Слезы катились из глаз, капая на экран и уже самостоятельно перелистывая снимок за снимком. Громко всхлипнув на последнем, я услышала, как в туалет кто-то вошел.

— Ты вчера с Демоном зависала? — услышала я чей-то голос, но не смогла разобрать, кому он принадлежал.

— Угу, — промычала в ответ Зарина.

— Фотки — огонь! Я даже завидую, — снова заговорила вторая девушка.

— Не завидую. Он холодный как камень. Только руки и умеет распускать, — скучающим тоном заметила Зарина.

— Вау! Я бы не отказалась от таких поползновений, — хихикнув, заметила вторая.

— Эй! Ты не заговаривайся! Демон мой! И я его никому отдавать не собираюсь, — возмутилась блондинка.

— Так у вас уже было? — спросила у Зарины девчонка.

Я стояла, боясь даже дышать громко. Не хотела быть обнаруженной и очень надеялась, что удастся подслушать больше. Ответ на этот вопрос уж точно.

Арина

Прождав пару минут после того, как девчонки покинули туалет, я выглянула из своего укрытия. Никого не обнаружив в туалете и услышав звонок на урок, я рванула к раковине, чтобы быстро умыться холодной водой. А потом припустила в кабинет географии.

— Здравствуйте, можно войти? — на одном выдохе произнесла, несмело глядя на строгую училку и стараясь восстановить сбившееся дыхание и успокоить грохочущее в горле сердце.

— Проходи, Арина. Больше не опаздывай, — кивнула Елизавета Михайловна.

Я шмыгнула за вторую парту, где на меня косо смотрела Дашка.

— Ты куда делась? Мы с Сенькой тебе и писали, и звонили, — шепнула подруга.

Я вздохнула, но отвечать не стала.

— Опять в туалете рыдала? — качая головой, догадалась Дашка. — Вот кто ее за язык тянул?

Дашка бросила хмурый взгляд через ряд, где сидела Есения со своим братом.

— Иванова, я для кого тут распинаюсь? — сделала замечание географичка, и подружка сразу притихла, вперив взгляд в учебник.

— Итак, кто же сегодня хочет рассказать нам параграф? — послышался голос учительницы, но я не обратила на нее внимания.

В ушах до сих пор звучал вопрос из подслушанного разговора.

«Так у вас уже было?»

Ответа я не услышала. Зарина либо оставила любопытную подругу без ответа, либо могла все же просветить ее, лишь кивнув головой. Вот только мне об этом было неизвестно.

— Борисова Арина? — я вздрогнула, услышав, как ко мне обратилась учительница.

— А? — отозвалась я, глядя на нее.

— Не готова? — чуть прищурив взгляд, наблюдала за мной географичка.

— Что? Готова, — поспешила ответить, пока она мне не влепила пару.

— Выходи. Отвечай, — уже более доброжелательно заговорила Елизавета Михайловна.

Я рассказала часть параграфа, который запомнила еще с предыдущего урока. На память я не жаловалась, дома только быстро пробегала глазами по тексту и освежала информацию, уже осевшую в памяти.

— Хорошо, садись, — произнесла учительница, и я отправилась на свое место.

Подходя к парте, улыбнулась задумчивой Дашке, но та никак не среагировала, уткнувшись носом в учебник. Частенько учителя нас спрашивали обеих. Вот она и зубрила, чтобы хоть как-то выкрутиться перед классом.

Говорят, что отличники обычно дружат с отличниками, а двоечники с двоечниками. Но в нашем случае все было совсем наоборот. Дашкина успеваемость хромала на обе ноги, и сколько бы мы с Сеней ни говорили ей браться за ум, она только твердила, что видала она эту учебу. Дашка для себя давно решила, что будет писательницей. Причем не абы какой, а наша самоуверенная подруга планировала создавать комиксы. Возможно, у нее это получится, потому что рисовала она просто невероятно, да и истории выдумывала интересные. Единственное, что с орфографией и пунктуацией проблемы точно возникнут.

Есения была заучкой, зубрящей все предметы и таким образом вытягивающей из учителей пятерки. Я могла только преклоняться перед ее усердием и терпением. Мне же просто повезло иметь хорошую память и тягу к чтению. Школьные предметы не вызывали у меня никаких проблем, все давалось легко, словно по мановению волшебной палочки. Так что учеба была для меня чем-то забавным и ненапряжным.

