

В Навигаторе за рулем сидел шофер в форме, который читал копию Харпера. Он не обратил внимания на Алицию, когда та проезжала мимо.

Что-то тут не то. Направляясь домой, Алиция хмурилась в зеркало заднего вида, наблюдая, как пустой Таурус и Навигатор с шофером постепенно уменьшаются в размерах, а потом и вовсе исчезли из вида за поворотом.

К чему бы все это?

8

Усевшись рядом со своим партнером Осом на переднем сидении лимузина, сразу же за водителем, точнее за звукоизоляционной перегородкой, Марк Стерлинг разглядывал троицу из Тауруса, которые сидели напротив, словно обезьяны «не вижу зла — не слышу зла — не говорю зла». Да, не самое вдохновляющее зрелище. Годы работы на фабрике вперемежку с игрой в боулинг сделали их мягкотелыми и пухлыми, плюс оставили свой отпечаток на их помятых круглых лицах. Из-за футболок они были похожи на ходячие биллборды Миллера Лайт, Бада и футбольной команды Филадельфия Иглз. На первый взгляд они совсем не были похожи на тех, кого заговорщик захочет посвящать в свои планы.

Ну, стоит отметить, что это была идея Марка, для начала, Ос долго сомневался, больше склоняясь, что это плохая идея. Но теперь наступил момент истины, полное погружение, колесо было запущено.

— Пожалуй, я начну, — заговорил Марк, улыбаясь троице свой фирменной улыбкой, в надежде таким образом дать им немного расслабиться, поскольку они не особо могли расслабиться, сидя в заточении на колесах в окружении людей, говорящих по-французски. — Нам стоит представиться, — сказал он, рукой указывая на среднего. — Ну, Бадди, вас мы уже представили. Вас же Бадди зовут, не так ли? Альфред вас ведь не часто называют?

— Не часто, — согласился мужчине посередине. Сидя посередине, — обезьянка «не слышу зла» — он часто моргал.

Пора запускать процесс. — Я Марк Стерлинг, для друзей — просто Марк, надеюсь, вскоре вы будете относиться к их числу, а это Осборн Фолк, для друзей и врагов — Ос.

— Мистер Ос для врагов, — поправил Ос.

— Да, конечно, — согласился Марк, улыбаясь в профиль Оса. — Если бы вы представили своих друзей, Бадди, — продолжил он, доброжелательно простирая руки, — даже если пока по кличкам, это значительно ускорит процесс знакомства.

— Я Мак, — представился парень слева, обезьянка «не вижу зла».

Бадди повернул голову и уткнулся в профиль своего другого товарища, который выглядел так, словно его окружил рой комаров, но он не хотел открывать рот, чтобы повозмущаться. — Хочешь, чтобы я представил? — спросил Бадди.

— Я вообще не понимаю, что тут происходит, — выдала обезьяна «не говорю зла». — Что мы тут делаем?

— На данный момент знакомимся, — спокойно ответил Марк. — Говоря в более глобальном смысле, отвечая на ваш вопрос, полагаю, что нас всех занесло именно в этот уголок света по одной причине — отомстить Монро Холлу.

Мак скептически поднял одну бровь. — Вы на Холла не работали.

Ах, так вот в чем было дело. Бадди был водителем, но настоящим лидером был Мак. Насколько помнил Марк, Мак сидел на заднем сидении Тауруса.

— Думаю, нам это и стоит сделать, — сказал Мак. Теперь обращаясь непосредственно к Маку, Марк сказал:

— Да, и правда, мы не работали на Монро Холла, хотя бы в этом мы не прогадали. Тем не менее, мы делали инвестиции в СомниТек.

Слева от Марка, Ос выдал «гррр», звук, который он часто издавал, когда терял контроль над собой, играя в теннис. Поглаживая колено — которое к слову слегка подергивалось — Марк продолжил:

— Мы очень надеялись, что с тех самых пор, как мы разбили палатки перед поместьем Холла, так или иначе, мы вернем утраченное.

— Мы тоже, — сказал Бадди.

— Вы тоже делали инвестиции? — удивился Марк.

— Во всем, — невозмутимо ответил Бадди. — Страховка жизни. Страховка здоровья. Пенсионный фонд.

Ах, речь об этом. Такие вещи были настолько незначительными во всей этой глобальной схеме, но Марк понял, что Бадди и его друзья придавали им значение даже больше, чем стоило бы. Символическая ценность и так далее. С неким сочувствием в голосе он сказал:

— Вот видите, мы с вами в похожих ситуациях.

— Я Эйс, — неожиданно заговорила обезьянка «не говорю зла», усевшись как огромный барабан и хмурясь на Марка.

А Марк улыбался в ответ. — Добро пожаловать в группу, Эйс. Есть что добавить?

— Откуда нам знать, что ты не коп? — спросил Эйс.

Лимузин, арендованный так же, как и Навигатор, на повороте чуть поднялся вверх. Пейзаж за окном, достаточно симпатичный, практически не менялся, что было здорово, поскольку не отвлекало от разговора. Улыбка Марк стала еще шире и еще беззаботнее:

— Эйс, могу уверить вас, что за всю мою жизнь еще никто не считал меня похожим на полицейского.

— Эйс, это не копы, — успокоил Мак. — Они — как там говорится — венчурные капиталисты. Приподняв широкую бровь, он спросил Марка:

— Так ведь?

— Очень точно, Мак, — подтвердил Марк. — Да, мы инвесторы в торговле, хотя и на нижнем уровне, по сравнению с другими именами, которые сейчас мелькают в газетах. У нас были и победы, и поражения. Победой стала щетка заднего стекла внедорожника, неожиданным разочарованием стал невоспламеняющийся рождественский венок всех цветов, кроме зеленого…

Ос снова издал свой «гррр», а Марк продолжил: — На тот момент не было ни одной компании, которой мы доверяли так, как доверяли СомниТек, ни одного сукиного сына, которому мы доверяли так, как Монро Холлу — да, Ос, мы знаем — боюсь, мы вложили туда слишком много, именно поэтому наша маленькая компания теперь лежит руинами у наших ног.

— Печально, — сказал Бадди, хотя в его интонации сочувствия не было слышно.

— Да, печально, — согласился Марк. — Ос и я вынуждены теперь жить с родственниками, неприятная альтернатива, в любом случае. Чтобы построить капитал, все знают, нужно иметь какой-то капитал, а у нас на данный момент никакого капитала нет. Все источники, и семейные, и организации, закончились еще до самого большого падения. Еще долгое время Монро Холл вытаскивая деньги из СомниТек, убеждал нас продолжать вкладывать. Да, Ос. Марк снова погладил дрожащее колено, потом повернулся к трио:

— Только таким способом, положив свои руки на Монро Холла — да, Ос, на горло Монро Холла — у нас появится надежда вернуть потерянное, поднять капитал, который поможет нам развить несколько многообещающих возможностей, о которых нам рассказали, но я думаю, вы нас поймете, если мы не будем вдаваться в подробности по этому поводу.