— Никто из нас и не предполагал, что это займет столько времени, — вздохнул Мак.
— Конечно, — согласился Эйс. — Мы-то думали, он хоть иногда будет выходить.
— Журналы то и дело пестрили его фотографиями, — напомнил Мак, — в опере, на благотворительных мероприятиях…
— Ха, — фыркнул Бадди.
— Кто ж знал, что он вдруг превратится в отшельника, — сказал Мак.
— Все дело в публичности, — понял Эйс. — На сегодняшний день он не знаменит, его имя покрыто позором, он боится выходить.
— Даже не знаю, — сказал Мак. — Я не хочу сдаваться, но все же, что мы тут делаем?
— Дело не только в нас, — подметил Эйс. — Это для всех местных.
— Погодите, — перебил их Бадди. — Давай, красотка, остановись, потом трогайся.
Впереди Хили доехала до пустого перекрестка, где две второстепенные дороги пересекали вечнозеленые заросли, никаких тебе домов или офисных зданий. На дороге, по которой они ехали, был знак остановки, Хили остановилась и не двигалась.
Бадди сбавил скорость, чтобы не приближаться слишком близко, чтобы она не заметила их Таурус, и чтобы ей не пришло в голову, что она его где-то уже видела, но он все так же поглядывал в зеркало. — За нами едет какой-то парень, — сказал он, — так что я не могу ехать слишком медленно.
Впереди, слева направо, проехал бензовоз, объясняя своим присутствием задержку жены на дороге, но как только дорога расчистилась, Хили тут же стартовала через перекресток и свернула на следующем повороте. Бадди тоже ускорился, но возле знака остановки резко ударил по тормозам, от чего Эйс протянулся до самой подушки безопасности. Через перекресток очень медленно проехал длинный черный лимузин, тоже слева направо.
Но нет. Он не проехал перекресток, он заехал на перекресток, перегородил дорогу и остановился.
— Теперь-то в чем дело? — возмутился Бадди и с силой надавил на гудок. — Давай же, придурок!
Скрутившись, Эйс посмотрел через Мака в зеркало заднего вида. — Что происходит?
Мак тоже повернулся. За ними стоял большой черный внедорожник Линкольн Навигатор, самый «хищный» автомобиль на дороге, «Минотавр» среди транспортных средств. Обе задние двери были открыты, мужчины в деловом костюме и при галстуке вышли с каждой стороны. На обоих были солнечные очки, оба были высокие и худощавые, и, скорее всего, сильные.
— Черт побери! — пискнул Мак.
— Вот черт! — вскрикнул Бадди. — Они идут к нам!
— Наверное мы переборщили с преследованием жены, — предположил Мак, наблюдая за тем, как мужчины в костюмах не спеша шли в их сторону.
— Закрой на замок двери, — приказал Эйс.
— Да ладно, — поморщился Бадди. — Мы уже через это проходили. И он опустил свое окно.
К тому моменту мужчины уже подошли к машине. Один из них со стороны Бадди наклонился, положил одну руку на крышу Тауруса, улыбнулся Бадди и сказал:
— Добрый день.
— Добрый, — ответил Бадди.
— Мы подумали, может вы захотите присоединиться, — сказал мужчина. С другой стороны второй мужчина улыбнулся Эйсу через стекло закрытой двери.
«Ну, — подумал Мак, — хотя бы эти парни не головорезы.» Это было что-то другого сорта.
— Присоединиться? — переспросил Бадди. — Что это значит?
— У нас была одна уловка, целью которой является Монро Холл, и которая, похоже, не работает, и у вас, джентльмены, судя по всему, тоже есть некий план, который подразумевает участие Монро Холла, и который не очень-то работает, — пояснил мужчина.
— Монро кто? — прикинулся непонимающим Бадди.
Улыбка у этого типа была очень приветливая, трудно устоять. — Вы трое наблюдали за Холлом неделями, — выпалил он. — У вас столько снимков с паллароида, что можно целую доску ими завесить. Мы провели ваши номерные знаки, так что мы знаем, кто вы, Альфред Бадди Мидл, и мы легко можем предположить, кто ваши друзья. Бывшие коллеги. Миссис Холл не будет делать ничего интересного, она никогда ничего интригующего не делает. У нас тут неплохой лимузин, почему бы нам не сесть в него, расслабиться и обсудить ситуацию.
— Какую ситуацию? — спросил Бадди.