Невзирая на наши отличия в учебе, мы дружили с первого класса. Всегда проводили время вместе, гуляли только втроем и никого другого не допускали в наш узкий круг.

— Я есть хочу, — заявила Сеня, подходя к нашей парте, как только география закончилась.

— Я тоже позавтракать не успела, — подхватила я тему, кладя ладонь на вмиг заурчавший живот.

— И почему я не удивлена? — возмутилась бойкая Дашка, которая позавтракать точно никогда не забывала. — Но я бы тоже пирожок с чаем заточила.

Мы дружно направились в сторону буфета, надеясь только, что после первого урока там не обнаружим большой очереди. Зря, конечно, мы на это уповали. В буфете было не протолкнуться.

— Эх, — вздохнула Сенька.

Я закивала, с тоской глядя на витрину, где лежала гора пирожков, бутербродов и пирожных. Что-то мне подсказывало, что за перемену мы никак не успеем поесть. Мы с Сенькой уже развернулись, чтобы не стоять зря.

— Сень, а там не Виталик у кассы стоит? — остановила нас Дашка, кивая вперед.

— Ага, но мы до него не доберемся, — складывая руки на груди, сообщила Сенька.

— А телефон тебе на что? — фыркнула Дашка.

В один момент наши глаза загорелись надеждой.

— Алло, Виталь, возьми нам шесть пирожков и три чая, пожалуйста, — продиктовала подруга брату наш заказ, с надеждой глядя ему в спину.

— Ну, мы не успеем. Брат ты мне или не брат? — возмутилась Сенька, понимая, что рыбка могла легко сорваться с крючка.

Виталик был двоюродным братом Есении, но они выглядели как родные, словно близнецы. В школу всегда ходили вместе и сидели за одной партой. Что самое странное, они родились с разницей в один день и часто отмечали день рождения вместе. Брат всегда стоял стеной за сестру, не позволяя даже взгляда косого в ее сторону. А если учесть, что он был крупным и сильным, то ни ее, ни нашу компанию никто никогда не обижал.

— Виталь, ты сегодня наш рыцарь, — заявила Дашка, а мы с Сенькой прыснули от смеха.

— В следующий раз сами будете в очереди стоять. Понятно? — буркнул он, вручая поднос в руки сестре и пробивая нам путь к столику.

Виталик не только накормил нас, не взяв за это ни копейки, так еще и столик нам нашел. В благодарность мы старались поддерживать разговор, хотя в последнее время ему с нами не о чем было говорить. Он считал нас глупыми и мелкими. Но в этот день отчего-то смиренно терпел наше присутствие и даже вяло отвечал на вопросы.

Я с удовольствием принялась за второй пирожок, когда заметила, как атмосфера в буфете сменилась. Все вдруг резко притихли. С любопытством я стала вертеть головой, чтобы найти причину такой перемены, и когда увидела, чуть не подавилась.

В буфет пожаловали братья Демидас. Все трое. Они были невероятными красавцами, очень похожими друг на друга, и в то же время чем-то отличались. Эта семья была негласными королями школы. Их правила были единственно верными, а те, кто хотел с ними поспорить, быстро меняли решение. Старшим из них был Дамиан, все звали его Демон. Он и был самым пугающим и самым устрашающим, а вместе с этим и самым притягательным. Ведь не зря говорят, что всем хорошим девочкам нравятся плохие мальчики.

Демон и был таким. Самым плохим и самым желанным. Я смотрела на него во все глаза, не веря в свое счастье. Ведь так редко удавалось его увидеть без Зарины. Эти трое откуда-то раздобыли пиццу и кофе, которых в нашем буфете и в помине не было. Но я бы не удивилась, узнав, что для них существовало отдельное меню.

Я как завороженная, не замечая ничего вокруг, с открытым ртом ловила каждое движение Дамиана. Про пирожок в своей руке я успела забыть, а чай стремительно остывал, оставленный без внимания на нашем столике. О чем продолжали говорить девчонки, я не слышала, все пролетало мимо меня. Лишь раз я отвела взгляд, ясно расслышав, как скрипнул зубами Виталик. Он тоже смотрел в сторону братьев, с силой сжимая кулаки. Не знаю, кто именно на него так действовал, но, видимо, один из братьев ему сильно не нравился. Хотя, может, они все ему были не по душе.