Домой возвращаюсь ближе к вечеру, вместе с торбами всякой гадости.

Осматриваю окна подъезда, еще с улицы понимая, что в моей квартире никого нет.

Поднимаюсь к себе, на ходу отписывая мелкой сообщение.

«Что делаешь?»

«Хоррор смотрю»– прилетает мгновенно.

Значит, все-таки дома...

Вхожу в квартиру, скидывая покупки на кухонный стол.

«Ты ведь потом уснуть не сможешь» – хмыкаю про себя, усаживаясь в кресло.

«На это и был расклад»

«Дурилка...»– смеюсь, отправляя ей сообщение и рыская в пакете в поисках чего-то особенного. Фотографирую килограммовое ведро пломбира, скидывая в чат. –«Мороженного хочешь?»

«И костюм Русалочки на мне скоро по швам треснет» –хмуро язвит мелочь в ответ.

«Мы тебе другой, стрейчевый сошьем»– закусываю губу от смеха, зная, что мне сейчас прилетит в ответ.

Очередное уведомление с анимированным факом радует меня намного больше полученного сегодня перевода из Гонконга за последний утвержденный проект.

«Открывай»– пишу, спускаясь по лестнице на этаж ниже.

Не успеваю даже дотронуться ручки двери, как она распахивается, и мелкая ураганом влетает в мои объятия.

– Куда босиком?! – ворчу, подсаживая ее на руки. Цепляется за меня руками и ногами, как маленькая коала за любимое дерево, крепко прижимаясь всем телом. – Фильм страшный, или так сильно по мне соскучилась?

Заношу ее внутрь, запирая дверь на замок, на фоне душераздирающих воплей, доносящихся из спальни.

– По тебе соскучилась, – целует в щеку.

Разглядываю припухшие от слез глазки, недовольно хмурясь.

– С мамой поругалась? – придерживаю мелочь за талию, чтобы не рухнула.

Качает головой, довольно улыбаясь.

– Яр... – ерошит мои волосы, легко касаясь своими губами моих. – Я тут кажется поняла, что мне без тебя совсем грустно. Даже ужастик без компании смотрится серо и неинтересно...

Озадаченно зависаю, прикусывая ее губу в ответ.

– Предложение делать будешь? – несу мелочь в комнату, выключая раздражающий телевизор.

– Я что, похожа на сумасшедшую? – смеется, пока укладываю ее на кровать, пугая спящую в ногах кошку.

– Слава богу, нет, – издевательски закатываю глаза, зацеловывая каждый миллиметр ее оголенной кожи. – Я к браку пока не готов. Ни кольца, ни костюма… А, еще тебе нужно одобрение у моих родителей получить. Твои кстати, вроде как не против. Я с ними сегодня знакомился.

– В смысле? – удивленно останавливает меня, заставляя смотреть в глаза.

– Отец меня в колумбарий возил, – возвращаюсь к серьезному тону, глядя на нее. – Знакомил с твоими мамой и папой. Я себе и им обещал любить и заботиться о тебе, пока ты мелкая от меня грешного избавиться не потребуешь. На выходе из здания молнией меня не пришибло, так что, кажется, я им понравился. Ты как думаешь?

– Думаю, они бы тебя ко мне на километр не подпустили, – шмыгает носом старательно улыбаясь.

– Давай так, ты больше не плачешь, а я на сегодня твой личный раб, – целую ее глазки, стирая выступающую блестящую влагу в уголках.

Кивает, улыбаясь.

– Кровать, одеялко, кино, мороженное и обнимашки, – загибает пальчики.

– Любой каприз, моя госпожа, – смеясь закутываю ее в одеяло и возвращаю пульт.

Удаляюсь за ложками и ведерком с мороженным, вздрагивая от очередного истеричного вопля хоррора.

Ну почему ужастик-то, а не какой-нибудь милый ромком? С каких пор это стало расслабляющим фильмом для девушек?! Я же после него еще полночи уснуть не смогу!

Глава 29. Стася.

Спать в объятиях Яра настолько уютно, что мне совсем не хочется просыпаться.

Медленно открываю глаза, изучая контуры лица умиротворенно сопящего парня перед собой.

Красивый, умный, добрый, заботливый… и самый-самый лучший… Мой…

Где-то у кровати вибрирует звонок его мобильного, и я тут же прикрываю глаза, притворяясь спящей.

