— Нет... — я шептала, в отчаянии бьясь о стенки купола. — Нет, нет, нет!
И вдруг он рухнул. Белое чудовище наступило ему на грудь и приставило свой клинок к его сердцу.
— Прощай, демон.
— Нет!!! — я закричала, но в тот же миг увидела, как Бальтазар... улыбнулся мне.
— Прости, Крис. Будь счастлива. И... ты скоро встретишь свою истинную любовь. Заботься о нём. Будь сильной.
Клинок пронзил его сердце.
Я закричала. Мир рухнул.
— Нет!!! Не-е-е-ет!!! — я бросилась к нему, рухнув на колени, хватаясь за его окровавленное тело. Сердце болело так, словно его разрывали на куски. — Бальтазар! Очнись! Очнись, прошу тебя! Не оставляй меня одну! Я не хочу быть одна!
— Кто сказал, что ты будешь жить? — голос существа прозвучал над головой. — Ты скоро отправишься за ним. Вместе с этим... отродьем. Или, как вы, люди, это называете? Ах да... ребёнком. Гадкое слово.
Я замерла.
Ребёнок.
Мой ребёнок.
Ребёнок Бальтазара.
Я не позволю этому случиться.
Но что я могу сделать? Я слаба. Бальтазар был силён, но даже он не смог победить. А я...
Я уткнулась лицом в его грудь и разрыдалась.
— Прости, что не смогла защитить нашего ребёнка... Прости, малыш, что тебе досталась такая слабая мать...
Я не хочу умирать. Помогите... кто-нибудь...
— ПОМОГИТЕ!!! — я закричала из последних сил.
И в тот же миг... тьму разорвало ослепительное золотое сияние.
Я подняла взгляд. Из света шагнул мужчина. Его золотые крылья сияли, в глазах отражалась бесконечная глубина печали. Он посмотрел на меня, затем на Бальтазара... и боль в его глазах была сильнее, чем моя.
Я собрала остатки сил.
— Помоги... пожалуйста... мне... и моему ребёнку...
Золотистые глаза расширились от удивления. И в следующий миг я провалилась в спасительную темноту.
Люцифер
Я сидел у себя в кабинете, наслаждаясь ароматом горячего кофе, и лениво перелистывал страницы своей любимой книги. Спокойствие было обманчивым. Как только я потянулся, чтобы поставить чашку на стол, раздался треск — фарфор раскололся пополам. Сердце пропустило удар. Внезапная тревога сжала грудь, и мысли о Бальтазаре пронзили сознание. Что-то должно было случиться. Что-то ужасное. Я попытался отогнать дурные предчувствия, но они лишь крепче вцепились в разум.
Я сделал глубокий вдох, принял решение и, только тогда успокоившись, вернулся к книге. Но сначала позвал черта, чтобы тот навел порядок.
— Черт!!! — мой голос эхом разнесся по кабинету.
Прошло всего несколько секунд, и появился маленький чертик, ростом не более метра. Красная кожа, хвост с кисточкой, крошечные крылья, похожие на летучие, и забавные рожки — он выглядел скорее комично, чем пугающе. Он тут же пал на одно колено, склонил голову и произнес:
— Чего желает мой повелитель?
— Убери здесь, — бросил я, не отрывая взгляда от книги.
Чертик тут же принялся за работу. Через мгновение он вновь предстал передо мной.
— Я закончил, повелитель. Еще что-нибудь?
— Нет, можешь идти… Хотя, постой. Позови ко мне Енлиля.
— Будет исполнено, повелитель.
Как только черт исчез, я невольно расхохотался. Смех вырвался неожиданно, гулко разнесся по комнате. Я даже не заметил, как в кабинет вошел Енлиль.
— Привет, Люцифер. Знаешь, если бы тебя сейчас кто-то увидел, он бы не поверил своим глазам, — ухмыльнулся он.
И он был прав. Я давно так не смеялся. С того самого времени…
Но прошлое всегда причиняет боль. Я стряхнул воспоминания, поднял взгляд на друга и сразу почувствовал тревогу. Он выглядел разбитым: одежда порвана, лицо усталое. Внутри вспыхнула ярость.
— Енлиль! Что случилось? Кто посмел сделать это с тобой?!
