— Уже, — сказал Келп.
— Я имею в виду, что ты должен открыть глаза и встать, — не унимался Дормтундер.
Тини все еще храпел.
— Конечно, — ответил Келп.
Дортмундер плюнул и пошел будить Тини.
— Тини, нам нужно вставать и украсть много всяких вещей, — сказал он.
Тини открыл глаза. Он осмотрелся и невозмутимо сказал:
— Сейчас ночь.
— Мы в Турстеде, — напомнил Дортмундер. — И нам нужно его ограбить.
— Или обокрасть, — предложил свой вариант Тини и тяжело поднялся на ноги. — И как понять, Дортмундер? Когда ты грабишь, а когда крадешь?
— Когда как получается, — ответил Дортмундер.
Тини осмотрелся.
— Ничего не вижу, — сказал он. — Подожди.
Еще секунда и появился свет. Они все взяли с собой фонарики, которые они приспособили для ночной работы. Они замотали большую часть линзы изолентой так, что оставалось место только для маленького пучка света. Тини включил свой фонарик и осветил им все богатства в комнате.
— А где Келп? — спросил Тини.
— Вон там, спит, — ответил Дортмундер.
Тини ткнул пальцем в голову Келпа.
— Подъем, — сказал он.
И Келп сразу же встал.
* * *
— Я обожаю уно, — сказала мама Марча. Она назвалась Маргарет Крабтри, поэтому мать, Вивека, называла ее Маргарет, а ее дочки, очень вежливые и хорошо воспитанные называли ее миссис Крабтри. Хьюги, бывший полицейский, еще не решил, как к ней обращаться.
— Маргарет, — сказала Вивека, — очень поздно для девочек.
— Но ведь сегодня особенная ночь, не так ли? — ласково, словно прося, сказала мама Марча. — Эта буря и все такое, — она хотела, чтобы все были собраны в одном месте и болтали друг с другом, чтобы люди не разбегались по своим тихим комнатам и прислушивались к незнакомым звукам внизу.
— Мамочка, ну, пожалуйста, — и еще миллион похожих вариантов последовали от девочек. В итоге Вивека сдалась и сказала:
— Ладно, но только недолго.
— Да, — вставил слово Хьюги, — недолго.
* * *
Куда бы ты ни поехал на сегодняшний день, если это место спонсирует какая-то группа, значит, тебе обязательно дадут большую сумку. На этой сумке будет обязательно что-то написано, что ты, по идее, должен запомнить, например, название этой сумки или событие, каждый раз, когда ты эту сумку используешь. Но когда ты вообще будешь использовать эту сумку? Единственное применение для такой уже четырнадцатой сумки — это складировать туда предыдущие тринадцать, так поступают многие люди, и это причина, почему многие говорят, что у них нет места в шкафу. Тем не менее, если ты про профессии грабитель — или вор — то в таком случае эти сумки очень даже удобные.
В публичных комнатах Турстеда было полно всяких ценных вещей, и больших, и маленьких, но учитывая обстоятельства, три грабителя в этот раз, освещая все вокруг своими затемненными фонариками, были заинтересованы только в маленьких ценных вещах, хотя у каждого было по две больших сумки.
За картины на стенах можно было бы выручить в два или три раза больше, чем за мелочевку, однако они бы точно не пережили бы всю дорогу по горам в такую бурю в открытой кабине, поэтому, к несчастью, придется оставить их тут. А вот золото легко переживет дорогу, тем более в сумке. Украшения переживут, нефрит, и мрамор, и слоновая кость.
На сумке, которая висела на левой руке Тини, было написано «Национальный турнир по скрабблу 1994», а на сумке на правой руке было много, много раз написано «Круизы Холланд Америка Лайн». У Келпа, как человека более литературно образованного, на левой руке висела сумка с надписью «АБОР — Ассоциация библиотек округа Рокланд», а на правой руке сумка с красивой стилизованной буквой «У» и надпись «Уорнер букс». На двух сумках Дортмундера красовались надписи «Temporis Vitae Libri» (книги времени жизни — прим. переводчика) и Саратога.
