– Пойдем искать, – предложил Валерка. – Их всего двое, мы им наваляем. Ну, опоздаем на поезд, и фиг-то с ним!

Он прав, принять бой, если вдруг понадобится, мы сможем. Вот только не исключаю, что у тех двоих могут быть сообщники. И что важнее? Одна сумка с приставками? Или наше здоровье и несколько таких сумок? Да, мы можем попробовать быстро отыскать потерянное и уехать, сохранив все, что купили… И все же высок риск, что нас разуют по полной, вдобавок еще и побьют, так как свое без драки мы им не отдадим.

Так и не приняв решение, я сказал Илюхе:

– Вспоминай, что случилось.

– Когда последний раз ее чувствовал на плече там или в руках? – вклинился Валерка.

– Так, разделяться нам нельзя, – Дюс тем временем тоже рассуждал вслух. – По одному выловят, наваляют и отнимут оставшееся.

– Ты прав, – я покачал головой, а потом опять повернулся к Илюхе. – Вспомнил хоть что-то?

Людское море пришло в движение. Электричка, дав длинный гудок, приближалась к платформе. Если пропустим, следующая лишь через полтора часа, да и вопрос наличия сообщников у бандитов не выяснен.

– Я… я… – беспомощно начал Илюха, потом постарался собраться. – Вспомнил! Я ее там оставил, где мы этих типов увидели. Ты еще, Вадик, к ментам подходил. Я на пол сумку поставил, потом ты… мы побежали, чтобы успеть. Вот я ее и оставил, блин!

Выдав эту сумбурную речь, Илья совсем расстроился, глядя на нас исподлобья. Видимо опасался, что друзья, столь неожиданно им обретенные, после его нескольких промахов за одну поездку испарятся. А он снова останется один со своими играми.

– Главное, чтоб никто не спер, – сказал я и решительно добавил. – Идем.

Двигаться против течения взволнованной толпы было трудно. Люди спешили на электричку с острым желанием занять козырные места, а тут какие-то парни мешают, болтаясь как известная субстанция в проруби. Кто-то молча нас обходил, другие отпихивали локтями, а третьи добавляли сочный матерок.

– Вон! Вон! – вдруг закричал Илюха. – Бомж с моей сумкой!

Это было точно лучше, чем если бы груз приставок просто исчез, но и вернуть его будет не так легко, как может показаться. Вокзальные бомжи никогда не держатся одни и за свою добычу готовы вцепиться в глотку.

– Эй, да это же наш знакомый! – осенило Валерку, и я, присмотревшись, узнал псевдо-нищего, что отказался от хлеба. – А ну, иди сюда!

Кузен, ретиво расталкивая людей локтями, рванул к бомжу. Тот заметил его, да и всех нас, и так же бодро зашагал прочь.

– Давай его в клещи, – предложил Саня, отметив, по какой траектории движется наша цель. – Дюс, побудь с Илюхой!

Мысль хорошая. Я кивнул, встроился Сане в кильватер, а парни остались вдвоем, охраняя багаж.

– Оп, здорово, братуха! – мы как раз обошли бомжа с илюхиной сумкой слева со спины, когда Валерка выскочил из-за небольшой группки таджиков с баулами ему прямо в лоб.

И ведь удачное место выбрал. Здесь, кстати, уже не так людно, бомж суетливо заозирался. Немногочисленные пассажиры, ждущие дальняк, старательно отводили взгляды. Милиции рядом не было.

– Вы что, совсем попутали, черти? – хрипло прорычал вокзальный попрошайка, явив нам свое истинное лицо. – Ничего, Лимон вас научит манерам. Можете уже на больничку откладывать.

– Это наша сумка, – объяснил я бомжу причину погони. – Отдай.

– Чем докажешь? – нагло оскалился бомж. – Моя сумка, я в ней хабар таскаю.

– Слишком приличная для тебя, – усмехнулся Саня. – Отдай по-хорошему.

– А то что?

– А то заявим как кражу, – сказал Валерка. – Я уже без пяти минут и сам милиционер.

– А я без двух минут Борис Ельцин, – довольно осклабился бомж. – Что, не похож?

Да ведь он время тянет, догадался я. Одновременно накрыло чувство гадливости, словно мы какая-то вокзальная шпана, решившая ограбить несчастного мужика. Впрочем, такие благородные мотивы будут совершенно не важны для местной милиции, учитывая, что у них с бомжом общий бизнес. Надо бы поторапливаться, пока на наше богатство не появилось уж слишком много охотников… Тут я заметил, что бомж еще не открывал сумку, и в голове выстроился план.