Просыпается мгновенно. Аккуратно выбирается из-под одеяла, прихватывая телефон, и выходит на кухню, плотно прикрывая за собой дверь.

– Сегодня? – слышу его охрипший ото сна голос. – Хорошо… Буду на месте часа через два…

Смотрю на часы.

Практически полдень.

Кого я обманываю… Я и сама бы с удовольствием провалялась сегодня весь день в кровати.

С возвращением Никитина в город, мой организм живет в сплошном стрессе. Было бы неплохо вернуть его в нормальное рабочее состояние, пока голова напрочь не начала ехать крышей.

Встаю с кровати, сонно потягиваясь. Открываю балконную дверь и, оборачиваясь, попадаю в кольцо мужских рук.

– Пытаешься слинять от меня, мелкая? – голос все еще сиплый и улыбка, которой готова любоваться бесконечно.

– У нас сегодня с Дашкой фотосет на треке, – проговариваю сквозь поцелуй, утопая в его объятиях.

– Шорты, топы, каблуки и яркий макияж? – ворчит, кусая меня за шею.

– Ты меня еще дома запри и в паранджу одень, – обиженно бормочу в ответ. – Фотографировать будем Porche, а не стриптизерш. Горин нам даже костюмы «секси-автомехаников» где-то раздобыл. Закрытые от пят до подбородка, так что мы с Дашкой там больше для полноты картинки.

– Когда я наконец перестану слышать эту фамилию от тебя? – рычит мне в ухо.

– Ну, прокачкой машин у нас в компании пока занимается только он… И вообще, вам стоит наконец помириться, – хмурю брови, напрягаясь. К чему опять эти разговоры? Увиливаю от темы, старательно спуская ее на тормозах. – Да... и вечером у Надворского городской авто-квест. Мы, как организаторы, должны контролировать точки отметок и направлять участников. Так что к ужину домой не попаду.

– Мы – это кто? – приподнимает вопросительно бровь.

– Мы – это «мы», Яр! – нетерпеливо закатываю глаза. – Не делай вид, что не понимаешь, о ком я. У тебя, между прочим, тоже есть неотложные дела. Я же тебе допрос с пристрастием не устраиваю…

– Мои «дела» появились две минуты назад, и я бы обсудил их с тобой до того, как планировать сегодняшний день, – ворчит, и меня медленно начинает накрывать волной раздражения. – А вот ты мне о своих сообщаешь только сейчас, хотя планы составила заранее.

– В следующий раз предоставлю тебе поминутный отчет своего недельного графика в ежедневнике, – выпутываюсь из его рук, проскальзывая в ванную. – Изучишь, откорректируешь и заверишь своей подписью и печатью, договорились?

Смотрит на меня озадаченно, скрещивая руки на груди.

От души хлопаю дверью, разворачиваясь к зеркалу.

С чего он взял, что может контролировать мою жизнь? У нас с ним из общего только ночи.

Включаю воду, старательно плеская себе в лицо ледяными брызгами.

Смотрю на свое отражение в зеркале. Неестественно бледное и взгляд испуганный.

Перед глазами проносятся картинки скандалов с Марком, заканчивающиеся «примирительным» сексом, и пальцы автоматически крепко сжимают бортики раковины.

Мышцы живота сводит нервным ознобом. Зачем я вообще снова влезла в отношения?!

Крепко зажмуриваюсь, пытаясь успокоить накатывающую волну тошноты.

Яр не Марк. Вбей себе это в голову. Он не будет контролировать каждый твой шаг. Просто научись с ним разговаривать…

Стаскиваю лейку душа, врубая горячую воду и дожидаясь пока ванная прогреется. Раздраженно стягиваю с себя пижаму, оставаясь в белье, когда дверь неожиданно открывается.

– Нам нужно поговорить, – смотрит на меня оценивающим взглядом. – Можем сделать это в душе.

– Дай мне десять минут! – сдергиваю с крючка полотенце, прикрываясь.

– У меня встреча в городе через два часа, – не задумываясь избавляется от футболки.

– У тебя ванная этажом выше… – цепенею, указывая пальцем на дверь. – Выйди!

– Я никуда не уйду, – делает несколько шагов навстречу, заставляя отступать до тех пор, пока не упираюсь спиной о ледяную стеклянную дверцу.

Вскрикиваю, отскакивая от нее и впечатываясь в мужскую грудную клетку.