Они не торопились наполнять свои сумки. У них был целый час, и они все хотели унести с собой по-настоящему ценные вещи, когда будет закончена главная работа. Они прибегли к своему опыту сделок по перепродаже, советовались друг с другом по поводу таких вещей, как, например, кинжал с инкрустированными рубинами в рукоятке, а они медленно пробирались через огромное количество богатств Турстеда, оставляя большую часть, но не все, позади.
* * *
— Не могли бы вы меня извинить? — спросила мама Марча.
— Конечно, — ответила Вивека.
Вставая, мама Марча тихонько спросила у Вивеки:
— А где у вас, эм, удобства?
— О, можете воспользоваться моей ванной, — ответила Вивека. — Налево, потом первая дверь справа и через спальню.
— Вот, возьмите мой фонарик, — предложил Хьюги.
— Спасибо, — поблагодарила мама Марча и ушла по указанному направлению. В спальне она сразу подошла к туалетному столику за расческой. Из кармана она достала маленький пластиковый пакетик со струнным замком и положила в него все выбившиеся из расчески волосы. Потом она положила пакетик назад в карман, быстро сходила в туалет и вернулась играть в уно.
* * *
Все сумки были наполнены и составлены возле задней двери. Чтобы убить время, они прохаживались по комнатам уже не как грабители, а как обычные посетители, разглядывая картины, мебель, меха.
— Как-нибудь стоит сюда еще раз приехать, — подметил Тини, — с грузовиком.
— Думаю, семья заметит, — ответил Дортмундер.
— На вертолете, — предложил Келп. — Стэн умеет управлять вертолетом, помнишь?
— Думаю, на вертолете еще большая вероятность быть замеченным, чем на грузовике, — сказал Дортмундер.
— В грузовик больше влезет, — констатировал Тини.
— Мы скажем, что мы компания по кинопроизводству, — сказал Келп, — и что мы снимаем местность. Используем какой-нибудь грузовик. Возьмем дом на колесах у Перышка в качестве гримерной, украдем где-нибудь камеру и освещение.
— И что будем дальше делать? — поинтересовался Дортмундер.
— Не знаю, — пожал плечами Келп. — Ты у нас все планируешь. Я всего лишь обрисовал картину, в общем.
— Да уж, спасибо, — с сарказмом ответил Дортмундер.
* * *
— Девочки, вы зеваете, — заметила Вики. Правда и Хьюги зевал тоже, но Вивека посчитала, что было бы некорректно упоминать об этом.
— Да ладно, мам.
— Ладно, девочки, — сказала Маргарет Крабтри, — похоже, что вы уже готовы идти спать. Уже без четверти час, не так ли?
— Именно, — ответил Хьюги и широко зевнул.
— Ну вот, — сказала Маргарет, — готова поспорить, что вы уснете, как только ваша голова коснется подушки.
— Я бы не стал спорить, — сказал Хьюги. — Миссис Крабтри, миссис Куинлан, думаю, я должен пожелать вам спокойной ночи.
— Не оставайтесь на ногах из-за меня, — предложила Маргарет. — Я подожду, пока этот милый парень приедет за мной, а когда я буду уходить, погашу лампу.
Вивеке совсем не хотелось спать.
— Нет, нет, я останусь с вами, — сказала она. — Мы можем поболтать. Хьюги, вы знаете, где гостевая комната.
— Хрр, — ответил Хьюги, зевая, что по-видимому означало «да».
Девочки тоже выглядели очень сонными, они еще пару раз молили о разрешении остаться, но потом, вместе с Хьюги ушли спать. Вивека оставила лампу висеть на месте, но они с Маргарет пересели в удобные кресла, чтобы они могли видеть, когда снегоочиститель приедет за Маргарет.
— Прямо-таки приключение для вас, — заметила Вивека, когда они уселись.
— Я даже себе и представить не могла, — сказала Маргарет. — Надеюсь, ваш муж не застрял непонятно где в такую погоду.
К своему удивлению и стыду Вивека вдруг ни с того, ни с сего начала плакать.
— Его тут нет, — сказала она и отвернулась в надежде, что Маргарет при таком свете не увидит ее слез.
Но она заметила.
— Вивека? Что случилось? — поинтересовалась она. — Он ранен? Он в больнице?
— Мы… — Вивека сглотнула, вытерла слезы и продолжила: — Мы живем раздельно.
— Он от вас ушел?