– Договоримся? – предложил я, достав из кармана долларовую купюру.

Глаза бомжа загорелись, он дернул было рукой, но потом опомнился. Осклабился, подбоченился и вдруг выдал.

– А вдруг мало? – он скинул илюхину сумку с плеча и прижал к груди. – Там же явно ценное что-то…

Эх, а ведь почти сработало.

– Вот ты ж скотина! – возмутился Валерка. – Ты же сказал, твоя сумка?

Мужик и сам понял, что ляпнул, не подумав, и еще крепче вцепился в трофей. Сделал шаг назад, еще один, озираясь в поисках путей отхода. Стоявшие поблизости муж с женой и двумя детьми-школьниками поспешно отошли в сторону. На нас они даже не посмотрели. Только женщина закрыла своим плотным телом ребят.

– Твою ж мать! – выругался Саня, и я, быстро повернув голову, понял, в чем дело.

Электричка раскрыла двери, туда ринулся народ, но не это было хуже всего. Заметив нас и узнав, к нам приближались два парня – один в темно-синем «Адидасе», другой в черных джинсах и белой майке. Оба поджарые, мускулистые.

– Твои? – я посмотрел на бомжа, кивнув в их сторону.

– Не-а, – тот вновь осклабился и даже хрюкнул от раздиравшего его смеха. – Мои вон идут. Готовь задницу, придурок!

Бам! Саня зарядил бомжу сочную плюху – отслужив в армии, он не приветствовал столь сомнительные угрозы. А вот мой кузен, воспользовавшись суматохой, вырвал сумку у мужика и с криком «Погнали!» побежал в сторону конца платформы. Бомж взвыл, держась грязной ладонью за разбитый нос.

– На, остынь, – вырвалось у меня, и я все-таки сунул ему купюру, чтобы замять конфликт.

Не сразу поняв, что произошло, бомж хотел было врезать мне, но я среагировал и увернулся, а он успокоился и даже чуть ли не деловито убрал бумажку с портретом Джорджа Вашингтона в карман засаленной куртки. Кажется, решили вопрос. Одно дело преследовать кого-то из принципа, а другое дело, когда можно разойтись бортами без урона чести.

– Стой, псина! – раздался окрик, вот только совсем не с той стороны, откуда я ждал.

Кажется, нас зажимают в клещи! Кузен тоже это понял, мгновенно развернулся на месте и побежал к нам. А следом за ним уже мчались давешние братки – те самые, что сегодня на нас наехали из-за попрошайки. Как быть?

– Давай обратно к нашим! – скомандовал я. – С разбегу, не останавливаемся!

Меня поняли с полуслова. И Валерка, и Саня. Попадаться вокзальным браткам точно не нужно, милиция не поможет, а то и, наоборот, наваляет не меньше. Значит, идем на прорыв!

– С дороги! – гаркнул Валерка, неожиданно четко выговорив букву Р.

Если до этого мы убегали, то теперь понеслись бешеными носорогами прямо на наших преследователей – и те опешили. Один, в «Адидасе», успел отскочить. Второго, как паровой каток, сшиб с ног Саня. Я перепрыгнул через упавшего парня и побежал дальше, слыша, как позади матерятся и выкрикивают угрозы.

– Че как, пацаны? – раздался знакомый голос. – От кого убегаем?

Из электрички прямо перед нами выпрыгнул наш новый знакомый Вадян в своих зеленых штанах с красными лампасами. Состав, натужно гудя, начал набирать скорость, закрывая на ходу двери – привет, безопасность.

– От проблем, – бросил я, заметив Дюса с Илюхой, спешащих к нам.

– Хреново, – покачал головой Вадян. – Ладно, потом расскажете.

– А Лариска твоя где? – спросил я, приняв у Дюса свою сумку.

– Уехала, – махнул рукой наш знакомый. – А сейчас, значит, меня слушайте и не звездите. На рельсы!

– Чего? – испуганно спросил Илюха, но я схватил его за руку и потащил за собой.

Оглушительно свистнуло – к платформе подходила еще одна электричка. Мозг работал на пределе возможностей, и я на ходу уловил мысль Вадяна. А вот другим пришлось повторить. Хорошо, что не стали спорить. Помогли крики братков, которые чуть задержались, зачем-то повалив наших первых преследователей. Впрочем, их непонятки нам только на руку. Главное, успеть пробежать перед тормозящим составом, чтобы тот отрезал нас от преследователей, и тогда появится шанс оторваться.