— Успокойся, Люцифер, — вздохнул он, опускаясь на диван. — Это снова Изабелла.
— Опять?!
— Ты даже не представляешь… Она не спала всю ночь, лишь бы мучить меня. "Принеси это, сделай то". А когда я спросил, почему она сама не может, она залилась слезами и закричала, что не может оставить сына одного. Хотя он спал и даже не проснулся бы до утра. Я не смог противостоять её слезам.
Слушая его рассказ, я не выдержал и расхохотался, схватившись за живот. Это было настолько абсурдно и в то же время трогательно, что смех было не остановить.
— Да… Когда мы находим свою Истинную Любовь, мы становимся дураками, — выдохнул я сквозь смех.
— Ты прав… Но скажи, Люцифер, зачем ты меня вызвал? Что-то случилось?
Я мгновенно стал серьезным.
— Да. Я отправляюсь в мир людей. Сегодня у меня появилось жуткое предчувствие насчет Бальтазара, и ты знаешь, что это никогда не сулит ничего хорошего. Последний раз это случилось пять лет назад…
Мрак накрыл комнату. Мы оба знали, о чем идет речь. Тогда мы потеряли Луизу. Она была не просто нашим другом — она была целым миром. Для меня подругой детства, для Енлиля сестрой, а для Бальтазара — Истинной Любовью. Белые убили её. И теперь… теперь я боялся, что история повторится.
— Насколько ты отправляешься? — голос друга звучал приглушенно.
— На два или три дня. Я слышал, что Бальтазару понравилась женщина. Может, она поможет ему.
— Может быть… Но ты же знаешь, что он никогда не забудет Луизу.
— Да. Истинная Любовь бывает только одна за всю нашу долгую жизнь.
Енлиль кивнул, но я заметил в его глазах ту же тревогу, что терзала меня. Мы говорили ещё долго. А потом, спустя два дня, я стоял у дома Бальтазара, снова ощущая этот гнетущий холод в груди.
И вдруг тишину прорезал отчаянный крик:
— ПОМОГИТЕ КТО-НИБУДЬ!!!
Я бросился к двери, но та была запечатана магией Белых. Меня охватила ярость.
— Остается один выход…
Вспышка света, и я снова в истинном облике. Открываю портал и переношусь внутрь. Первое, что вижу — женщина, упавшая на колени, рыдает, сжимая что-то в руках. А затем взгляд падает на Бальтазара. Холод пронзает меня насквозь. Всё внутри переворачивается. Он… мертв.
— Помоги… — женский голос дрожит от отчаяния. — Помоги мне и ребенку, что внутри меня…
Я резко поворачиваюсь. Её глаза — наполненные болью и страхом — ловят мой взгляд. В следующий миг она теряет сознание. Я ловлю её, осторожно опускаю на пол. Но в этот момент мое внимание привлекает другое.
— Михаил… — мои губы сами формируют имя. Гнев разгорается огнем.
Он стоит в тени, держа окровавленный клинок. Когда встречает мой взгляд, его лицо бледнеет.
— Ты… Как ты вошел?! Дверь была запечатана! — он заикается, дрожит. Он боится.
— Как? Ты забыл, кто я?! — мой голос становится раскатистым, пропитанным угрозой. — Я — Повелитель. Всего Живого. Ты и все твои — обречены.
Я выхватываю клинок и уже готов вонзить его в сердце врага, но… Михаил исчезает. Трус.
— Я вас всех найду. И тогда… пожалеете обо всем, — шепчу в пустоту.
Снова перевожу взгляд на женщину, на Бальтазара. По щеке скатывается горячая слеза.
— Почему ты не позвал меня раньше?.. Ты знал, что я бы помог…
Боль становится невыносимой. Я поднимаю тело друга и переношу его в храм. После этого осторожно беру женщину на руки. Она должна выжить. Ради себя. Ради ребёнка. Ради Бальтазара…
Я возвращаюсь в свой дворец. Черту отданы приказы, врача вызывают. Но когда я стою у её кровати, наблюдая за её спокойным лицом, меня пронзает осознание. Её глаза. Её голос. Её губы…
Она — моя Истинная Любовь.
Как так? Почему сейчас? Почему именно она?