— Думаю, нам стоит обсудить, — предложил Мак. Он не знал, кто эти люди, он они выглядели в его глазах так, будто с ними обязательно нужно наладить контакт.
— Ситуацию, в которой мы объединим наши усилия, — сказал мужчина. Когда он разглядывал Таурус сверху вниз его улыбка приобрела оттенок жалости. — Полагаю, у нас ресурсов все-таки больше. Ваш друг прав, вам стоит обсудить ситуацию с нами. Почему бы вам не оставить свою машину на обочине здесь, и мы прокатимся на лимузине?
7
Алиция не сразу поняла, что Таурус исчез из вида. Она уже привыкла, что он все время виден в зеркало заднего вида, он держался на расстоянии, как лакей во дворце, она его почти не видела, поэтому понадобилось какое-то время, что понять, что его больше нет. В зеркале ничего не отражалось, как в зеркале вампира.
Они бросили эту затею, после стольких усилий? Она просто не могла в это поверить. Они были так преданны своему делу, преследовали ее везде, кроме тех моментов, когда она смеха ради приезжала в какой-нибудь самый отдаленный закуток сельской местности, резко ускорялась и оставляла их там наедине с природой. За исключением таких моментов, они всегда преследовали ее, словно старый верный пес.
Хотя для нее они больше походили на три марионетки, которых запихнули в маленький Таурус. Когда осада начиналась — она предпочитала называть это осадой, хоть и неэффективной — они носили рубашки в клетку, словно дровосеки в отпуске, но поскольку с тех пор значительно потеплело, они переоделись в футболки с какими-то надписями. Ей никогда не удавалось разглядеть эти футболки, но она предполагала, что на них было написано что-то про пиво.
Знак остановки, скорее всего именно там она их потеряла. Ей пришлось пропустить бензовоз, но потом ей удалось проскользнуть перед длинным безвкусным лимузином. Что вообще такие машины делают в таких краях?
Наверное из-за этого лимузина она их и выпустила из виду. Одному Богу известно, сколько нужно времени, чтобы проехать перекресток, поэтому к моменту, когда Три Марионетки снова вернуться к погоне, их добыча уже ускользнет. Как жаль.
На сегодня она уже достаточно прокатилась, так почему бы не вернуться домой тем же путем и не посмотреть что происходит на перекрестке? Было бы забавно, если бы Марионетки были все еще там, застряли бы, потерялись, не могли никак решить в какую сторону нужно ехать. Она могла бы проплыть мимо, сделав вид, что не замечает их, давая им при этом возможность вернуться на свою позицию. Конечно, их там не будет, но было забавно представлять их именно в такой ситуации, так почему бы в любом случае не прокатиться там еще разок?
Она знала все местные дороги так же хорошо, как когда-то знала Мэдисон Авеню, поэтому разворачиваться ей не пришлось. Налево здесь, еще раз налево чуть дальше и так далее. Еще одна вещь, которую она знала точно — это то, что скоро она будет на перекрестке, а потом снова домой, пара-па-пам (прим. переводчика — цитата из народного стишка To market, to market, 1805 г.)
Домой. Там не так уж и весело в последнее время. Если бы у Монро не были эти ограничения на выезд, они бы могли посетить так много интересных мест. Не навещая старых друзей, конечно же, но тем не менее. Монро мог бы отрастить себе бороду, сменить имя. На практически любое. Монро Холл — дурацкое имя; Алиция всегда считала, что оно звучит как название общежития какой-нибудь частной школы.
Конечно, сама она могла бы поехать куда угодно, если бы захотела. Она бы даже могла поехать с кем-нибудь из старых друзей, кто к ней по-прежнему хорошо относился, кто вытянул бы из нее последние сплетни, кто пожертвовал бы свое искусственное сочувствие, кто похвалил бы ее за смелый поступок, бросив этого монстра, но она все равно не хотела бы ехать куда-то одна. Она не хотела оставлять Монро одного, к несчастью.
Да, дело было только в этом. Она любила Монро, к несчастью. Он ее всегда защищал, что было очень похвально с его стороны. Когда-то в дни, когда они расхищали СомниТек, она жаждала, рвалась, была в первых рядах сообщников, используя свои знания в области рекламы, что отвести внимание на другие вещи, отвлечь других, сбить с толку. Отчеты компании, или, как минимум, самые что ни на есть фиктивные, были составлены ей.
