Через какое-то время я заметила, что девушка приходит уже не в первый раз и оглянулась посмотреть, почему. И увидела на столе вместо привычной пары тарелок целый банкет. Кроме обычного горячего здесь было множество тарелок с различными бутербродиками, сырными и мясными тарелками и другими закусками.

— А что мы сегодня празднуем? — изумленно спросила я.

Девушка улыбнулась, но ответить не успела.

На пороге возник Полянский, заставляя мое и без того беспокойное сегодня сердце затрепетать еще сильнее. Бросила на него вопросительный взгляд, кивнув на накрытый стол.

— Мой день рождения еще не скоро.

— Я знаю, — ответил он, ставя на стол две бутылки — коньяка и розового вина.

— Изучали мою биографию? — улыбнувшись спросила я, глядя на его действия.

— Пришлось, знаешь ли. Жизнь заставила. — Он уселся в уже привычное кресло и сделал приглашающий жест рукой. — Присоединяйся.

Я села в кресло напротив. Изо всех сил пыталась держать лицо, хотя внутри улыбалась, как дура, и трепетала. Не давал покоя один вопрос — зачем? Зачем ему это все? Почему он приходит, разговаривает да еще и вином поит? А, впрочем, какая разница. Как говорится, расслабься, Вика, и получай удовольствие, раз такое дело.

— И все же, по какому случаю сей банкет?

— По случаю успешного завершения напряженной рабочей недели. Теперь можно немного расслабиться и подготовиться к окончательной схватке. Через несколько дней все решится.

— И закончится. Наконец-то. — Я подняла на него глаза. Он в это время разлил напитки и подал бокал с вином мне. Наши взгляды встретились. Какое-то время смотрели друг на друга.

— Да. Закончится. — Помолчал. — Ну что ж, за удачное завершение! — И протянул мне свой бокал, чтобы чокнуться.

— Можно и просто за завершение. — Протянула я бокал в ответ, и раздался звон.

20

Вино дало эффект очень быстро. Видимо сказалось все напряжение последних дней. Уже после первого бокала голову покруживало, а на лице появилась блаженная улыбка. Зато по телу разлилось приятное тепло, и оно наконец-то расслабилось. Тревога, беспокоившая меня весь день, отпустила, и я просто наслаждалась вечером. Мой визави похоже чувствовал примерно то же самое.

— Спасибо за вино, оно прекрасно. Правда эту марку я еще не пробовала и что-то мне подсказывает, что больше и не попробую никогда.

— Никогда не говори никогда. Я же сказал, что учту твои вкусовые предпочтения. Я всегда выполняю данные мной обещания.

— Ценная черта. Тогда пообещайте мне еще кое-что.

— Излагай.

— Пообещайте, что с моими родными будет все в порядке, — мой голос дрогнул.

Константин поднял на меня глаза.

— Я уже неоднократно заверял тебя, что твоя семья находится в полной безопасности и обеспечена всем необходимым. За это точно можешь не волноваться. Скоро ты с ними увидишься. Не переживай.

Я помолчала.

— Ну хорошо. И все-таки, почему Вы мне все время «тыкаете»? Я вам не давала такого разрешения.

— Я сам себе его дал, мне этого достаточно. Есть, кстати, хороший повод перейти на «ты» с обеих сторон. — Он поднял бокал и уставился на меня с хитрой усмешкой. В темных глазах заплясали чертики.

— Брудершафт? Пошловато, однако, — состроила я кислую мину.

— Зато удачно вписывается в ситуацию, — оживился он, вскочил с кресла и подошел ко мне. Я поколебалась, надо ли мне тоже подняться, но решила не менять положения.

Константин наклонился ко мне, наши руки перекрестились, и мы выпили по глотку. Опустив свою руку с бокалом, я поняла, что он так и остался стоять, наклонившись надо мной.

Я медленно подняла голову встретилась с ним лицом к лицу. Изображение опять поплыло, как и в прошлый раз, а тут еще и вино сделало свое дело.

— Непременное завершение ритуала… — глухо сказал он, явно замечая, что я просто утонула в его темных безднах. Потянулся ко мне еще ближе.

— Знаешь, чего я сейчас больше всего хочу? — едва смогла я выдавить из себя.

Его лицо мгновенно приобрело скучное выражение.

— Видимо, дать мне по морде…?

— Нет… Я хочу на улицу.

Он опешил.

— Чего?

— Чего — чего? На улицу хочу я. Погулять. Я больше недели уже сижу в этой клетке, ты просто не представляешь, …

Не дав мне договорить, Константин схватил меня за руку и потащил за пределы комнаты. Я еле успела схватить лежавший на стуле около двери кардиган.

21

Мы сидели на скамейке, которая стояла посреди леса. Даже дома, который, к слову, оказался огромным, отсюда практически не было видно. Шагах в двадцати от нас на дорожке маячил взволнованный Игорь Евгеньевич, но мне было совершенно наплевать на его присутствие. Я откинулась на спинку скамейки и, закрыв глаза, полной грудью вдыхала влажный и прелый запах леса. Где-то с полчаса мы ходили по дорожкам, а потом, устав, присели на так кстати подвернувшуюся скамейку.

— Ну что ж, я думаю, что вполне удовлетворил твое жгучее желание? Пора возвращаться, а то у начальника охраны скоро случится паническая атака. Да и ты, по-моему, уже подмерзла. Надо было все-таки надеть пальто, а не эту кофточку.

Я приоткрыла глаза и покосилась на своего собеседника.

— Ну, что успела схватить, когда ты меня потащил… — улыбнулась, вставая со скамейки. Так легко и даже как-то привычно было говорить ему «ты» …

Вскоре мы вновь оказались в комнате, и Константин налил нам по новому бокалу. От столь неожиданной и долгожданной прогулки хмель практически выветрился, и я с удовольствием отпила новую порцию, закусывая бутербродиком с черной икрой. Зажмурилась. Иногда жизнь определенно бывает хороша…

Открыла глаза и встретилась с прямым изучающим меня взглядом. Мы еще не успели усесться в кресла и стояли друг напротив друга.

— Ну как тебе, в общем и целом, твое пребывание здесь?

Я помолчала, дожёвывая бутерброд.

— Тебя когда-нибудь закрывали в клетку?

Он заметно напрягся.

— Не драматизируй. Если забыть о некоторых нюансах, можно подумать, что ты приехала отдохнуть в санаторий.

Я чуть не поперхнулась.

— Ты по всей видимости ждешь, что я, захлебываясь от восторга, сейчас начну рассыпаться в благодарностях за столь прекрасное содержание?

Его и без того темный взгляд помрачнел.

— Нет, не жду. Но все же, согласись, что могло бы быть и гораздо хуже. А в твоем случае все скорее похоже на какую-то сказку.

Я поставила на стол свой бокал. Внутри медленно, но верно поднималась огромная волна злости. И я прекрасно знала, что под воздействием алкоголя вряд ли я смогу с ней справиться.

— На сказку? На какую это интересно сказку? Давайте не будем заниматься подменой понятий! Учитесь называть вещи своими именами. Это плен, Константин Сергеевич, самый настоящий плен! Если это и сказка, то страшная и с плохим концом. Из той серии, где девушку похищает мерзкий монстр и закрывает у себя в замке!

Я смотрела на его разъяренное лицо, и сердце мое ушло в пятки. Боже, ну почему я каждый раз не могу вовремя заткнуться?! Вспомнила его недавние слова, про то, что я полностью в его власти, и по спине пошел холодок.

— Страшная сказка, говоришь? С плохим концом? Мерзкий монстр? Прекрасно. Ты сама написала для себя сюжет. Ну а мне придется соответствовать!

В одно мгновение он оказался рядом, одной рукой взял меня за талию и рывком притянул к себе, другую руку положил мне на затылок.

— Вот монстр и есть… — только и успела произнести я. В следующее мгновение его рот закрыл мой.

Мир завертелся каруселью, и через какое-то время я вдруг с удивлением обнаружила, что я, вместо того чтобы отчаянно сопротивляться, увлеченно отвечаю на его поцелуй, а мои руки с удовольствием зарылись в его волосы на затылке.

Тем временем, мой кардиган как-то сам собой оказался на полу. Скоро к нему присоединилась и толстовка мерзкого монстра…

22

Дарья была очень энергичным человеком. Очень деятельным и вечно занятым. Она занималась недвижимостью, постоянно моталась по городу и вела параллельно несколько проектов. Имела кучу знакомств, полезных и не очень связей и привыкла делать несколько дел одновременно.